Точка Лагранжа - Эдуард Сероусов

интерфейсом. Он понимал, что они только поцарапали поверхность того, что хранилось здесь – библиотеки знаний, собранных за эоны существования Содружества.

И где-то среди этих знаний были ответы на вопросы, которые человечество задавало с самого начала своего сознательного существования. Кто мы? Откуда мы пришли? Куда мы идем? Какое место занимаем во Вселенной?

Теперь, впервые, у них была возможность найти эти ответы. Не в одиночестве, блуждая в темноте, а как часть древнего сообщества разумных существ, протягивающих руку через звезды.

«Мы не одни», – повторил он про себя слова Наблюдателя. И впервые полностью осознал их значение.

ЧАСТЬ II: «ПРОНИКНОВЕНИЕ»

Глава 9: «Поверхность»

«День 200 миссии «Визитёр».

Сегодня исполняется ровно двести дней с момента нашего старта с орбитальной станции «Гермес». Двести дней, которые изменили не только наши жизни, но и всю историю человечества. Иногда мне кажется, что я все еще не полностью осознал масштаб того, что произошло. Возможно, никто из нас не осознал.

Встреча с Наблюдателем три недели назад стала поворотным моментом. Не только подтверждением того, что мы не одни во Вселенной (что уже было очевидно после открытия «Тессеракта»), но и осознанием, что нас приняли. Что человечество официально приглашено присоединиться к галактическому сообществу разумных существ.

Земля все еще переваривает эту информацию. Мы получаем ежедневные сообщения о реакции различных правительств, религиозных лидеров, научного сообщества. Спектр реакций широк – от экзальтации до глубокого скептицизма, от религиозного рвения до апокалиптических страхов. Но преобладающее чувство, кажется, – осторожный оптимизм. Осознание того, что мы стоим на пороге новой эры.

Между тем, наша работа здесь продолжается. Ежедневные экспедиции внутрь «Тессеракта» приносят все новые открытия. База данных настолько обширна, что даже при постоянном изучении мы едва коснулись ее поверхности. Такеда говорит, что информации о физике пространства-времени достаточно, чтобы революционизировать наше понимание Вселенной. Карла находит данные о биологических формах, существующих в условиях, которые мы считали несовместимыми с жизнью. Мбеки изучает звездные карты, показывающие тысячи потенциально обитаемых миров.

Но самое интригующее открытие последних дней связано с самим «Тессерактом». Амара обнаружила данные, указывающие на то, что его внутреннее пространство еще больше и сложнее, чем мы предполагали. По-видимому, то, что мы исследовали до сих пор – только первый уровень, «вестибюль» огромной структуры, состоящей из множества концентрических сфер, каждая из которых содержит свою часть базы данных.

Завтра мы организуем экспедицию для проверки этой гипотезы. Если Амара права, нас ждет еще больше открытий.

И я не могу не задаваться вопросом – что будет, когда вернется представитель Содружества? Как изменится жизнь на Земле, когда мы получим полный доступ к галактической сети знаний? Готовы ли мы к этому? И что Содружество увидит в нас – перспективных учеников или проблемных соседей?

Вопросы без ответов. Пока.»

Чен закрыл свой дневник и посмотрел через виртуальный иллюминатор на «Тессеракт», висящий в пустоте космоса. Идеально черная сфера, которая больше не казалась чуждой или угрожающей, а скорее, как ни странно, почти… домашней. За последние недели экипаж «Визитёра» провел внутри объекта почти столько же времени, сколько на корабле, исследуя бесконечные богатства его базы данных.

Стук в дверь прервал его размышления.

– Войдите, – сказал он.

Дверь открылась, и в каюту вошла Амара. За прошедшие месяцы их отношения переросли из профессионального сотрудничества в глубокую дружбу, возможно, даже нечто большее, хотя оба были слишком поглощены работой, чтобы исследовать эту территорию.

– Готов к завтрашней экспедиции? – спросила она, присаживаясь на край его кровати.

– Более чем, – улыбнулся Чен. – Если твоя теория верна, и внутри действительно есть другие уровни…

– Она верна, – уверенно сказала Амара. – Данные однозначны. «Тессеракт» имеет концентрическую структуру, как… матрешка, эти русские куклы. Каждая сфера содержит в себе следующую, меньшую, но из-за неевклидовой геометрии внутреннего пространства каждая последующая сфера может быть больше предыдущей.

– Вопрос в том, как получить доступ к этим внутренним сферам, – заметил Чен. – Мы исследовали весь центральный зал и не нашли никаких очевидных проходов или порталов.

– Я думаю, они там есть, – сказала Амара. – Просто мы не знали, что искать. Теперь, когда у нас есть данные о структуре «Тессеракта», мы можем целенаправленно искать точки перехода.

Чен кивнул, представляя возможности, которые могли открыться перед ними.

– Кто идет завтра?

– Ты, я, Такеда и Мендес, – ответила Амара. – Научная команда. Соколова хотела включить Тейлора для безопасности, но в итоге согласилась, что четырех человек достаточно для первичного исследования.

– Она стала менее… осторожной после встречи с Наблюдателем, – заметил Чен.

– Думаю, мы все изменились после этой встречи, – задумчиво сказала Амара. – Трудно оставаться параноиком, когда тебя официально приглашают в галактический клуб разумных существ.

Они засмеялись, но в их смехе была нотка благоговения перед масштабом того, что с ними произошло.

– Иногда я просыпаюсь и думаю, что все это сон, – признался Чен. – Что я все еще в своем кабинете в MIT, работаю над очередной теоретической статьей, которую прочитают пять человек в мире.

– А вместо этого ты здесь, – Амара обвела рукой каюту, подразумевая весь корабль и космос за его пределами. – Первый человек, установивший контакт с представителем инопланетной цивилизации. Будущие поколения будут изучать твое имя в учебниках истории.

– Наши имена, – поправил Чен. – Мы все здесь часть этого.

Амара улыбнулась, и на мгновение между ними повисло уютное молчание. Затем она встала.

– Нам лучше выспаться перед завтрашним днем. Встречаемся в 0800 в шлюзовом отсеке.

– Спокойной ночи, Амара, – сказал Чен.

– Спокойной ночи, Дэвид, – ответила она, задержавшись на мгновение у двери, прежде чем выйти.

Утро началось с обычного брифинга в конференц-зале. Соколова, как всегда деловитая и собранная, провела последний инструктаж перед экспедицией.

– Ваша задача, – сказала она, обращаясь к четырем членам экспедиции, – обследовать центральный зал «Тессеракта» на предмет возможных точек доступа к внутренним сферам, согласно гипотезе доктора Оконкво. Если такие точки будут обнаружены, оценить возможность безопасного прохода и, при положительной оценке, провести первичное обследование следующего уровня. Время пребывания внутри объекта – не более шести часов. Связь с кораблем поддерживать постоянно, каждые тридцать минут передавать отчет о статусе.

Она посмотрела на каждого из них.

– Вопросы?

– Что если мы обнаружим… неожиданные обстоятельства? – спросил Такеда. – Например, встретим другие формы жизни или разумные системы внутри?

– Следуйте протоколу первого контакта, – ответила Соколова. – Не проявляйте агрессии, пытайтесь установить коммуникацию, если это возможно. Но приоритет – ваша безопасность. При любых признаках опасности немедленно возвращайтесь на шаттл.

– Вряд ли нам стоит ожидать опасности внутри «Тессеракта», –