Надежда на чудо: моё чудо (СИ) - Ковальчук Вера

– Есть такой набор приёмов, «вопрос – ответ» называется, – проворчал Радеш. – Помогает разузнать всё необходимое.

– И мы снова возвращаемся к тому, что кое-кто просто не дал мне задать вопросы, – криво хмыкнул Яр.

Его собеседник выставил ладонь в защитном жесте.

– Ладно, твою точку зрения понял. Теперь к другому: уже сообщили, где будешь работать?

– Пока нет. Завтра должны прислать назначение.

– А трансфер обещают?

– Вроде, да. Там же рваный график. Так что без трансфера никак.

– Ага. – Радеш думал, отвернувшись. – Ты прогер?

– Не только. Теперь, когда у меня есть маи, работа будет разнообразнее.

– Кстати, вот ещё хотел узнать – ты как связь-то укрепил? Я знаю, что вы не спали, как же тогда?

Яр усмехнулся.

– Не спали. И даже не тискались. Сам не понимаю. Просто она в какой-то момент словно ожила в разговоре со мной, а я почувствовал, как во мне течёт жизнь. Самая настоящая жизнь. Я будто и не существовал до того и в один момент вздохнул наконец. Потом ещё обнял её, после чего внутри аж забурлило. Вот так себя ощущал.

– Да ты-то ощущай себя как хочешь. А мне интересно, что было с Итой.

– Я не чувствовал от неё ни страха, ни отторжения. Только в самом начале. Да и тогда – скажу предельно честно, – мужчина скривил губы, – она больше боялась не меня, а тебя.

– Ври да не завирайся! – зарычал Радеш.

– Говорю, что видел. Даже сам удивился. Она была в ужасе, отчего-то решив, что похищение скомпрометирует её в твоих глазах, и ты ей не простишь нахождение со мной на одной территории.

– Что – не только прогер, но и психолог, раз считаешь, будто способен читать мысли девушки, с которой знаком меньше суток, урод?!

– Не психолог, хоть и владею кое-какими навыками. Но мне особо и напрягаться не пришлось, кое-что она сама сказала. Прямым текстом.

– Ага! Похитителю! Сразу же, в первый же день!

– Она была в разбалансированном состоянии, выговориться ей хотелось всё равно перед кем. Да и жаловаться агрессору для женщины зачастую логичнее – добиться, чтоб пожалел и был мягче. Я потому же и уверен, что она была искренна: девочка находилась в состоянии, когда легко понять, в чём человек не вполне правдив и как подправить разговор, чтоб услышать больше. И не надо меня сверлить взглядом, я с ней такого не делал. Во-первых, не хотел, а во-вторых, и не потребовалось. Она высказала всё, что было нужно, чтоб в итоге успокоиться и расслабиться.

Старший муж Иты зло выдохнул сквозь зубы.

– Так ты её расслаблял, значит.

– Да, когда понял, что лопухнулся. Хотел в первую очередь расслабить и убедить: не причиню вреда.

– А сам уцепил ин-связь.

– Да, удачно получилось.

– Сука, я сейчас тебе всё-таки вмажу!

– Ты жене обещал. Давай хоть на лужайку выйдем.

Радеш скрипнул зубами.

– Что, думаешь, откажусь?

Яр пожал плечами.

– Да не откажешься, конечно. Пошли?

На лужайке перед домом парни сцепились, едва скинули рубашки и утвердились на траве. Радеш был уверен, что противник-прогер не слишком удивит, но длилось это ровно два первых мгновения, после чего удар спиной о землю вышиб из него дыхание. Со всхлипом он вдохнул выбитое обратно и дёрнулся. Хватка жёстких рук противника ослабла.

– Вставай! – бодро фыркнул Яр. – Давай-ка сперва разомнёмся, чтоб было интереснее. Помочь?

– Обойдусь, – процедил Радеш, вскочил на ноги и покачался на ступнях – с носка на пятку и обратно. – Готов?

– Всегда готов.

На этот раз старший муж Иты был аккуратен, кинулся не сразу, сперва примерялся, отмечая, как расслабленно, улыбчиво и вроде бы без интереса за ним наблюдает единосупружник. Но толку не получилось – стоило сцепиться с Яром, как неведомая сила подхватила его в воздух и снова кинула на газон. И теперь уже чуть сильнее. И правую руку зафиксировала странным болевым приёмом. Но очень аккуратно – тут-то парень осознал: при желании противник запросто мог ему что-нибудь поломать, однако следил, чтоб подобного не произошло.

