Личный аптекарь императора. Том 8 - Егор Золотарев

и даже козырнула, но потом вдруг как-то поникла и еле слышно проговорила:

— Я не уверена, что смогу. После того случая я в себе сильно сомневаюсь.

Она имела в виду своё пленение и серьёзное ранение телохранителя.

— Зато я в тебе нисколько не сомневаюсь, — твёрдо сказал я и полез за пазуху. — Но на всякий случай возьми мой пистолет. Стрелять умеешь?

— Пф-ф-ф, спрашиваешь, — фыркнула она, опытным движением вытащила обойму и, удостоверившись, что все восемь патронов на месте, засунула оружие себе за пояс.

Мы подошли к воротам, и я дал знак охотникам. Ворота бесшумно отъехали в сторону.

Оказавшись внутри, я двинулся вглубь леса, а ребята, как и договаривались, остались стоять у ворот. Зоркий не заставил себя долго ждать и спрыгнул с кроны высокого дерева прямо передо мной. В аномалии было ещё довольно тепло по сравнению с температурой за стеной, но листва уже пожелтела и начала осыпаться.

Я вручил Зоркому тыкву, в которую он тут же вгрызся зубами и смачно захрустел. Когда он с довольным видом отложил в сторону половину недоеденной тыквы, я протянул ему руку, которую существо тут же схватил двумя руками и доверчиво посмотрел большими желтыми глазами.

Я отправил ему мыслеобраз друзей, оставшихся у ворот. Он понял, что это значит, и в ответ создал иллюзию, как он стоит рядом с ними, а вокруг раскрываются цветы. Ну какой же он умница!

И тут мне пришло в голову, что у него могла остаться семья в савельевской анобласти, поэтому я тут же отправил ему мыслеобраз моей семьи, но, похоже, перехвалил его. Он ничего не понял и начал пририсовывать себя к ним.

Вдвоём мы вышли к ожидающим друзьям.

— Ух ты! — восхищенно выдохнула Лена, широко раскрытыми глазами рассматривая Зоркого.

Он был выше меня ростом чуть ли не в два раза, его чёрная кожа лоснилась, а жёлтые глаза, не мигая, изучали их.

В отличие от Лены, Аурика отошла за спину Семена и выглядывала оттуда.

— Можно к нему подойти? — шёпотом спросила Лена.

— Да. Не волнуйся, он знает, что вы друзья, и не тронет.

Лена медленно, будто боялась спугнуть, подошла к существу. Тот присел, чтобы быть с ней одного роста.

Вдруг Лена расплылась в улыбке, а затем весело рассмеялась.

— А он шутник, — сквозь смех выдавила она.

— Что случилось? Я ничего не увидела, — Аурика наконец осмелилась выйти из-за Сени и, взяв его за руку, подошла к нам.

— Зоркий показал иллюзию, будто я сижу у него на плече, а он перепрыгивает с дерева на дерево. А потом мы с ним…

— О-о, кругом цветы! — Аурика начал крутить головой. — В первый раз вижу такие красивые цветы.

— Аурика, это иллюзия, — еле слышно подсказал Сеня.

— Я знаю, — отмахнулась она. — Но это выглядит так реально, что я бы даже не усомнилась, если бы не знала, что Зоркий — мастер иллюзий.

Короче, Зоркий в течение часа развлекал моих друзей. За это время Лена побывала в пещере с самоцветами, Семён полетал на огромном орле, я плавал в озере, как рыба, а Аурика каталась на черной пантере по бескрайней равнине.

Попрощавшись с Зорким, который тоже остался доволен встречей, мы вышли из аномалии и вернулись в дом. Лена привезла с собой целую корзину деликатесов и вкусного вина, поэтому мы весь вечер ели, пили, играли в настольные игры и много разговаривали.

После полуночи, когда Лена уснула, свернувшись рядом на кровати в моей рубашке, я вылез из-под одеяла и, опустившись в кресло, мысленно позвал Нарантую.

Шаманка появилась, и первым делом недовольно покосилась на Лену.

«Что на этот раз?» — недовольным тоном спросила она.

«Я хотел спросить тебя про колдуна Луку. Знаешь такого?»

«Знаю. Что именно ты хочешь узнать?»

«Опасен ли он?»

«Как может быть опасен мёртвый человек? Духи не имеют силы над физическим миром».

«Дело в том, что он не совсем мёртв, — осторожно сказал я. — Вернее, я не могу точно знать, в каком он сейчас состоянии».

«Ничего не поняла», — мотнула она головой.

Пришлось рассказать ей всё с самого начала. Как забрал ручку императора, как Гризельда подсказала, где искать проклятое серебро. Как хотел вернуть кольцо на место, но тела в гробу не было. И как он явился ко мне.

«Ты сделал то, чего ни в коем случае нельзя было делать — доверился ведьме», — с укоризной сказал она.

«Так он опасен или нет?» — повторил я свой вопрос.

«Зачем ты мне задаешь этот вопрос? Задай его своей Гризельде, — скривила она губы при упоминании имени ведьмы. — Колдуны, как и ведьмаки, используют тёмную силу. Они не чета нам — шаманам. От них можно ожидать чего угодно. Ты забыл про хана, который привязал наши души. Это бесчеловечно. Всё, что делают ведьмаки и колдуны — бесчеловечно!»

«Не перегибай палку. С ведьмаками я знаком — нормальные люди, — отмахнулся я. — Как ты думаешь, зачем колдун восстал из гроба? Чего он хочет?»

«Мне-то откуда знать? Может, он хочет мстить. Или ненавидит весь род человеческий и принесёт с собой мор. А, может, создаст армию нежити и захватит власть над людьми. Или будет просто запугивать ради развлечения, — принялась перечислять она, отчего мне стало ещё тревожнее. — Зачем гадать? У тебя же есть свисток. Позови его и сам спроси».

«М-да уж, ну и совет, — я недовольно взглянул на шаманку. — Добровольно я мертвяка точно звать не буду».

«Делай что хочешь, — равнодушно ответила она и приподняла плечико. — Сама сварил кашу — сам и расхлёбывай».

С этими словами она снова бросила недовольный взгляд на Лену. Ревнует, что ли?

«Я хотел задать тебе ещё один вопрос? Ты намекнула на моё зелье „Лицемерной ясности“. Откуда ты про него знаешь?»

«Не знаю я ни про какую ясность. Просто предположила, что у алхимика на любой случай заготовлено зелье», — она взмахнула рукой и пропала.

Я вернулся на кровать, обнял Лену, но сон никак не шёл. И зачем я вообще взялся чистить ту ручку? Надо было сказать, чтобы император избавился от неё и всё. Теперь проблемы с этим колдуном, хотя и без него проблем хватает. В такие моменты так хочется вернуться в свою башню, и чтобы все оставили меня в покое.

Повернувшись на другой бок, бросил взгляд в тёмное окно, в котором виднелись звёзды. На мгновение мне почудилось, что мелькнули красные глаза мертвецки бледного Луки. Всё! Больше не вскрываю никаких могил!

На следующее утро после завтрака мы с Семёном снова прошлись по оранжерее. Манаросы росли просто