Голос Бога - Александр Полюх

- Круто! - восхищенно отозвался юноша. - И почему я раньше о вас не знал?!

- Всему свое время, - сказал Хэмфри и нажал на клавишу интеркома.

- Слушаю, Ваше Святейшество, - отозвался из динамика интеркома голос секретарши.

- Сестра. Устрой обряд посвящения для новообращенного, - распорядился глава Церкви. - Обряд должен пройти у нас в офисе, апартаментах для приема почетных гостей.

- Будет сделано, Ваше Святейшество.

- Интересно, что представляет собой обряд посвящения? - осведомился Фима, млея от радостных предчувствий.

- Ты станешь ближе к богу, неофит, - торжественно изрек пророк и основатель, мысленно хихикнув: "Сейчас тебя, сопляка, трахнет шикарная блондинка!"

* * *

Миша Штерн возвращался домой несколько обескураженным. Казалось, чего проще - заманить толстяка в свой автомобиль и приехать на конспиративную квартиру, пусть там снимают отпечатки пальцев. Получилось же что-то непонятное. На прощание Санчес дал указание поставить его в известность. Когда Злочин вернется домой.

- А если он вообще не вернется? - спросил кандидат в осведомители.

- Это уже не твоя забота, - успокоил фэбээровец. - твоя задача обнаружить его появление в доме, ну и желательно контролировать его действия до того момента, пока мы его не арестуем.

- Вы его арестуете в любом случае? - попытался выяснить свою диспозицию в этом уже довольно запутанном деле Штерн. - Или только в том случае, если отпечатки пальцев совпадут с отпечатками пальцев разыскиваемого вами преступника?

Агент ФБР призадумался, после чего ответил:

- Вообще-то он нам будет нужен немедленно, если только совпадут отпечатки пальцев. Однако и в случае отрицательного результата продолжай внимательно следить за ним. Рано или поздно он окажется у нас!

- А как с моим зачислением в штат? - робко поинтересовался Миша.

- Это не от меня зависит, - развел руками Санчес. - если отпечатки совпадут, думаю, вопрос будет решен быстро. Если нет, придется еще подождать.

- Тогда поставьте меня в известность о результатах дактилоскопической экспертизы, - недовольно заявил Штерн, мысленно добавив: "Бюрократы несчастные!"

Штерновская "Мазда" пересекла Сансет-бульвар и вскоре свернула на Голливуд-бульвар. Смеркалось, и лос-анджелесские улицы начинали расцвечиваться яркой россыпью электрических огней. Мише не хотелось ехать домой, где он наверняка столкнется с мамой Светой и будет вынужден что-то врать в ответ на ее назойливые расспросы. Хорошо бы прежде дождаться звонка Санчеса. Чтобы знать наверняка судьбу одесского самородка. Миша взглянул на часы - до звонка босса оставалось немного меньше двух часов. И он решил поехать на Маунт-Олимпас.

Поездка в богатый район Маунт-Олимпас, который располагался на крутой возвышенности неподалеку от Мишиного дома, действовала на кандидата в платные осведомители умиротворяюще. Когда-нибудь и у него будут большие деньги, и он сможет купить себе красивый и просторный дом. Такой же, как в Маунт-Олимпас.

Штерн проехал мимо своего дома, свернув с Голливуд-бульвара на Ла Бреа-стрит, и вскоре уже карабкался по крутым дорогам района для богатеев. По лос-анджелесской традиции богатые селились, как правило, на возвышенных местах. Говорили, что таким образом они пытались уберечься от знаменитого лос-анджелесского смога, плотной пеленой окутывающего громадный мегаполис большую часть года. И лишь иногда сильный ветер с океана разгонял сие печальное следствие непомерной американской мечты.

Поколесив немного по Маунт-Олимпасу и полюбовавшись на жилища богатеев, Миша остановился на краю крутого обрыва, с которого открывался захватывающий вид на расстилавшийся внизу утопавший в огнях "город Ангелов". Он вышел из машины и с удовольствием вдохнул полной грудью. Действительно, воздух здесь был почище, чем внизу.

Впрочем, долго наслаждаться чистым воздухом и красивым видом бывшему советскому кооператору не довелось. За его спиной тихо скрипнули тормоза, и хлопнула дверца автомобиля. Обернувшись, он увидел, что от остановившегося неподалеку автомобиля к нему приближается крепкий молодой человек.

- Что вы здесь делаете, сэр? - довольно недружелюбно осведомился молодой человек.

- Любуюсь городом, - ткнул пальцем вниз Штерн и, в свою очередь, спросил: - С кем имею дело?

- Служба охраны Маунт-Олимпаса, - небрежно отрекомендовался охранник. - Вы проживаете в этом районе?

- Нет. Я живу рядом, на Голливуд-бульваре.

- Тогда я вынужден повторить свой вопрос - что вы здесь делаете?

- Любуюсь пейзажем, - недовольно пробурчал Штерн. - Разве мы живем не в свободной стране?

