Принц из страны облаков - Гальфар Кристоф

— А почему не пойти по улице? — спросил Тристам.

— В деревушке нас сразу заметят и дадут знать снегобою — как в тот день, когда вас отвезли в больницу.

— Ваш мэр… — начал Тристам. — Как зовут эту женщину?

— Госпожа Хизер, — ответил полицейский, поднимаясь по лесенке на второй этаж. — Она оставила для вас книгу наверху.

Глаза Тома вспыхнули, и он бросился к лесенке.

В комнатке на втором этаже царили чистота и порядок. Небольшое слуховое окно выходило в переулок; раздвижная дверь вела на террасу. На полу лежали три старых матраса; в углу рядом с электрической рисоваркой, бутылками с водой и аккуратно сложенной стопкой рубашек и брюк были свалены мешки, наполненные рисом. Припасов было заготовлено по крайней мере на месяц.

Когда все поднялись наверх, охранники втянули лесенку за собой и сняли с мальчиков наручники.

Переодевшись в обычную одежду, Тристам подошел к окошку. Матовое стекло искажало ландшафт, но все же картина открывалась впечатляющая. До самого горизонта простиралась Белая Столица, поддерживаемая несколькими ветряными станциями, которые прятались где-то под облаком. Тристам взялся за дверь, собираясь выйти на террасу.

— Даже не думай! — остерег его полицейский, не поворачивая головы. — Сиди смирно и не двигайся, пока мы тебе не скажем, понял?

Полицейские расположились рядом с люком и достали игральные карты. Напротив них, привалясь к мешкам с рисом, сидел Том, с головой ушедший в книгу, которую оставила ему женщина-мэр. Все остальное перестало его интересовать.

— Что ты читаешь? — спросил, подойдя к другу, Тристам.

— Книгу, — рассеянно ответил Том, поворачиваясь к нему спиной.

— Это твоя книга?

— М-м-м…

— Слушай, нам нужно вместе подумать! Как мы будем искать мою маму и Миртиль? Твоих родителей?

— М-м-м…

— И что говорить этой Зельде Хизер?

— М-м-м…

Тристам посмотрел на полицейских.

— Нам оставили только книгу? Это все? — спросил он, думая о пакете, который дала ему мама. — Там больше ничего не было?

— Нет. Мы бы тебе сказали…

Не отрывая глаз от карт, второй полицейский добавил:

— Может, помолчишь немного, а?

Земля — третья по порядку планета, если считать от Солнца. Она имеет форму шара, слегка сплюснутого в районе полюсов. Средний диаметр Земли составляет 12742 км.

Поверхность Земли окружена тонким слоем газа, который называют атмосферой.

99,9 % массы нашей атмосферы содержится внутри слоя толщиной 50 км, считая от поверхности Земли.

Атмосфера:

— поглощает смертоносные лучи, испускаемые Солнцем или приходящие из космоса;

— позволяет сохранять среднюю температуру на поверхности земного шара на уровне 15 °C;

— разрушает небольшие метеоры, не давая им врезаться в землю (метеор, размеры которого достаточно велики, чтобы достигнуть Земли, называется метеоритом).

Без воды в жидком виде и без той защиты от космических лучей, которую обеспечивает атмосфера, жизнь на Земле в известных нам формах была бы невозможной.

Атмосфера в обезвоженном виде (то есть за вычетом воды) содержит:

• 78,084 % азота,

• 20,946 % кислорода,

• 0,93 % аргона,

• 0,036 % углекислого газа,

• 0,002 % других газов.

Водяной пар, содержащийся в нашей атмосфере, практически полностью заключен в ее нижнем слое, который называется тропосферой. Именно здесь формируются облака.

Глава 9

Наступила ночь, за окнами стояла глубокая тишина. Тристам уснул. Рядом с ним, с раскрытой книгой на животе, спал, погруженный в грезы о будущем, Том.

В глубине комнаты, растянувшись на матрасе, храпел один из полицейских. Второй сидел на лесенке, стоявшей теперь возле люка. Предполагалось, что он будет следить за детьми, но и его сморила дрема.

Во сне Тристаму являлись картины мирной жизни в Миртильвиле.