– Твою звезду! – Радеш едва мог вдохнуть. – Хренассе нынче пошли прогеры…

– Мы бываем разные. – Ярун выпустил соперника, поднялся и подал ему руку. – Вставай. Я вообще-то раньше в армии служил.

– Чего?!

– Не в тейинской армии, а на родине прадеда, в Кибле. Поэтому в здешних документах и не отражено.

– Что – наёмничал?

– Ни в коем случае. Отдавал семейный долг. Ты в курсе, какие там в Кибле заморочки? Нет? Короче, мой прадед должен был отслужить в армии, но сбежал и не отслужил. Из-за этого у семьи были серьёзные проблемы. В общем, я туда явился и предложил отдать долг за него, чтоб снять с семьи пятно. Поскольку я гражданин другого государства, мне снизили срок обязательной службы в два с половиной раза, так что вместо пяти лет получились два. Но служить отправили в десант, чтоб мало не показалось.

– И зачем тебе было снимать пятно?

– Прадед завещал кому-то из потомков это сделать. Я взял обязанность на себя.

Радеш пожал плечами.

– Ну ладно. Достойно… Расскажешь побольше?

– С охотой. Хотя действительно интересного там было мало.

– Ну и что? Давай возьмём в кухне лимонад и устроимся вон там, на террасе. Выпил бы с тобой пива, но тебе, вроде, пока нельзя.

– Да, не рекомендуется первые недели употреблять всякое горячительное.

– У нас хороший лимонад.

Потом, поболтав о том о сём, мужчины приступили к готовке – оказалось, у прогера имелись и кое-какие кулинарные навыки. На аромат жарящегося мяса вниз спустилась Ита и с укоризной уставилась на мужей.

– Вы же обещали, что не станете драться.

– Да какая драка, малышка, – хмыкнул Радеш, разбирая листовой салат. – Это было чистое валяние младенцев.

– Валяние дурака, – сострил Яр и получил добродушный тычок в рёбра, на который отреагировал лишь усмешкой. – Девочка, мы же вышли из дома, внутри ничего не повредили. Даже с места не сдвинули.

– Но ведь обещали!

– Виноваты! Хочешь, загладим вину? Я тебя на лодочке покатаю.

– Нет уж, больше я с тобой не катаюсь! – Говорила Ита вроде и возмущённо, но глаза её искрились оживлением, и даже Радеш сообразил, что она шутит. Яр же только улыбался и смотрел на жену с такой нежностью, что совершенно успокоил старшего мужа. Нет, этот ей не опасен. Разве что по дури может опять выкинуть какую-нибудь хрень. Но не со злобы, точно.

– А на руках? На руках разрешишь покатать?

– Нет-нет! Ты на испытательном сроке!

– Предлагаю испытательное ношение: по лесенке туда-обратно.

– Ай! Не надо!

– Яр, отпусти нашу жену! Агрессор хренов!

– Я просто несу её за стол. Девочка, тебе нужно кушать как следует, ты слишком тоненькая.

– Да ёлки, отпусти! – Ита с пыхтением выбралась из хватки второго мужа и устроилась в кресле. – И что у нас сегодня на ужин?

– Салат, мясо, рис с овощами. Кушаешь такое?

– Я всё кушаю.

Яр ловил на себе внимательный взгляд жены, но старался не сосредотачиваться на нём. Стоило только его поймать – и страсть немедленно хватала за грудь… И ниже тоже. Руки аж тряслись от желания схватить драгоценную в охапку, опрокинуть на диван и ощутить её нежную кожу всем собой: и пальцами, и губами, и животом, и… В общем, нужно было держать себя в узде.

Не факт, что Ита вообще его к себе подпустит. Она спасла ему жизнь. Подтвердила их связь. Подарила ему будущее. Большего он не вправе требовать. Большее придётся заслужить, в том числе и безмерным терпением.

16

Жизнь шла своим чередом. Яруна очень скоро начали вывозить на работу, и, хотя уезжал он рано, а возвращался домой поздно, выглядел очень довольным и на все расспросы отвечал неизменно: «Классная работа, лучше лучшего. Интересно, увлекательно, перспективно. Смогу многому научиться». В выходные обязательно затевал какое-нибудь застолье, или ставил мангал, или предлагал жене покататься на лодке по озеру, или хотя бы шёл с удочкой посидеть.