Королева сердец зомби - Джена Шоуолтер

— И? — спросила я.

— И она потеряла сознание, прежде чем смогла объяснить остальное.

Черт.

— Если она знает, куда «Анима» увезла Джастина, мы сможем пойти и забрать его.

— И уничтожить «Аниму» раз и навсегда. — он подошел ко мне, ущипнул прядь моих волос. — Я отвлекся, когда все, кроме тебя, поднялись наверх.

— Именно тогда ты решил уподобиться примерам с Animal Planet и выследить меня, верно?

Он усмехнулся.

— Именно так. Голодный лев и калека-газель.

— Не начинай. Это ты был покалечен.

— Уже нет.

— Хочешь сказать ты полностью восстановился? — взволнованная, я отодвинула воротник его рубашки. К его груди была приклеена повязка; она была белой, без единого пятнышка крови. Я приподняла ее, чтобы посмотреть на его рану… вернее, на его детскую царапину. Середина была зашита, без помощи швов, края розовые и заживающие, а не грубые и раздраженные.

— Я просто… Я не могу… Огонь действует так быстро.

Что если бы мы вовремя добрались до Лукаса, Трины и Круза? Можно ли было бы их спасти, сохранив жизни?

«О, Боже». Мне понравился ответ так же сильно, как и не понравился. Да. Они могли быть спасены.

Чувство вины… так много вины. Мрачный спутник «что если». Оно душило меня, заставляло чувствовать себя тем, кто нажал на курок, тем, кто покончил с ними.

— Мы не можем оглядываться назад. Этим мы никогда ничего не добьемся, — сказал Коул, в его голосе прозвучала нотка сомнения. Должно быть, он думал о том, о чем и я. — Мы можем только двигаться вперед, учиться на своих ошибках.

Жаклин снова застонала, ее ресницы подрагивали. Спящая красавица была близка к пробуждению.

Я быстро и крепко поцеловала Коула.

— Я хочу поговорить с Жаклин наедине. — на нее напали мужчины, так что Коул мог ее напугать.

Он мог отказаться или задать тысячу вопросов. Вместо этого сказал:

— Хорошо, — и быстро и крепко поцеловал меня в ответ. Он ушел, закрыв за собой дверь… оставив меня дрожать.

Он всегда так сильно на меня влиял?

Я села на край кровати и погладила руку Жаклин. Ее кожа была холодной и липкой.

— Теперь ты в безопасности. Я не позволю, чтобы с тобой что-то случилось.

Задыхаясь, она резко села. Ее здоровый глаз был широко открыт, дико забегав, и она никак не могла перевести дыхание.

— Теперь ты в безопасности, — повторила я. — Ты добралась до мистера Анкха.

— Анкх, — повторила она, падая обратно на кровать. Выражение ее лица исказилось от мучительной боли. — Джастин.

— Где он, Жаклин? Ты знаешь, куда его увезли?

— Джастин, — повторила она, затем перекатилась на бок и зарыдала. — Я не смогла его спасти. Я пыталась, но не могла бороться с обоими, поэтому подождала, пока они уйдут с Джастином, и проследила за ними. Они собираются причинить ему боль. Очень сильную. Мне нужно его спасти. Али, он нужен мне.

— Знаю. — я смахнула волосы с ее влажного от пота лба. — Знаю. Вот почему ты должна успокоиться и подумать. Поговори со мной. Расскажи все остальное.

Она вцепилась в мою руку.

— Я угнала машину моего соседа. Наша была выведена из строя. Я нашла фургон достаточно легко и проследила его до склада примерно в часе езды. — она назвала адрес. — Снаружи никого не было, но внутри оказалось много мужчин, и у них было много оружия. Я пробралась в здание, но не смогла найти Джастина. Я знала, что мне нужна помощь, поэтому поехала к Коулу, увидела, в каком состоянии дом, и поехала к Анкху. — ее взгляд умолял меня. — Кто-то ищет Джастина?

Не умея лгать, я ответила:

— Никто.

— Что! Почему…

— Ты потеряла сознание, — сказала я. — Мы не знали, с чего начать.

Она скривилась:

— Как долго я здесь?

Судя только по времени, которое меня не было…

— Около шести часов.

— Нет! — она свесила ноги с кровати. — Чем дольше он там, тем больше шансов, что они… — слезы потекли по ее щекам, и, когда она встала, ее колени подкосились. — Я должна ему помочь.

Я поймала ее и позволила использовать себя как костыли. Я не повела ее к двери, а вернула к кровати.

— Послушай. Ты не в состоянии идти. Я соберу других охотников, тех, кого не застрелили, не зарезали и не избили, и мы пойдем на склад. Мы найдем Джастина. Даю тебе слово.

Я никогда не давала обещаний легкомысленно. Я сделаю это или умру, хотя бы попытавшись.

— Я пойду с тобой, — сказала она, снова пытаясь встать.

Я толкнула ее обратно вниз. Мягко, но твердо.

— Ты будешь только мешать нам, и ты это знаешь.

— Нет. С каждой секундой мне становится лучше, — сказала она.

Правда? Или преувеличение? Цвет кожи стал лучше, а припухлость на глазу уже спала.

— Алиса.

Приятный голос донесся из коридора, но я не слышала, как открылась дверь. Я повернулась, и мое сердце чуть не выпрыгнуло изо рта. Наконец-то! Моя восьмилетняя младшая сестра Эмма… вернее, ее душа… прибыла.

Она шагнула из почти ослепительного луча света, ее прямые волосы были собраны в два темных хвостика. На ней было розовое платье и розовые балетки. Наряд, в котором она умерла.

Мне хотелось броситься и обнять ее больше, чем сделать следующий вдох, но она была душой, и, как и в случае с зомби, душа не могла соединиться с плотью.

Вместо этого я ей подмигнула.

Темные глаза, доставшиеся ей от нашей матери, умоляли меня.

— Алиса, — повторила она. Почти умоляя.

Что-то было не так.

Моя улыбка пропала.

— Али? — спросила Жаклин. Она не могла видеть Эмму. Только Коул и я могли. Я всегда думала, что это потому, что я связана с сестрой, а Коул — со мной.

— Я буду в коридоре, — прошептала Эмма и исчезла.

Чувство срочности овладело мной.

— Оставайся здесь, — сказала я Жаклин. — Я серьезно. Я могу позаботиться о Джастине, или могу позаботиться о тебе. Выбирай.

Она вздохнула.

— Джастин.

— Я буду держать тебя в курсе. — я практически выскочила в коридор. К счастью, Эмма была единственным человеком в поле зрения, а все двери спален оставались закрытыми.

— Я так рада тебя видеть. — и я действительно была рада. Даже если она пришла с плохими новостями.

Ее руки сжались, когда она сказала:

— Я слышала, что произошло. Четверо твоих друзей были убиты и…

— Четверо? — вмешалась я и покачала головой. — Было только трое.

Она посмотрела вниз на свои балетки.

— Нет. Их было четыре.

— Ты уверена? — конечно, она была уверена. Когда еще она ошибалась? Я закрыла глаза и позволила этому знанию укрепиться. Еще