На перекрестках Вселенной - Александр Кульский

И только на последней лекции профессор Вишневский честно и открыто признался, что игнитроны — это таинственная штука, которая работает абсолютно не так, как об этом повествуют учебники! Потому что, будучи профессионалом-исследователем, а не потребителем изделия, Вишневский с сотрудниками кафедры изменили однажды конструкцию игнитрона. Это изменение конструкции позволило сделать вывод, что процессы выпрямления тока не связаны с наличием пятна — автоэлектронной эмиссии.

Это означало, что основной физический процесс, который обеспечивал работу игнитронов (а они до внедрения полупроводниковых выпрямителей отработали людям почти сорок лет), был и остался абсолютно непонятным!

…Я не стал бы вообще упоминать об этом, если бы те же самые игнитроны вновь однажды не заявили о себе. И вот каким образом.

…Несколько лет тому назад в изданиях для служебного пользования был отмечен факт, который имел место на одном из заводов электронной промышленности бывшей Югославии в городе Белграде.

Как известно, современные микросхемы изготовляются путём напыления в вакууме на подложку через трафарет всевозможных металлов. Это требует значительных напряжений — десятков тысяч вольт и токов в сотни ампер. На белградском заводе, как и на других подобных предприятиях, для этого использовались игнитроны. Кстати, поскольку при эксплуатации баллон из толстого стекла, случалось, лопался, учитывая, что рабочая температура прибора достигает 300 °C и выше, а игнитронов используется много, эти приборы работали в подземных помещениях.

Люди туда не заходили месяцами, чтобы не дышать ртутными испарениями… Но техника устаревает и заменяется на более совершенную. Настала очередь игнитронов. Их необходимо было изъять из подвалов завода. Так что вначале никто не обратил внимания на коричневые металлические капли, которыми была просто усеяна внутренняя поверхность некоторых игнитронов, примерно 11 % от общего количества приборов.

Настоящая сенсация, пополам с растерянностью, началась тогда, когда было установлено, что эти капли есть не что иное, как чистое золото!

После дебатов в директивном порядке было предложено следующее решение: этот случай скрыть от средств информации! И считать, что золото в стеклянных баллонах игнитронов появилось вследствие того, что ртуть, которая была залита в баллоны при их изготовлении, была «нечистой». В ней содержалось слишком много золота!

А выводы профессионалов, между прочим, были однозначными! Во-первых, ртуть с таким высоким содержанием золота не была бы пропущена входным техническим контролем при производстве игнитронов. А, во-вторых, если бы это даже и произошло, то как могло случиться, что почти у 90 % приборов, в которые была залита ртуть из этой же самой партии, никакого золота обнаружено не было!

А теперь вернёмся к алхимическому «великому деланию».

Алхимики также широко использовали ртуть. Повель и Бержье говорят: «Ньютон верил в существование цепи посвящённых, которая тянулась из очень далёкой древности, верил, что эти посвящённые владели тайнами трансформации и расщепления материи». Английский атомщик Андрадэ в своей речи, произнесённой в Кембридже и посвящённой 300-летию Ньютона, сказал, что, возможно, и сам Ньютон принадлежал к этой цепи и открыл миру только часть, причём малую часть своего знания. Что касается самого Ньютона, то он писал: «Способ… сберегался в тайне теми, кто его знал, и представляет собой, возможно, двери к чему-то более благородному, чем производство золота…»

…Но что же в действительности происходило в алхимических лабораториях? Как выглядел процесс, который ставил цель «делания золота»? Да и вообще делание ли золота было главной целью многолетнего труда?

Алхимический текст сам по себе — это не рецепт-пропись, а ловушка! Поэтому наиболее вероятно, что «великое делание» — дело не одиночек, а коллективов.

Но вот наступает особенный момент — алхимик, который должен непосредственно проводить эксперимент, усвоив книжную премудрость (а скорее — полученное от учителей знание), начинает действовать!

В агатовой ступе он приготовляет тонкую смесь из трёх составных частей. Первая, её около 95 % — это энергия. То есть минерал, который имеет в своём составе много железа, сурьмы и т. п. Вторая — металл, чаще всего ртуть. Третья — кислота органического происхождения: виннокаменная или лимонная.

Эти составные части он смешивает и растирает вручную в течение полугода. Затем алхимик нагревает смесь в тигле. Это уже требует большой осторожности, поскольку выделяющееся при этом испарение (особенно при использовании ртути) поубивало немало одиночек-неудачников ещё в самом начале работы.

