Золото моих чувств. Примирение (СИ) - "Melara-sama"

Мы заехали к Себастьяну, и мне пришлось извиняться перед его родителями и долго объяснять, что их сын в полном порядке и просто спит. Также мне удалось немного поговорить с ними и пригласить на беседу в школу. Они удивились, узнав, что я его классный руководитель, но обещали прийти. Я заметил, что его мать все время так странно на меня смотрела, а отец хмурился и смотрел на машину Дрея. Хорошо, что они не догадались пойти со мной, а то было бы еще больше вопросов.

- Ужас… - Проплакал Кай.

Он лежал на животе на кровати в полном изнеможении.

Калебу я постелил в комнате для гостей, предварительно накормив и выдав пижаму. Дрей был в душе.

- Устал?

- Не пойму, вроде спал столько времени, а все равно не выспался. - Он повернул голову ко мне и улыбнулся. - Иди сюда.

Я лег рядом и нежно поцеловал его в лопатку.

- Что ты думаешь о родителях Себастьяна? - Спросил я жмурившегося от восторга Кая. Мои пальчики нежно массировали его спину, не переходя на сексуальную ласку, просто даря ощущение комфорта.

- Ну, внешне люди как люди, но у его матери был такой взгляд на тебя… своеобразный.

- Да, я тоже заметил. Оценивающий? - Предположил я.

- Нет, скорее такой правильный. То есть, она как бы проверяла тебя своим радаром на правильность.

Я прикусил ему шею под волосами и промурлыкал:

- И как думаешь, по шкале десять из десяти, сколько я набрал очков?

Из ванной вышел Дрей и тоже лег на кровать с другой стороны от Кая. По комнате распространился запах миндаля.

- Думаю, не много. Но она ведь согласилась с тобой поговорить, так что, вероятно, у нее пять из пяти.

Мы засмеялись, но не громко, чтобы не разбудить ребенка за стенкой.

- Ваш отец абсолютно прав. Нам нельзя давать опеку над парнем. Мы ему будем только мешать и сбивать с пути истинного… - Прошептал я, лаская Кая рукой по пояснице, немного по ложбинке пальчиками, он задышал чаще.

- Джон, малыш, ложись спать. - Нехотя проговорил он и перевернулся. - Тебе нужно отдохнуть.

- У меня сегодня что, не будет секса? - Наигранно-печально.

Дрей фыркнул:

- Боюсь, что еще пара минут, и мы не устоим. Но мы хотели сегодня дать тебе отдохнуть, малыш. - С заботой в глазах напомнил он.

Я улыбнулся и нырнул под одеяло. Расслабился в объятиях Кая. Дрей обнял брата и выключил свет.

- Но вы оба мне должны за то, что ничего не понимаете в искусстве… - прошептал он в ночной тишине.

- Конечно, любимый. - Ответили мы в один голос.

Я лежал в темноте, мне, в отличие от моих любимых, не спалось. Лежал и слушал сердцебиение Кая. Сильное и ровное. Мое. От мыслей ни о чем меня отвлек шум. Потом все стихло. Я снова прислушался и улыбнулся. Обожаю их.

Снова что-то как будто стукнуло, я аккуратно выбрался из постели и вышел в коридор. На кухне горел свет. Калеб.

Он сидел на стуле, точнее, почти лежал на столе, рядом стоял стакан с водой.

- Калеб, что случилось?

Он дернулся и уставился на меня.

- Я разбудил? Прошу прощения, не знал где стаканы. - Протараторил он.

- Тихо-тихо… Ты чего? - Я подошел ближе и обнял его за плечи, а он вдруг весь сжался и вцепился в меня.

- Эй, ну же, давай, расскажи мне…

- Мне сон приснился. - Простонал он, и я понял, парень просто еле сдерживается от слез.

- Кошмар?

- Да. - Тихо.

Я присел на стол около него и прижал его к себе, погладил по голове.

- Ты же понимаешь, что это всего лишь сон?

Он кивнул.

- Если даже это плохой сон, это все равно нереально.

- Да. Только это все время один и тот же сон, и я устаю не спать.

Я сейчас был в шоке.

- Что?

Он поднял на меня совершенно уставшие глаза.

- Он снится мне давно, просто какие-то обрывки воспоминаний о моем детстве или мать. Он снится не каждую ночь, но когда снится, я почти не сплю. - Он вздрогнул, и я подал ему стакан. Калеб сделал глоток и снова положил голову мне на бедро.

- Ты невероятный. Сильный и стойкий, я не такой. Мне страшно.

- Калеб, я тоже боюсь. И знаешь, наши с тобой страхи очень похожи. Я тоже боюсь реакции своей матери.

Он снова поднял голову.

- Матери?

Я кивнул. Конечно, сейчас рассказывать свою историю было глупо, он и так весь на нервах. Но, с другой стороны, можно было бы отвлечь его от собственного страха.

- Да. У меня у брата свадьба в субботу, и нам предстоит побывать на ней. Но моя мать вряд ли будет рада видеть меня. Пять лет назад я сбежал из дома ради своей любви. И моя мать не приняла моих отношений. И по сей день я ни разу с ней не разговаривал. Так что, видишь, я тоже боюсь. Боюсь, что она больше никогда со мной не заговорит, боюсь ее реакции на мою любовь, ведь в тот день, когда сбежал, я так и не услышал ее, а она меня. Это так сжимает сердце. Ее молчание. Эта тишина давит. И иногда мне кажется, что я никогда не смогу просто обнять ее.

- Ты любишь ее? - Тихо спросил он меня.

- Очень. - Просто ответил я.

- А я ненавижу. Сильно. До боли в груди и крови на руках от врезавшихся ногтей. Я ненавижу ее, потому что я ей не нужен.

- Калеб, я не буду говорить, что это не так. Я не буду успокаивать тебя ложной надеждой на материнскую любовь. Я просто предлагаю помощь.

Он смотрел внимательно, и вдруг по его щекам потекли слезы.

- Я принимаю. Я хочу, чтобы ты мне помог.

- Вот и прекрасно. Хочешь молока или лучше какао?

Он улыбнулся и стер слезы тыльной стороной руки. А я смотрел и не мог понять… Ненависть? Что рождает ненависть в детях? Пренебрежение? Нелюбовь? Ненужность? А самое главное, зачем?

Урок одиннадцать. Возрожденная надежда.

- А как относятся к вашим отношениям родители Кая и Дрея? – Тихо спросил Калеб.

Я варил какао и обернулся.

- Кай и Дрей, по сути, сводные братья. У них одна мать, но разные отцы. Отец Кая усыновил Дрея. Поль прекрасный человек. И мы совсем недавно рассказали ему до конца о том, что между нами.