От летчика-истребителя до генерала авиации. В годы войны и в мирное время. 1936–1979 - Николай Остроумов

Мой начальник, просмотрев подготовленный материал, одобрил его.

Во время просмотра материала у Александра Александровича возник вопрос: откуда мне известно, что И. В. Сталин во время выезда на фронт побывал на аэродроме? Я ответил, что я использовал из статьи Шиманова «Сталин и авиация». Больше вопросов не было. Материал был использован командующим ВВС для написания брошюры, которая вышла во время подготовки выборов. А. А. Новиков был избран в Верховный Совет СССР.

С большим одобрением личного состава ВВС было встречено решение И. В. Сталина о введении поста главнокомандующего ВВС, а вместо штаба ВВС КА Главного штаба ВВС КА. Это было определенным признанием возросшей роли видов вооруженных сил. Совершенно неожиданной была замена А. А. Новикова К. А. Вершининым.

При Вершинине стала быстро развиваться реактивная авиация, заложенная еще А. А. Новиковым. Уже через несколько месяцев было проведено крупное авиационное учение на Западном направлении. Разбор состоялся на территории Польши. Во время разбора к Вершинину подошли С. И. Руденко и В. И. Сталин. С. И. Руденко попросил К. А. Вершинина назначить командира авиакорпуса 16-й ВА В. И. Сталина его первым заместителем. К. А. Вершинин ответил, что он не возражает, но это должно быть одобрено И. В. Сталиным. В последующем В. И. Сталин был назначен заместителем к С. И. Руденко, а затем командующим ВВС МВО, вместо Н. А. Сбытова. Последний был направлен слушателем Высшей военной академии, несмотря на его желание продолжать работу командующим ВВС Московского округа.

Командующий ВВС МВО был главным организатором подготовки 100 летчиков, продемонстрировавших свое искусство на воздушном параде 1 мая 1947 года. Впервые в мире в едином строю пролетели над Красной площадью 105 реактивных самолетов МИГ-9 и Як-15. Мне, как офицеру Оперативного управления Главного штаба ВВС, входившему в состав оперативной группы воздушного парада, пришлось ощутить всю сложность его организации управления им в сложных метеорологических условиях, когда после посадки последнего реактивного самолета пошел дождь. Как волновался первый главнокомандующий ВВС маршал авиации К. А. Вершинин! Находясь на мавзолее В. И. Ленина, он непрерывно звонил и требовал доклада воздушной обстановки и хода полета. Мне, находившемуся на КП центрального аэродрома у телефона, пришлось услышать весьма «веские» его эпитеты вроде: «Вы что там все, оху…ли?!» Это единственное ругательство, которое я слышал за многие годы работы под его началом.

В августе 1947 года мне позвонил начальник управления вузов ВВС генерал-лейтенант авиации Андреев и сказал: «Идет укомплектование второго набора авиационного факультета в Высшей военной академии имени К. Е. Ворошилова». (Так тогда именовалась академия Генерального штаба.) Я ответил, что считал бы большим счастьем учиться в этой академии. «Тогда иди к своему начальнику и подай ему рапорт о своем желании». Я так и сделал. Начальник Оперативного управления генерал-лейтенант авиации Александр Захарович Устинов одобрил мое желание. Однако сказал: «Нужно кроме моей подписи еще и решение начальника Главного штаба генерал-полковника В. А. Судца. Однако ты к нему не ходи, у него особый характер. Завтра он уедет в командировку, за него останется его заместитель генерал-полковник авиации Никитин. Вот к нему и обратись со своей просьбой». Я так и сделал и получил от него добро. Военный совет ВВС утвердил список поступающих, в котором была и моя фамилия.

Два с лишним года напряженной учебы. По всем дисциплинам одна отметка – «отлично». Вот и последний шаг к окончанию академии – защита дипломной работы перед Государственной комиссией. На защите присутствует начальник Оперативного управления Главного штаба ВВС генерал-лейтенант авиации А. З. Устинов, бывший начальник Главного штаба ВВС, а в это время слушатель второго курса общевойскового факультета академии В. А. Судец и другие. Моя тема «Воздушная армия в оборонительной операции фронта». Во время защиты докладывал о большом значении участия воздушной армии при проведении контрподготовки фронта, привел исторический пример неудачной авиаконтрподготовки 17-й воздушной армии в Курской битве, которая, не проведя предварительной авиаразведки наличия самолетов противника на аэродромах перед началом контрподготовки, начала бомбовые удары по пустым аэродромам, с которых противник успел поднять свою авиацию. В выступлениях по защите генерал В. А. Судец и начал докладывать, что якобы 17-я ВА нанесла удары достаточной эффективности и виновато Оперативное управление, допустившее неточности в описании контрподготовки. В своем заключительном слове я сослался на документы, подтверждающие то, что я сказал при защите. Комиссия оценила мою работу и доклад на «отлично», и председатель ее поздравил меня с отличной защитой и отличным окончанием академии.

В декабре 1949 года в актовом зале академии министр вооруженных сил СССР (так тогда называлась эта должность) Маршал Советского Союза Василевский перед строем выпускников поздравил меня с отличным окончанием академии с золотой медалью и присвоением воинского звания полковника. За неделю до выпуска на встречу с начальником Главного управления кадров генералом Голиковым были собраны слушатели нашего курса. Он объявил предполагаемые назначения каждого слушателя и спрашивал согласие выпускников и мнения присутствующих. Мне предложили должность начальника оперативного отдела штаба воздушной армии в Закавказском военном округе.

По возвращении из отпуска в январе 1950 года пришел в отдел кадров академии за командировочным предписанием в Тбилиси, но мне вручили предписание явиться в Главный штаб ВВС. Мой старый друг полковник Г. А. Пшеняник также вместо назначения в Киев получил предписание в Главный штаб ВВС. Он был доволен, а я начал искать пути для изменения своего назначения начальником отдела оперативной подготовки Оперативного управления Главного штаба ВВС. В управлении кадров министерства мне сказали, что назначение изменили по просьбе начальника Главного штаба ВВС генерал-полковника С. И. Руденко. Главнокомандующим ВВС в это время был маршал авиации П. Ф. Жигарев. Как известно, он в 1942 году с должности командующего ВВС КА был направлен в Хабаровск командующим 10-й воздушной армией. Вершинин был снят за катастрофу транспортного самолета с китайской правительственной делегацией под Иркутском в 1948 году, вместе с ним был снят начальник Главного штаба ВВС генерал-лейтенант Н. П. Догаев. Начальником Главного штаба стал генерал-полковник С. И. Руденко.

Так я возвратился по решению начальника Главного штаба ВВС опять в Оперативное управление. Уже в конце 1950 года в Военно-воздушной академии, как начальник штаба руководства, готовил командно-штабное учение. Руководил учением генерал-полковник С. И. Руденко. Затем участвовал в штабе руководства от ВВС в стратегическом учении в группе советских войск в Германии, которым руководил министр вооруженных сил Маршал Советского Союза Василевский. Одним из крупных вопросов была воздушная операция по разгрому группировок ВВС противника на Западном ТВД.