Он видел свой дом среди полей, в стороне от городка. Но вот облако, на котором стоял дом, стало уменьшаться в размерах — бесшумно, неумолимо. Он видел, как рисовые плантации, полоса за полосой, обваливаются в пустоту.

Потом сон превратился в настоящий кошмар: дома Миртильвиля рушились один за другим; его мать и Миртиль метались по улице, ища укрытия, которого не было. В какой-то момент мама подняла на Тристама глаза, как если бы могла его видеть сейчас, и, показывая на Миртиль, прошептала: «Спаси ее!»

И тут их дом провалился сквозь облако и упал на остров внизу, превратившись в груду щепок.

Весь в поту, тяжело дыша, Тристам рывком сел на своем матрасе, Что-то больно сдавило ему грудь, голова кружилась; он не сразу понял, где находится. Во сне ему открылась возможность ужасного исхода: а вдруг его матери не удалось вырваться из рук врага?

Убедившись, что Том и двое полицейских спят как убитые, он на цыпочках подошел к раздвижной двери, отодвинул ее и проскользнул на террасу. Город был ярко освещен, и это мешало различать звезды. Над крышами плавал густой туман, сливавшийся, по-видимому, с дымом печных труб. Тристам никак не мог успокоиться. На лбу у него блестели капли холодного пота. «Миртиль, мамочка, — думал он, — где бы вы ни были, я вас спасу».

Забыв про все запреты, он осторожно закрыл за собой дверь террасы и бесшумно сполз по стене домика вниз. Поблизости не было ни единой души. Тристам почувствовал, как к нему возвращается спокойствие. Он был свободен.

Решив воспользоваться ночной темнотой, он стал спускаться в город. Дороги патрулировали военные, но они издали выдавали себя светом ручных фонариков, и Тристам всякий раз успевал спрятаться.

Он узнавал дома, мимо которых они шли накануне. Однако чем дальше он уходил, тем чаще ему встречались патрули.

«Нет, до центра города мне, пожалуй, не дойти», — подумал он.

Справа Тристам заметил холм, полностью погруженный в темноту. Ни одного пугающего луча — значит, солдат там нет. Держась в тени домов, он свернул в ту сторону и через несколько минут оказался у подножия холма. Он начал подниматься вверх по склону.

Только на гребне он понял, почему здесь не было домов. Другой склон холма представлял собой отвесный обрыв, нависавший над жилыми кварталами. Усевшись недалеко от края, Тристам смотрел на тысячи уличных фонарей, горевших внизу. Плутание в темноте и прохладный вечерний воздух успокоили его.

Небо над белыми горами было ясным, но звездный свет не мог пробиться сквозь слой загрязненного воздуха, колыхавшегося над городом. Видны были только самые яркие звезды. Тристам вспомнил слова старика, с которым они встретились в тюрьме: «Раньше в небе было много звезд».

Он представил себе мир, в котором больше нельзя любоваться звездами.

«Такого просто не должно быть!» — сказал себе Тристам и поклялся сделать все, чтобы этого не произошло. Он встал и подошел к обрыву.

— Мы с Томом найдем Миртиль! — крикнул он, обращаясь к спавшим в своих домах горожанам. — Мы покончим с тираном, и вы увидите звезды!

В это мгновение над белой горой напротив него показался краешек оранжевого диска. Всходила луна. Она была большой, почти полной, и от этого зрелища у Тристама потеплело на душе. Он снова сел и с восхищением смотрел, как луна, поднимаясь все выше, меняет цвет.

В памяти всплыли слова мамы: «Чтобы сделать мир лучше, нужно быть очень мужественным и отважным». Он сидел над обрывом, стараясь собрать все свое мужество, как вдруг заметил, что внизу на одной из улиц мелькнула какая-то тень.

Тристам решил, что ему почудилось, но через несколько мгновений та же тень скользнула чуть дальше.

Кто-то бежал по улице.

Кто-то, у кого на спине висел большой рюкзак; кто-то, у кого не было фонарика.

«Это не солдат», — с удивлением подумал Тристам.

Глава 10

Тристам внимательно следил за тенью. Она двигалась прямо на военный патруль.