Это было козырным тузом в диспуте с любым гражданином США. Американцы были свято убеждены - их страна самая свободная в мире. Но в этом случае, казалось бы, этот неотразимый довод имел довольно неприятные последствия.

- Мы живем в свободной стране, - холодно заявил сотрудник службы охраны, делая нажим на слове "Мы". - А вот ты имеешь шанс уехать туда, откуда ты сюда приехал!

- Это почему? - удивился недавний иммигрант.

- Стоять больше пяти минут на территории Маунт-Олимпаса имеют право исключительно его обитатели, - отрезал охранник. - Твое время истекло. Проваливай!

Миша знал, что ему нагло врут, но заедаться не решился. Охранник был прав по сути - иммигранты должны знать свое место. А их место было внизу среди смога и копоти небогатых кварталов.

"Надо немного потерпеть, - думал Штерн, осторожно ведя машину по крутому горному спуску. - Вот стану полноправным американским гражданином, и никакая свинья не сможет мне указывать, где стоять! И как эти козлы-охранники узнают недавних иммигрантов?!"

Миша понимал, что охранник мог его задержать под предлогом выяснения личности. Потом сдать полиции. И в его электронном досье появился бы привод в полицию. Иначе говоря, Михаил Штерн мог попасть "на рэкет". Когда он впервые услышал это американское выражение - "попасть на рэкет", то поначалу не понял, о чем шла речь. Выяснилось, что ни к какой "коза ностра", и ни к каким другим бандитам это выражение отношения не имело. Словцо "рэкет" происходило от искаженного английского слова "рэкорд" или "запись" по-русски. Практически на каждого обывателя самой свободной в мире страны было заведено электронное досье или даже несколько таких досье. Полицией, налоговыми органами, спецслужбами и так далее. Но самое главное, что эти электронные досье, или "базы данных", активно использовались не совсем по прямому назначению. За примерами не приходилось далеко ходить. Нижеследующая история обошла страницы многих американских СМИ.

Однажды после развеселого банкеты по поводу десятилетнего юбилея некой фирмы, где работал наш герой - добропорядочный отец семейства, этого самого героя полициям застукала в обществе проститутки, которую ему заказали его благодарные коллеги. Мол, надо же и добропорядочным отцам семейств кое-когда отдохнуть от их имиджа. А поскольку в подавляющем большинстве американских штатов проституция считается уголовным преступлением, как со стороны "потребляющих" платные сексуальные услуги, так и со стороны "потребляющих" их, наш герой загремел под суд. Там он получил два месяца заключения в муниципальной тюрьме. Плюс увольнение с работы, семейный скандал, развод и тому подобные печальные последствия. Но и это было не все. Бывший благородный отец семейства попал в компьютерную базу данных, на тот самый "рэкет". Теперь, по выходу из тюрьмы, ему не удастся устроиться на государственную службу, он не сможет рассчитывать на получение государственных финансовых грантов и льгот. Даже сменив место жительства и попытавшись поступить на новом месте на работу в совершенно другую фирму, наш герой опять имеет шанс поиметь немалые проблемы. Дело в том, что консервативно настроенные руководители крупных негосударственных американский корпораций так же начинают активно использовать "рэкет" при решении внутренних кадровых вопросов.

Наш кандидат в платные осведомители вернулся домой в подпорченном настроении. Поставив автомобиль на специально отведенном ему месте в подземном паркинге их дома, Миша, не задерживаясь, проскользнул в свою квартиру. Ему почему-то казалось, что о похищении Фимы Злочина знают все жильцы его дома, и к нему непременно будут приставать с докучливыми вопросами. Но он ошибался. Даже его мать не выразила никакого интереса, где так долго пропадал ее сын. Разогрела для него ужин и ушла в спальню к отцу, где они тайком слушали передачи так называемого "русского радио". Эта была любопытная задумка эмигрантских активистов из бывшего СССР. Пожилые выходцы из ныне развалившейся супердержавы в большинстве своем по вполне понятным причинам не смогли овладеть в достаточной мере английским языком. Поэтому созданные в Лос-Анджелесе телеканалы и радиостанция, вещавшие на русском языке, ориентировались в основном на эту категорию эмигрантского сообщества. Русская радиостанция вещала через специальное кодирующее устройство, и, чтобы принимать ее передачи, нужно было покупать у них же приемники с декодерами. Естественно, тут же нашлись умельцы, как, например, Штерн-старший, которые самостоятельно начали изготавливать эти самые декодеры. Да еще за треть суммы от легальной установки стали это делать для друзей и знакомых. Популярность русской радиостанции в Лос-Анджелесе упрочилась еще и тем, что они часто давали синхронный перевод каких-либо интересных передач или кинофильмов, шедших по одному из многочисленных местных телеканалов. А для стариков-эмигрантов, смотревших американское телевидение зачастую как движущиеся картинки, подобное дорогого стоило.