(не)случайная невеста для проклятого мага - Марина Григорьевна Халкиди

себе, нежели о других. И на них он производил впечатление роскошными подарками, а не проявленной заботой о детях из приюта. Но все же, подумал он, он не заслуживал сейчас этого взгляда Вивьен полного восхищения, будто он совершил какой-то героический поступок. И стало стыдно, что раньше он никогда не задумывался о таких вещах, о том, что он мог и раньше многим помогать, но предпочитал делать вид, что его это не касается. Поэтому сейчас он хотел перевести всю в шутку, чтобы не обманываться ее взглядом, дававшим ему надежду. — Я бы отправил конфеты еще одной особе, которая не признается, что любит их и прячет любовные романы под матрасом, но решил, что позже лично вручу их.

Вивьен сразу догадалась, что герцог намекает на настоятельницу женской обители небесных супругов, и прыснула от смеха. Она сразу же представила лицо настоятельницы в тот момент, когда герцог вручит ей шоколад, и практически уткнулась ему в камзол лицом, чтобы приглушить смех и избавиться от навязчивой картины в голове.

Лерн тепло улыбнулся, разглядывая макушку жены. И в этот момент его взгляд пересекся со взглядом старого шоколатье. Тот понимающе кивнул, слишком понимающе.

— Дамы, вы что-нибудь выбрали или я могу проводить вас к дверям, — обернулся тот к посетительницам.

Те что-то забормотали в ответ, а потом, клянясь, поспешили покинуть лавку.

— Не опасаетесь разогнать так всех клиентов? — спросил Лерн.

— Что вы, милорд. После того как станет известно, что сам хозяин замка на утесе бывает в моей скромной лавке, да еще сам забирает заказ, от посетителей не будет отбоя... Да и на новую герцогиню все пожелают взглянуть.

— А то меня кто-то еще не видел, — фыркнула Вивьен, справившись с приступом смеха.

Господин Эгис улыбнулся, но не стал ничего возражать ей.

— Помогу-ка я своей внучке, а то столь больших заказов мы еще не получали… Лесли?

— Да, деда.

— Я пока упакую пирожные, а ты лучше угости наших гостей своим изделием... — старик ласково посмотрел на внучку. — Первые ее собственные конфеты. Месяц билась над рецептурой, вчера закончила, но даже мне не разрешает попробовать их.

Эта самая внучка, о которой шла речь, улыбнулась, после чего скрылась в подсобке. Вернулась она через одну минуту и протянула упаковку, перевязанную красной нитью.

Не испытывая робости, она протянула конфеты герцогу.

— Их обязательно надо попробовать запивая легким летним вином... и если они вам понравятся, то я бы хотела назвать их в честь вас, Вивьен — герцогская роза.

Вивьен — так звали цветы дикой розы в северной провинции. Поэтому намек был более чем ясен.

— А можно не пробуя сразу ответить да? — улыбаясь, уточнила Вивьен, которая искренне обрадовалась, что в честь нее хотят назвать конфеты.

Но юная шоколатье только покачала головой.

— Простите, Вивьен, я, наверное, не так выразилась, но я жду, что конфеты понравятся его светлости.

Наверное если бы Лерн не разучился краснеть еще в юности, сейчас он бы точно покраснел. Потому что теперь в словах хозяйской внучки он увидел новый подтекст — его роза. Он вздохнул, желая, чтобы это было так, но, увы, эта роза принадлежала не ему.

Но все же он кивнул, пообещав сообщить о результатах дегустации. А затем он почти не принимал участие в разговоре. Хотя и к старику Эгису больше не ревновал, осознав, что это глупо.

И лавку, получив упакованный товар, он покинул с радостью.

Время обеда, пока они разъезжали по гостям, уже давно прошло, но Вивьен отрицательно замотала головой, когда он предложил заехать в ресторацию.

— Вы шутите, какой обед, когда у нас с собой настоящее сокровище?

Она с такой радостью обняла одну из упаковок, что Лерн вновь ощутил это щемящее чувство нежности. Поэтому он решил сегодня же распорядиться, чтобы слуги каждые два дня ездили за свежими пирожными в лавку господина Эгиса. Чтобы через месяц-другой Вивьен относилась к ним, как к любой другой еде, не радуясь конфетам как редким драгоценным камням.

Глава 23. Герцогская роза

Глава 23. Герцогская роза

В замке Лерн распорядился принести из погреба легкое вино, а также чай для жены и кофе для себя.

Слуги с трудом скрыли удивление, когда он попросил накрыть их стол на террасе-балконе, который опоясывал восточную сторону замка, причем накрыть стол только привезенными сладостями.

Вивьен сразу бросилась к перилам, выглядывая птиц, ныряющих в морские пучины в поисках сытного обеда. Солнце уже скрылось с другой стороны замка, и терраса оставалась в тени. И Вивьен, не щурясь от солнечных лучей, бросила взгляд на побережье и виднеющийся вдали рыбацкий квартал. С возвышенности замка и издали маленькие дома выглядели муравейником. Но счастье, подумала она, зависело не только от размеров дома и красивого фасада. И многие рыбаки из этого квартала были счастливы, порой и завтрака, и обедая и ужиная одной рыбой, которую отбраковал для своей лавки тот же господин Брок. И возможно они были счастливее даже хозяина замка на утесе, подумала Вивьен и взглянула на герцога, который оказывается все это время разглядывал ее.

Затянувшееся молчание на балконе прервали слуги, они принесли кувшин с водой, опасаясь, что у хозяев что-нибудь слипнется от такого количество сладостей.

— Вивьен, — осуждающе бросил Лерн на ее высказывание о том, что и где слипнется от конфет.

— Ну извините, я дочь рыбака, а не благородная дама... Нет, я помню, что я герцогиня и буду вести себя соответствующе на публике. Но наедине-то с вами можно быть самой собой?

— Можно, — поспешно согласился он, не желая, чтобы она и перед ним играла роль.

Он разлил вино по бокалам и один протянул ей.

— А у вас еще много той настойки? — задумчиво спросила она, поглядывая подозрительно на бокал. — От похмелья?

— Я распорядился принести всего лишь одну бутылку на двоих... так что настойка вам не потребуется.