После этого алхимик растворяет то, что находится в тигле, с помощью кислоты. И вот здесь мы встречаемся с указаниями относительно того, что процесс растворения требует ещё и специфического освещения. Или поляризованного, или солнечного, но не прямого, а отражённого зеркалами!

Наконец, жидкость испаряется, а твёрдый остаток процеживается. И эта операция должна повторяться экспериментатором много тысяч раз в течение многих лет! Почему — это для современного химика — непознаваемая вещь! Повель и Бержье, например, считают, что, «возможно, ожидается момент, когда совпадут условия: космические лучи, земной магнетизм и т. д. Возможно, что алхимик добивался «утомлённости» вещества в его глубинном старении, которое нам ещё неведомо. Алхимик говорит о "священном терпении", о медленной концентрации "всемирного духа". Очевидно, под этим скрывается что-то другое, очень важное».

…В своё время В.Рабинович в интересном труде «Образ мира в зеркале алхимии» делает попытку дать расшифровку на современном химическом языке старинного алхимического рецепта получения «философского камня». Этот текст, как считают, принадлежал Раймунду Луллию (XIII век) и был повторен английским химиком XV столетия Риппли.

На страницах «Образа мира…» приведены все пятнадцать гравюр знаменитой «Немой книги» — единственного в своём роде алхимического трактата, в котором нет ни одного слова! Этот алхимический шедевр относят к XVII столетию. Считается, что его создатель — легендарный французский алхимик Жак Толле (1630–1696 гг). Именно его исследователи считают удачливым алхимиком!

Так это или не так, на обложке трактата имеется только псевдоним — Альтус. На двенадцати из пятнадцати гравюр, именно там, где изображён алхимический процесс, мы видим двоих: самого алхимика и его так называемую сестру, которая помогает ему в осуществлении процесса «Великого Делания». Но ни одного раза, ни единым словом не касается этого важнейшего момента автор «Образа мира в зеркале алхимии»…

…Знаменитый оксфордец, который ещё в далёком XIII веке описал паровоз, автомобиль, телевизор и др., Роджер Бэкон, известный алхимик, так говорил относительно этого дела: «Алхимия есть наука про то, как изготовить такой состав или эликсир, который, если его добавить к металлам неблагородным, превратит их в совершенные металлы…» Итак, сколько их было — обвинений в том, что многотысячекратное повторение одной и той же процедуры — чистейшее безумие! Хотя, например, зонная плавка полупроводниковых брусков с целью их очистки никогда безумием не считалась! А там одна и та же операция повторяется много десятков раз!

Ну а если сделать допущение, которое следует из самой сути алхимического процесса о том, что подобный процесс имеет принципиально нелокальный характер и связан с определёнными космическими силами, то сразу становится понятным, что в таком случае мы имеем дело совсем не с многотысячекратным повторением одного и того же… А с процессом, который осуществляется в земных условиях, но при этом каким-то образом взаимодействует с неотождествлённым космическим процессом, периодичность которого не поддаётся в настоящее время чёткому прогнозированию. Но если это действительно так, то только один или два раза в течение многих лет процедура может быть проведена по истинному рецепту!

Ещё одно. Перемешиваемые ингредиенты, возможно, начинают чувствовать влияние биополя алхимика (или алхимиков), который работает с ними. Возможен и такой вариант — в какой-то момент активность этого биополя импульсивно повышается в сотни раз под влиянием некоторого внешнего фактора!

Как бы там ни было, через много лет повторения определённого этапа работы алхимик считает, что первая стадия завершена!

Это очень любопытный момент хотя бы потому, что совершенно неясно, что именно указывает ему на то, что этот момент, наконец, наступил. Трактаты, как правило, не детализируют этот вопрос. Вот тут и вспомним про устную традицию. Именно в ней должны находиться необходимые для этого ключи…

…Теперь алхимик добавляет к своей смеси окислитель. А затем снова прокаливание… Опять проходят годы в ожидании следующего «знака». Какой-либо однозначности в описании этого «знака» у алхимиков нет! Они описывают его совершенно по-разному! Поэтому не исключено, что, возможно, существует несколько вариантов процесса. Однако большинство аналитиков считают, что это не так. Разнообразие описаний — просто ловушка! Автор этих строк также придерживается мнения, что, скорее всего, правильное описание единственно верного знака даётся только в устной традиции!