Обнажённый экстаз (ЛП) - Ларисса Айон

– Да?

– Ты и правда думаешь, что эта цыпочка Син наша сестра?

Эйдолон напрягся.

– Ты тоже мне не веришь?

Рейт тщательно подбирал каждое слово, не желая вызвать очередной приступ ярости у Эйдолона.

– Просто всё так складывается. Я уверен, что ты не станешь накалывать нас, а как насчёт неё? Что если весь этот балаган устроен специально для того, чтобы помочь Лору убить Кайнана?

– Не знаю, Рейт. Правда, не знаю.

Блин, ну прямо шоу уродов какое-то.

– А что если это правда? Что если женщина-Семинус действительно существует?

– Ты хочешь знать, что это значит?

Рейт кивнул.

– Хаос, – мрачно ответил Эйдолон. – Из того, что мне довелось увидеть, эта женщина – ходячий хаос.

***

Пробило три часа утра по Нью-Йорку.

Какое-то время Син болталась в логове наёмников, выиграв шестьсот шеулинских золотых марок в двух партиях в бильярд, но, в конце концов, устав ждать, снова направилась в дом к Лору. Во всяком случае, здесь ощущалось его присутствие, что вселяло надежду, что он ещё жив.

Наконец, когда пробил назначенный час, кинжал в её руке начал светиться. Жар просачивался в ладонь и поднимался вверх по руке прямо к мозгу Син, словно у него была собственная жизненная сила.

Идесс находилась достаточно далеко, но благодаря Хэррогейту тысячи миль можно было преодолеть всего за несколько секунд. Что было на руку Син, поскольку у неё на работу с кинжалом имелось всего шестьдесят минут в запасе.

Она вошла в ближайшие ворота от хижины Лора. Прикрыв глаза, Син позволила кинжалу вести её руку по картам мира и Шеула. Когда её пальцы остановились, она снова открыла глаза.

Линии в стенах сошлись в рисунок, открыв подробную карту Канады. Кайнжал направил руку Син на северо-запад Юкона. Линии снова перестроились, сосредоточившись на отдалённой окраине. Затем её палец упёрся в центр и Хэррогейт распахнулся где-то в лесу... утопавшем в трёхфутовом снегу.

Вашу. Мать. Разве Канада не в курсе, что на дворе май месяц?

Должно быть, Идесс прекрасно понимала, что её выслеживают, и постаралась максимально усложнить задачу. Разъярённая Син постукивала пальцем по карте до тех пор, пока не вышла в Шеуле неподалёку от логова наёмников. Она поспешила к себе, чтобы одеться потеплее, и снова вернулась в Хэррогейт и, активировав карту, чтобы оказаться в Канаде, глянула на часы.

Проклятье! Полчаса потрачено впустую. Син практически выскочила из Хэррогейта, проклиная шторм на всех известных ей языках. Не то чтобы она много их знала, помимо английского, но ругательства ей были известны на множестве языков.

Холод почти моментально поглотил все её проклятия, замораживая дыхание в горле и носу. С каждым шагом Син увязала в сугробах, проваливаясь сквозь наст, замедляясь и ещё больше распаляясь в ярости.

Син собиралась выпытать местоположение Лора у этой сучки.

Дрожащими руками она отодвинула рукав парки и посмотрела на часы. Время было почти на исходе. А затем, впереди... на полянке показалась её цель, одетая лишь в джинсы, ботинки и гребаную майку. Как мило, что цыпочка-похититель не чувствительна к холоду, в то время как Син была близка к тому, чтобы замёрзнуть до смерти.

– Где он? – крикнула она. – Где мой брат?

Идесс моргнула.

– Брат? – По какой-то причине она улыбнулась. – Не беспокойся. Он в порядке.

– Я не верю тебе.

– А мне плевать.

Кайнжал вибрировал в руке Син, желая снова испить крови жертвы, но когда она двинулась вперёд, Идесс попятилась.

– Отпусти Лора, – прорычала Син.

– Это невозможно.

– Тогда я тебя убью.

– Это не так просто.

– Не существует ничего невозможного. – Син сделала ещё один шаг. Идесс снова отступила. – Будь ты проклята! Лора нельзя держать в плену. Ему нужно... у него есть определённые потребности.

– Да, – подтвердила Идесс. – Я обнаружила это.

– Если ты позволила ему страдать...

– Не позволила. – Она мельком глянула на часы. – Похоже, наше время истекло. Если ты хочешь снова увидеть своего брата, разузнай имя к нашей следующей встрече.

– Имя?

– Имя того, кто нанял тебя и Лора.

Син резко вздохнула, чуть не задохнувшись от пронзившего её холодного воздуха.

