Тень Камбера - Кэтрин Куртц

С этими словами, мужчина достал из-за пояса небольшой предмет, завернутый в шелк, и протянул на вытянутой руке.

— Пожалуйста, прими это, а также мои личные поздравления, — продолжал Расул, когда Дугал, по знаку Келсона, приблизился, чтобы взять подарок.

Оба молодых человека внимательно следили за огромной кошкой. — Среди правоверных нет обычая рыцарства, но мы понимаем, какая эта честь для ваших людей. Мое почтение также всем остальным юношам.

Келсон лишь мельком взглянул на поднесенный подарок — богато украшенное эмалью распятие в восточном стиле.., только чтобы убедиться, что предмет не таит в себе никакой враждебной магии. Но все внимание короля оставалось прикованным к огромной кошке.

— Пожалуйста передай мою благодарность твоему повелителю, шейх Расул, — осторожно сказал Келсон, прикидывая, как поступить, если зверь вдруг решит прыгнуть. Когда Расул начал говорить, зверь уселся рядом, и лишь гибкий хвост мерно продолжал хлестать по полу, но желтые глаза с большим интересом наблюдали за происходящем на возвышении. Одна огромная лапа уже легла на нижнюю ступень, слегка царапая когтями бесценный келдишский ковер. Если хищник все же вздумает броситься, то тут никакие лучники не помогут, — хотя стрелки взяли оружие наизготовку немедленно, едва лишь завидели хищника. Мне кажется, ей не по душе холодили пол, — внезапно поступил ментальный сигнал Дугала, удививший Келсона. Похоже, он ничуть не боялся. — Кошки все не любят холода. Правда, красавица?! Келсона, который в этот миг как раз передавал распятие Рори, это настолько поразило, что он даже запнулся посреди речи и удивленно покосился на Дугала, прежде чем продолжить. А он и забыл, как его названный брат хорошо понимает животных…

— Передай своему повелителю, шейх Расул, что я желаю мира и здравия всем в его доме и, надеюсь, оба наши королевства будут жить в мире и процветании.

— Обязательно передам, мой господин.

Расул еще раз поклонился, хотя и не слишком низко, держа правую руку на груди, а выпрямляясь стал нарочито осматривать верхние галереи, несомненно в поисках Мораг. Лайема он уже увидел — тихо стоящего среди оруженосцев между Дунканом и Морганом, причем последний покровительственно держал руку на плече мальчика. И Расулу определенно не нравились лучники.

Ни он, ни Келсон ничего не сказали, но Келсон медленно поднял руку, жестом показывая лучникам, что можно опустить оружие. Он мог позволить себе такую уступку. Если зверь все же решит наброситься — а Дугал определенно считал, что этого не произойдет — лучники не смогут его остановить.

— Спасибо, мой господин, — тихо произнес Расул, еще раз склонив голову в тюрбане. — Мое следующее послание предназначается королю Лайему и его матери, хотя я почему-то не вижу леди Мораг. Надеюсь, она находится в добром здравии?

— Она прекрасно себя чувствует, шейх, — холодно ответил Келсон. — Если бы я мог сказать то же самое о ее манерах, то, не сомневаюсь, ее пребывание при моем дворе оказалось бы гораздо более приятным для всех заинтересованных лиц.

Расул хмыкнул и непроизвольно вздернул подбородок, отчего огромная кошка немедленно прекратила урчать и подняла голову, тревожно глядя на хозяина.

— Готов признать, государь: леди Мораг порой недостает терпения, — позволил себе заметить мавр, — что вполне может случиться с любой дамой благородного происхождения, если ее против воли держат пленницей целый год, хотя обещали освободить полгода назад.

Итак, Расул не собирался ходить вокруг да около, сразу же перейдя к главному вопросу. Прекрасно.

Это исключает необходимость играть в дипломатические игры. Формулируя ответ, Келсон осторожно использовал свою способность определять, говорит человек правду или лжет, проверяя ответы мавра.

Правда, на таком расстоянии другого Дерини сложно проверить. С другой стороны, Расулу это будет тоже нелегко.

— Обещание, шейх, было дано до того, как посланцы Торента попытались совершить покушение на моего дядю прошлым летом в мое отсутствие, — сказал король. — В соответствии с законом, я был бы вправе казнить обоих пленников, если бы только не указания на то, что смерть Лайема также входила в цели убийц.

— Сир, эти намеки не только оскорбительны, они нелепы и противоречат здравому смыслу! — ответил Расул. — Если бы на самом деле те люди были из Торента — хотя тут я могу лишь поверить тебе на слово, мой господин, — мавр изобразил насмешливый поклон, — зачем им желать смерти своего короля?

Да, посланец был искусен, он никогда не делал лживых заявлений, но Келсон знал, сколько не правды может быть сокрыто в том, о чем Расул умалчивал. Кроме того, они с Морганом допрашивали пленников, все еще томящихся в тюрьме в подземелье. Кто-то хотел смерти Лайема.

— Сие мне неведомо, шейх, — парировал Келсон. — Не исключено, что их хозяин желал погубить Лайема, но я отнюдь не утверждаю, что этот человек — твой господин. Однако тут невольно задумаешься, кто больше всего выиграет, если наш юный гость королевской крови умрет до того, как полностью вступит в права наследования. Могу лишь заверить, что это не я — хотя бы потому, что наследник короля Лайема сейчас в руках твоего повелителя.

Мавр разумно предпочел промолчать, хотя явно в душе весь кипел, но урчание зверя усилилось и стало гораздо громче, на грани рыка, а хвост раздраженно бил по полу в ответ на очевидное возбуждение хозяина. Теперь обе передние лапы легли на нижнюю ступень.

— Я отказываюсь отвечать на намеки, столь очевидно нелепые, — наконец объявил Расул. — Если довести их до логического заключения, то получается, что леди Мораг поощрила и дозволила убийство своего собственного сына. — Он бросил взгляд на Лайема и поклонился ему. — Не слушайте эту ложь, мой принц.

Делается все возможное, чтобы освободить вас.

— Что произойдет в свое время, шейх, — вставил Келсон, прежде чем мальчик мог произнести хоть слово, — но не сегодня и не в ближайшем будущем.

В настоящее же время я намереваюсь оставить Лайема Торонтского гостем Гвиннеда до достижения им четырнадцати лет. И сегодня я назначил его оруженосцем принца Нигеля Халдейна, герцога Катмурского…

— Сделал его оруженосцем?..

— Выслушай меня, шейх! Твой король еще юн годами. И прежде не предполагалось, что он когда-нибудь будет править Торентом. Не я подстроил смерть его старшего брата, — добавил он, позволяя Расулу прочитать его мысли по этому поводу. — Но мой долг — проследить, чтобы он получил должную подготовку к тому времени, как достигнет совершеннолетия.

— И что же это за долг, мой господин? — с вызовом спросил Расул.