Купленная жена (СИ) - Аманда Вин

всем бы узнала и жила бы свободно. Но что теперь говорить: получилось так, как получилось. Главное — я все узнала. И мой мир перевернулся от этого знания. Родители меня не бросали, просто нас разделила трагедия и гадкие люди… Как Яна.

Невыносимо хочется рассказать Ратмиру, хоть и понимаю, что нельзя.

Я теперь не абстрактная Ева Кольцова, которую можно продавать и покупать, а Евангелина Аверина со своей семейной историей. Из семьи предпринимателей… Вот удивился бы.

Замечаю, что такси подъезжает к моему дому.

Сердце стучит как бешеное, эмоции внутри переполняют, льют через край.

Называю таксисту новый адрес, мне нужно куда-то выплеснуть свой внутренний вулкан, иначе меня просто разорвёт!

Поеду на работу к мужу. Конечно, ничего ему не расскажу, но секс с Ратмиром хотя бы отвлечёт на время и даст утешение. Так мне кажется.

Таксист смотрит на меня удивленно, но заводит машину и едет по новому адресу. Захожу в многоэтажный бизнес-центр, меня без проблем пропускают, хотя я приезжала сюда только один раз: Ратмиру тогда нужно было срочно завести какие-то бумаги.

Поднимаюсь на седьмой этаж (где находится его кабинет).

Захожу в туалет, снимаю трусики, кладу их в сумку. Прохожу мимо его секретарши, спрашиваю:

— Ратмир Денисович у себя?

Кивает удивленно. Сейчас она мне уже и не кажется такой красивой, как при первой нашей встрече. Вряд ли он с ней спит. Он вообще, скорее всего, на работе думает только о работе. Как робот или машина.

Вот я сейчас разукрашу его скучную офисную жизнь. А он поможет мне справиться с лавиной переполняемых меня эмоций.

Усмехаюсь своим мыслям.

Веду себя как мартовская кошка. Секс — это наркотическое удовольствие, и сейчас мне просто хочется получить дозу. Хорошую такую дозу, от моего мужа.

Захожу без стука, Ратмир поднимает на меня взгляд, видно, что был готов возмутиться «вторжению».

Ничего не говорит, я закрываю дверь изнутри.

Подхожу к его письменному столу. Отодвигаю кресло коленями, расчищаю руками место на столе, сажусь и расставляю ноги перед его лицом. Ратмир долго и заворожённо смотрит мне в глаза, хотя я ему вообще-то сейчас показываю кое-что поинтереснее.

Наконец, его взгляд опускается вниз, он расслабляет свой галстук, снимает пиджак. Я не шевелюсь все время, как будто на приеме у гинеколога.

Ратмир наклоняется и целует меня ТАМ. Этого мне и хотелось!

Упираюсь руками в стол и стараюсь громко не скулить. Крупный владелец компании занимается любовью в своём кабинете среди рабочего дня. Как грязно и пошло, оттого и так сладко…?

Натыкаюсь глазами на камеру, вот об этом я не подумала… пытаюсь остановить Ратмира. Он поднимается, берет мое лицо в свои ладони. Я киваю на камеру. Смотрит.

— Я все удалю… Не волнуйся, — тяжело дышит.

Целует меня в губы.

— А сейчас же никто не смотрит? — спрашиваю сквозь поцелуй.

Что-то мне уже не нравится моя идея. Сумасшедшая я какая-то! Зачем только сюда приехала, могла бы переварить информацию и другим способом.

Ратмир раздраженно вздыхает, отрываясь от меня. Становится на стул и отворачивает камеру в сторону, ещё и что-то кидает на неё, тряпку какую-то или платок…

Это меня немного успокаивает.

Он возвращается, быстро расстёгивает мою блузку, снимает бюстгальтер, трогает и целует мои соски.

Стараюсь не произносить звуков, наверняка секретарша услышит, а Ратмир продолжает жадно вводить языком, приятно стискивает.

Еле слышно вскрикиваю. Затем он поднимает мою попу повыше, расстёгивает свою ширинку, достаёт то, ради чего я сюда и приехала. Пододвигает меня ближе к краю стола и входит резким толчком. Быстро двигается. Уж не знаю, в чем дело, угол наклона стола хороший или я вся на пределе из-за того, что день взрывной и переживательный, но только ощущения сейчас такие острые, как будто Ратмир членом вдалбливается в точку, которая раньше мне не была знакома.

Я умоляю его, готовая потерять сознание:

— Ещё, ещё, дааа.

Кончаем почти одновременно, и звуки при этом громкие у обоих… Но мне не стыдно ни чуть. Ратмиру, видимо, тоже. Помогает мне одеться. Кладёт все бумаги на прежнее место.

Целует меня в щеку и говорит, все ещё тяжело дыша:

— Через час буду дома. В театр я взял билеты, сходим на следующей неделе…

— Хорошо, — отвечаю.

Не уверена, что у нас будет эта следующая неделя.

Не тороплюсь уходить, пытаюсь восстановить дыхание.

Сажусь на диван в его кабинете, Ратмир опускается в кресло и снова приступает к работе. Смотрю на него и думаю, что в будущем я точно буду вспоминать сегодняшний секс, даже порно включать не придётся, когда захочется расслабиться.

Через некоторое время встаю и тихо выхожу. Секретарши нет на месте. Еду домой на такси и с грустью понимаю, что я все-таки буду скучать по этой жизни.

Глава 30

Встречаемся в Павлом на парковке, сажусь к нему в машину. Даже по сторонам не оглядываюсь, внутри уверенность: теперь все получится.

Протягивает мне какую-то коричневую книгу:

— Вот, это альбом, о котором я говорил, нашёл его на чердаке у тети.

С содроганием сердца открываю. Смотрю на фотографии. Старые, такие квадратные, наверное, из фотоаппарата мгновенной съемки. Провожу пальцем по лицам.

Очень много снимков, где родители вдвоём. Потом где я маленькая. Я почему-то точно уверена, что это именно я.

Дальше уже я лет двух-трёх и вот мы с сестрой рядом.

Сейчас мне кажется, что я все помню: нежный голос мамы, как ревновала к сестре, сильные руки отца.

Последние дни меня одолевали жуткие сны. А потом я просыпалась и осознавала, что вдруг знаю то, что вчера ещё не знала. Как будто в голове спадала завеса тайны.

Я сейчас смотрю на альбом. Всех помню, уже точно знаю: я была там с ними — это моя семья.

Закрываю и прижимаю к сердцу.

— Можешь его взять себе, — говорит Паша.

— Нет, пока нельзя. Отдашь потом…

Возвращаю ему обратно.

Павел тяжело вздыхает. Когда я поведала ему, что собираюсь начать новую жизнь, он удивился. Но отговаривать меня не стал.

Он заводит машину, мы едем на кладбище (Паша обещал сам показать место).

— Уверен, что за тобой никто не следит? — спрашиваю на всякий случай.

— Уверен.

— Ева, а ты… Хорошо подумала? Надо ли тебе этим заниматься, закрывать. Опасно все-таки.

— Я хорошо подумала, — отвечаю твёрдо, — ты просто там не был, это же бесчеловечно: поступать так с детьми. Ты знаешь, почему я ничего не помню? Наверное, это был либо гипноз, либо какие-то препараты…

— Я понял… Но вообще я спрашивал о другом. Ведь