– Невозможно, – прохрипела она. Господи Иисусе, даже если бы ей удалось его разузнать, она не могла нарушить кодекс чести наёмника, что грозило ей проблемами куда более весомыми обычной смерти.

Идесс пожала плечами.

– Значит ты больше не увидишь Лора. – Она исчезла, изобразив прощальный жест, оставив Син замерзать в яростном исступлении посреди заброшенного леса.

Идесс отсутствовала двадцать часов. Двадцать долбаных часов! Ей потребовался бы всего лишь час, чтобы ускользнуть от Син, и в голове Лора начало вертеться множество всевозможных сценариев на тему того, что с ней могло произойти. Его грызли беспокойство, беспомощность и голод, и приходилось заботиться о своих физических потребностях с раздражающей частотой.

По каким-то причинам разрядка ему не приносила удовлетворения. Под кожей нарастало напряжение, и складывалось впечатление, что в любой момент она готова взорваться, выпустив на свободу демона, стремящегося к тотальному разрушению. Тело Лора познало Идесс и жаждало именно её прикосновений, что могло привести к серьёзной проблеме, если привычные способы борьбы с гневом теперь утратили свою актуальность.

Так что, да, двадцать часов волнения, дрочки и построения плана спасения, который включал в себя соблазнение Идесс, после чего она его отпустит. Это был самый жалкий план за всю историю разработки планов по освобождению. Идесс две тысячи лет. Вряд ли она купится на старое-доброе "я люблю тебя, поэтому ты должна мне доверять".

Это не означало, что он не собирается попробовать. Просто он не возлагал на это особых надежд.

Однако Лор возлагал серьёзные надежды на другой план. Ему стоило хорошенько отметелить себя за то, что приковал собственноручно себя к кровати, пока его сознание под воздействием червя тоски находилось в отключке. Однако на протяжении этих двадцати часов ему удалось освободить одно их своих запястий, и если он смог бы добраться до Идесс, она угодила бы прямо в ловушку.

И ей бы стоит поторопиться. В дополнение к нарастающему гневу, у Лора начала ещё и грудь гореть. Детару жаждал его видеть. И хуже того, метка будет пульсировать, а к приближению к обозначенному сроку, пульсация станет сильнее и быстрее.

Лор находился здесь почти два дня. Почти на два дня ближе к смерти Син. Если считать, что она ещё жива, то что она думает о нём? Должно быть, она волнуется. По крайней мере, в том виде, в каком Син вообще могла это делать.

Звук шагов заставил его сердце заколотиться, и он быстро сунул запястье в наручник, делая вид, что оно всё ещё сковано. Затаив дыхание, Лор внимательно следил за дверным проёмом в надежде, что в нём появится Идесс или Син.

Идесс. Странно, он испытал облегчение, увидев её, одновременно испытав страх за жизнь Син. И как, мать вашу, вообще такое возможно?

Затем она улыбнулась, и у него пересохло во рту – настолько её улыбка оказалась злой.

– Так-так, – сказала она. – Женщина-Семинус? Кажется, она твоя сестра.

Самоконтроль сейчас был важен, как никогда. Лору пришлось приложить немалые усилия, чтобы не сделать выпада в сторону Идесс, требуя у неё немедленного ответа.

– Я в курсе. И если ты ей что-нибудь сделала...

– Я же обещала, что не буду ничего с ней делать, - прервала его Идесс, махнув рукой. – Я заманила её в отдалённый уголок Канады. Сегодня ночью мне снова придётся скрываться от неё... думаю начать с Кайтая, потом попрыгаю немного. Как думаешь, ей бы хотелось увидеть Великую Кайтайскую Стену?

Успокоившись, что с сестрой всё в порядке, Лор беспечно улыбнулся.

– Син нравится путешествовать.

– Хорошо. Так я и поступлю. – Идесс протянула руку, и благослови господи её маленькое ангельское сердце, в руке оказалась сумка с фаст-фудом. От аромата бургеров и картошки-фри у Лора потекли слюни.

Хотя, возможно, этому поспособствовал вид обнажённого животика Идесс, торчащего между коротким топом и джинсами с заниженной талией. В животе у Лора заурчало, член затвердел, когда тело начало метаться от одной потребности к другой.

– Ты проголодался?

– Даже представить себе не можешь как.

В её глазах мелькнуло сожаление.

– Мне реально жаль, Лор. Я прежде никого не держала в плену.

– Да, твой дебют, определённо, выдался блестяще, – заметил он грубо. Лор не знал, как общаться с настолько милым похитителем. Если бы она избивала его, оскорбляла или просто молчала, тогда другое дело. Но Идесс поставила его в ситуацию "хрен-знает-что-теперь-делать", в то время как он всегда обычно знал, как ему следует поступать.