Экспедиция в ад - Марина Серова

– Видите? – спросил он меня. – Как вы это объясните?

– Ну, опушка, – пожала я плечами. И правда, местность выглядела несколько странно: только что мы пробирались среди огромного количества изогнутых стволов, и вдруг прямо посреди зарослей внезапно возникла пустая полянка.

– Интересно, почему здесь ничего не растет? – проговорил Влад. – Не считаете это… гм, несколько необычным?

– И что с того? – пожала я плечами. Я и правда думала, что телеведущий заметил какую-то угрозу, которую не смог сразу разглядеть телохранитель в моем лице. А он уставился на ни в чем не повинную полянку. Подумаешь, невидаль какая!

– В любом лесу есть опушки, – заметила я. – Ничего странного здесь не вижу, вот если бы вы труп нашли, тогда понятно…

– Женя, мы встретили еще одну аномалию Медведицкой гряды! – тихо проговорил Владислав. – Это не просто опушка! Как вы заметили, повсюду густые заросли берез, а прямо посреди леса – пустое место. Вы видите, что здесь даже трава не растет?

Я подошла к «опушке». Карельских был прав – на участке земли, напоминающем по форме круг, не имелось ни бурьяна, ни каких бы то ни было растений вообще. Кривые деревья словно обступили круг почвы, не решаясь пустить свои корни за неведомую черту.

– Может, это люди выкопали? – с сомнением протянула я. Влад посмотрел на меня с жалостью.

– Женя, кто станет посреди рощи выкапывать растения? – проговорил он. – В огороде у себя траву решили высадить? Или дерево выкорчевать пытались?

– Ну тогда не знаю, – пожала я плечами. – А вы что об этом думаете?

– Думаю, что мы встретили очередную аномалию Медведицкой гряды, – повторил Карельских свои слова. – И уверен, мы будем часто видеть данный феномен. Уж не знаю, по какой причине, но в некоторых областях района встречаются участки земли, на которых абсолютно ничего не растет. Мне надо взять образец почвы для сравнения, может, в этом кроется разгадка.

Я с интересом смотрела, как Влад достает из маленького походного рюкзака, который он взял с собой, миниатюрную саперную лопатку, а затем выкапывает немного земли. Телеведущий поместил образец почвы в целлофановый пакетик, подобные которому я использую для улик, и, весьма довольный проделанной работой, убрал пакетик в свой рюкзак.

– И где вы будете проводить анализ почвы? – полюбопытствовала я.

– Отдам в лабораторию в Тарасове, – пожал плечами он. – А пока давайте пойдем дальше, интересно, когда этот лес закончится.

Мы топали, наверное, еще около получаса, но лес и не думал редеть. Влад упрямо шагал вперед, не обращая внимания на то, что с каждым часом становится все темнее. А вот мне не хотелось заблудиться в этой искореженной роще и всю ночь плутать в поисках лагеря. Я видела, что телеведущий сверяется с компасом, но если на Медведицкой гряде и в самом деле творится какая-то чертовщина, где гарантия, что компас тут будет показывать правильное направление?

– Думаю, нам нужно возвращаться в лагерь, – заметила я наконец. – Бродить в темноте по зарослям – не самая лучшая идея, даже в компании с вооруженным телохранителем.

– Вы правы, – кивнул Влад. – Я, если честно, не ожидал, что лес окажется настолько большим. Как ни странно, никто из исследователей не упоминает об этой роще поблизости от лагеря.

– Вот и расскажете зрителям о ней! – посоветовала я. – Ну что, идем назад?

– Да, – Влад остановился, несколько секунд постоял, словно жалея о том, что приходится завершать первую вылазку, а потом решительно повернул назад. Я двинулась за ним.

Мы включили фонарики, которые предусмотрительно взяли с собой. Влад водрузил фонарь на лоб, я последовала его примеру. В синевато-белом свете лес казался причудливым и каким-то нереальным, точно существовал не в действительности, а в чьем-то больном воображении. Поднялся ветер – сперва я не заметила никаких ураганов, о которых рассказывал Карельских, но теперь убедилась в том, что они и впрямь частые гости на Медведицкой гряде. Странное дело – обычно ветер к вечеру утихает, а здесь все в точности наоборот. Не место, а не пойми что, все здесь шиворот-навыворот!

Назад Влад шел не так быстро, как в начале нашего пути. Он то и дело останавливался и сверялся с компасом, что-то бормотал себе под нос, изредка поднимал голову вверх – то ли смотрел на небо, то ли изучал верхушки деревьев. После одной из таких остановок он обернулся ко мне и негромко спросил:

– Женя, вы взяли компас?

Я засунула руку в карман – на всякий пожарный я тоже прихватила прибор с собой, хотя ни разу им пока не воспользовалась.

– А что с вашим? – поинтересовалась я.

– Похоже, сломался, – произнес телеведущий. – Когда мы шли от лагеря, я все время направлялся на северо-восток. Но мы с вами развернулись на сто восемьдесят градусов, то есть на юго-запад. А мой компас упрямо говорит, что мы продолжаем идти на северо-восток! Посмотрите, стрелка как была на отметке «норд-ост», так и осталась на ней!

Я подошла к мужчине, посветила фонариком на маленький компас в его руках. И правда, согласно прибору, мы и вовсе не меняли направления!

– Вы проверяли компас перед поездкой? – спросила я. Влад кивнул.

– Естественно, я каждый прибор проверил! Это очень хороший компас, он мною многократно апробирован, я всегда его беру в экспедиции!

– Ладно, будем считать, что он случайно сломался, – произнесла я с сомнением. – Вот, возьмите мой.

Второй компас повел себя несколько иначе. Он и вовсе не определил направление нашего пути – стрелка поворачивалась при малейшем движении компаса.

– Женя, положите его на землю! – велел Влад.

– Думаете, у меня так руки трясутся? – хмыкнула я, но все же опустила компас на землю. Стрелка не установилась, а продолжила крутиться.

– Ну и чертовщина… – пробормотал Карельских. – Похоже, правду говорят, что на Медведицкой гряде творится не пойми что.

– Или компасы намеренно привели в негодность, – пожала плечами я. – Это легко можно сделать, достаточно прикрепить к компасу магнит, и все дела!

– Да кому это могло понадобиться? – покачал головой Влад.

– Понятное дело кому – преступнику! – хмыкнула я. – Вы когда проверяли компасы?

– Перед отправлением. В тот день, когда Вячеслав попал в больницу, – вспомнил Владислав. – А потом вы ведь находились в штаб-квартире вместе со мной. Никто не мог ночью пробраться, это факт!

– Гм, но мы ведь с вами уезжали из штаб-квартиры на экспертизу, помните? – спросила я. – Если за домом кто-то следил, он запросто мог проникнуть туда при помощи отмычек и сломать компасы!

– Вот черт! – выругался Влад. – Я об этом как-то не подумал… Интересно, а Тимофей с Андреем проверяли компасы? Надо будет у них спросить.

– Для этого надо вернуться в лагерь, – заметила я. – Если они проверяли приборы, то получается, что кто-то из них мог взять неисправные компасы! Или размагнитить их!

– Ага, а главная преступница – это