Принц Ардена - Софи Анри

можно так назвать. Рэндалл покусывал ее губы, делая это с такой нежностью, что где-то глубоко в душе Аврора призналась, что ей это нравится. Нравится настолько, что она даже прикрыла глаза, наслаждаясь моментом близости.

Но тут Рэндалл отстранился. Его лицо было скрыто непроницаемой равнодушной маской.

– Никогда не лезь в клетку с хищником, если не уверена, что сможешь его укротить, Аврора. – Рэндалл легонько чмокнул ее в нос и поднялся с кровати.

– Уже поздно, княжна, спокойной ночи, – будничным тоном произнес он, словно недавние поцелуи никак его не взволновали.

Аврора не смогла вымолвить ни единого слова и ошарашенно наблюдала, как Рэндалл надел сапоги и покинул ее опочивальню. Тихий звук закрывающейся двери ударил ее точно звонкая пощечина, выводя из состояния ступора. Душу начали заполнять стыд и обида. Но даже они не могли остудить жар, вызванный пьянящими прикосновениями несносного южанина.

– Ненавижу… Как я тебя ненавижу! – шептала Аврора, не понимая, почему испытывает к нему это испепеляющее чувство.

Глава 16

На заднем дворе Ледяного замка, как и в первые дни его приезда, кипела жизнь. На тренировочной арене так же состязались младшие сыновья царя, только в этот раз у каждого был другой соперник.

Рэндалл не стал задерживаться у арены и двинулся дальше. Он пришел сюда с одной лишь целью – найти Аврору.

Она избегала его со дня помолвки.

Вспомнив детали их «первой ночи», Рэндалл со злостью пнул обледенелый кусок снега. Он напился как последний пьянчуга и вел себя очень гадко. В памяти вновь всплыл образ перепуганной Авроры, прижатой его крепким телом к кровати. Рэндалл чертыхнулся и дернул головой, пытаясь отогнать наваждение. Но даже сейчас, спустя три дня, он помнил все до мельчайших подробностей. Помнил ее горячее дыхание на своем лице, тепло ее тела, нежные и мягкие губы…

«Ты мерзкое похотливое животное!» – уже в который раз укорил он себя.

Рэндалл уже хотел вернуться в замок, когда увидел фигуру в ободранной волчьей шубе с капюшоном, направляющуюся к высоким воротам. И куда, интересно, его невеста собралась в этих обносках, одна да без охраны? Он быстрым шагом направился к ней, пока она не успела выскользнуть из замковых ворот.

Он догнал ее у самых ворот.

– Добрый день, моя неуловимая женушка, куда путь держишь?

Ее плечи вздрогнули, и она обернулась к нему. На лице читалось раздражение.

– Туда, где смогу избавиться от твоего назойливого присутствия, – процедила Аврора и продолжила путь.

Рэндалл тяжело вздохнул.

– Аврора, постой…

– Чего тебе, Рэндалл?

– Почему ты избегаешь меня?

Она смущенно потупила взгляд.

– Я не желаю с тобой разговаривать. Разве не ясно?

– Аврора, скоро мы станем супругами. По вашим обычаям мы уже муж и жена. Нам надо попробовать наладить отношения.

Она переменилась в лице и почти шепотом прошипела:

– Какие отношения, Рэндалл? Если бы кого-то интересовали мои чувства, то ни о каких отношениях и речи бы не шло. Ты мне даже не нравишься! Мне с тобой рядом находиться больше пяти минут невыносимо. Ты высокомерный, заносчивый, надменный чужак, который отчего-то решил, что, купив меня за сундук с побрякушками, может требовать к себе особого отношения.

Рэндалл отвел взгляд, пытаясь сохранить ледяное спокойствие. Мимо них прошел старый слуга с огромной лопатой и, как будто нарочно, начал расчищать снег рядом с ними, то и дело поглядывая на него с гримасой недовольства на лице.

Рэндалл шумно втянул морозный воздух. Ему опостылел вечный холод Северного царства, от которого невозможно было избавиться, даже сидя у горящего камина. Ему надоели угрюмые лица обитателей Ледяного замка. Надоели до ужаса странные обычаи и нравы.

Но больше всего его утомила эта сумасбродная дикарка. От стремительных перемен в ее настроении у Рэндалла начиналась мигрень. В одну минуту она могла мило беседовать с ним и дарить некое подобие робкой улыбки, а в следующую – обливала ушатом помоев.

Собравшись с мыслями, Рэндалл равнодушным тоном произнес:

– Аврора, если бы речь шла о чувствах, ноги моей здесь не было бы. И даже знакомство с тобой не изменит моего мнения.

Аврора издевательски хмыкнула.

– Поэтому ты лез ко мне целоваться?

Рэндалл удивленно выгнул бровь.

– Душа моя, какое же ты невинное дитя, раз приняла мое баловство в нашу брачную ночь за поцелуи. К тому же я был пьян. Жаль разрушать твои иллюзии по поводу моих чувств к тебе, но я поклонник горькой правды.

Не такого исхода он ожидал от их беседы, но все равно не без удовольствия наблюдал, как щеки Авроры приобретают пунцовый оттенок.

Она гордо вздернула подбородок и сделала шаг к нему, собираясь что-то сказать, но застыла на полуслове.

– Герольд?

Рэндалл медленно обернулся и окинул северянина равнодушным взглядом.

– Приветствую вас, царевич.

Герольд не удостоил Рэндалла вниманием и, пройдя мимо него, остановился рядом с Авророй.

– Сестрица, куда ты направилась совершенно одна?

Аврора кинула растерянный взгляд на Рэндалла.

– Иду в лес, хочу погулять напоследок и набрать кое-каких трав для моей аптечки.

– Я провожу тебя. – Герольд взял ее под локоть и повернулся к Рэндаллу спиной, собираясь выйти за ворота.

Рэндалла поражала обидчивость Герольда. Неужели он ни разу до поединка с ним не терпел поражений? Или его оскорбил сам факт, что его одолел чужеземец? Рэндалла никак не трогало хамское отношение старшего царевича, но он вспомнил брошенные минутой ранее слова Авроры и не смог отказать себе в удовольствии позлить ее.

– Царевич, негоже пренебрегать обычаями своего народа.

Возившийся со снегом слуга на мгновение забыл про свою лопату. Стражники у ворот обратили все взоры на Рэндалла.

Герольд медленно обернулся к нему:

– О чем толкуешь, чужеземец?

Рэндалл обнажил заостренные клыки в довольной улыбке.

– Я о том, что, согласно вашему обычаю, ты можешь сопровождать Аврору, но только с дозволения ее мужа, то есть меня.

Герольд приблизился к Рэндаллу.

– Ты смеешь указывать мне, что делать с моей сестрой, чужак? – Его глаза почернели от злости.

– Нет, царевич, я просто напоминаю: прежде, чем что-то делать с моей женой, тебе нужно спросить разрешения у меня.

Краем глаза Рэндалл заметил, как Аврора резко развернулась и направилась к воротам.

– Аврора! Вернись. Я не позволял тебе покидать дворец в одиночку, – сказал Рэндалл.

Ухмылки как не бывало. Он буравил ее стальным взглядом, который не предвещал ничего хорошего, если Аврора решит ослушаться. Судя по выражению ее лица, она верно истолковала его взгляд и, краснея то ли от смущения, то ли от злости, вернулась обратно.

Рэндалл довольно улыбнулся уголком рта и снова посмотрел на Герольда