Маленькие женщины - Луиза Олкотт

- Мама, а у тебя есть "планы", как выразилась миссис Моффат? - спросила Мег смущенно.

- Да, дорогая, и много; у всех матерей они есть, но я подозреваю, что мои планы несколько отличаются от тех, какие строит миссис Моффат. Я расскажу тебе о некоторых из них, ибо пришло время, когда искреннее слово может направить на верный путь твой романтический ум и сердце в том, что касается очень серьезного предмета. Ты молода, Мег, но не настолько, чтобы не понять меня, а уста матери лучше других подходят для того, что поговорить о таких вещах с девочками. Джо, и твой черед, вероятно, придет со временем, так что узнай и ты о моих "планах" и помоги мне претворить их в жизнь, если они хороши.

Джо подошла и присела на ручку кресла с таким видом, словно думала, что им предстоит объединить усилия в каком-то очень серьезном деле. Взяв каждую из дочерей за руку и задумчиво глядя в юные лица, миссис Марч сказала серьезно, но вместе с тем радостно:

- Я хочу, чтобы мои дочери были красивыми, образованными и добрыми, чтобы ими восхищались, чтобы их любили и уважали, чтобы у них была счастливая юность, чтобы они хорошо и разумно вышли замуж и вели полезную и приятную жизнь с теми маленькими горестями и заботами, какие Бог сочтет нужным послать им. Быть любимой хорошим мужчиной и стать его избранницей - самое лучшее и самое приятное, что может произойти в жизни женщины, и я искренне надеюсь, что мои девочки узнают это счастье. Естественно думать об этом, Мег, уместно надеяться и ждать этого и разумно готовиться к этому, с тем чтобы, когда придет это прекрасное время, вы могли чувствовать себя готовыми к новым обязанностям и достойными ожидающей вас радости. Дорогие мои девочки, я мечтаю о счастье для вас, но не хочу, чтобы вы безрассудно бросались в мир из родительского дома - выходили замуж за богатых людей только потому, что они богаты, или имели прекрасные дома, ни один из которых не назовешь родным домом, ибо нет в них любви. Деньги - необходимая и ценная вещь и, когда их правильно используют, могут служить благородной цели, но я не хочу, чтобы вы думали, будто это главное и единственное благо, к которому нужно стремиться. Я предпочла бы увидеть вас женами бедных мужей, если только вы будете счастливы, любимы, довольны, чем королевами на тронах, но лишенными самоуважения и душевного покоя.

- У бедных девушек нет никаких шансов на успех, говорит Белла, если только они не стараются привлечь к себе внимание,- вздохнула Мег.

- Тогда мы останемся старыми девами,- сказала Джо твердо.

- Правильно, Джо; лучше быть счастливыми старыми девами, чем несчастными женами или нескромными девицами, бегающими в поисках мужей,- сказала миссис Марч решительно.- Не волнуйся, Мег, бедность редко пугает искренне влюбленного. Некоторые из лучших и глубоко уважаемых всеми женщин, каких я знаю, были бедными девушками, но столь достойными любви, что им не позволили остаться старыми девами. Предоставьте все времени. Делайте счастливым этот дом, так чтобы вы были готовы заняться потом своими собственными, если их вам предложат, или будьте довольны этим домом, если других вам не предложат. Помните одно, девочки мои, мать всегда готова быть вашей наперсницей, а отец другом, и оба мы верим в вас и надеемся, что наши дочери, замужние или нет, будут гордостью и утешением нашей жизни.

- Мы будем, мама, будем! - воскликнули обе от всего сердца, и мать пожелала им спокойной ночи.

Глава 10. Пиквикский клуб.

Весна вступала в свои права, и вместе с ней, как всегда, появлялись новые занятия и новые радости, а становившиеся все длиннее дни предоставляли больше времени для разнообразной работы и развлечений. Нужно было привести в порядок сад, где каждая из сестер имела свой участок - "садик", в котором ей была предоставлена полная свобода сажать что вздумается. Ханна часто говорила: "Я могла бы угадать, чей это садик, даже если б его в Китай перенесли", и это не было преувеличением, так как садоводческие вкусы девочек разнились между собой не меньше, чем их характеры. В садике Мег росли розы, гелиотропы, мирт и померанцевое деревце. Участок Джо преображался каждый год, так как она любила нововведения. В этом году ему предстояло стать плантацией подсолнечника; семена этого радостного, горделиво стремящегося ввысь растения предназначались для тетушки Ко-ко и ее веселой семейки цыплят. Бесс выращивала старомодные ароматные цветы: душистый горошек, резеду, дельфиниум, гвоздики, анютины глазки и кустарниковую полынь, а также курослеп для канарейки и кошачью мяту для кошек. На участке Эми располагалась беседка, довольно маленькая, но очень красивая, обсаженная жимолостью и вся увитая ползучими растениями, сплетавшими свои зеленые усики и пурпурные' колокольчики в изящные веночки; рядом росли высокие белые лилии, нежные папоротники и все яркие, живописные растения, какие только соглашались цвести там.

В погожие дни девочки работали в саду, гуляли, катались на лодке по реке и собирали цветы, а для дождливых дней

были у них домашние развлечения - старые и новые - все более или менее оригинальные. Одним из них был "П. к.". В моде были всевозможные тайные общества, а потому счи-талось совершенно необходимым иметь таковое, и так как все девочки восхищались Диккенсом, то назвали себя Пиквикским клубом[17]. Целый год, лишь с небольшими перерывами, они поддерживали его существование и каждым субботним вечером собирались в большом помещении на чердаке. Церемонии по сему случаю состояли в следующем. Три стула ставились в ряд перед столом, который украшали лампа, четыре эмблемы из белой бумаги, с изображенными на них цветными карандашами большими буквами "П. к.", и яркая и содержательная еженедельная газета "Пиквикский листок", сотрудниками которой являлись все сестры, а редактором была Джо, отличавшаяся особой любовью к перу и чернилам. В семь часов все четверо поднимались в комнату клуба, привязывали свои эмблемы лентами на головы и с большой торжественностью занимали места за столом. Мег, как самая старшая, была Сэмюэлом Пиквиком; Джо, обладавшая литературными склонностями, - Огастесом Снод-грассом; Бесс, так как была пухлой и румяной,Треси Тапменом, а Эми, вечно пытавшаяся делать то, чего не умела,- Натэниелом Уинклем. Пиквик, президент клуба, читал вслух газету, которая была заполнена рассказами и стихами их собственного сочинения, домашними новостями, объявлениями и рекомендациями, в которых они добродушно подшучивали над ошибками и недостатками друг друга. И вот в один из таких вечеров мистер Пиквик водрузил на нос очки без стекол, слегка побарабанил пальцами по столу, откашлялся и сурово уставился на мистера Снод-грасса, покачивавшегося на задних ножках стула, подождал, пока тот не сядет как следует, и начал читать:

"Пиквикский листок"

20 мая 1861 г.

Уголок поэта

ЮБИЛЕЙНАЯ ОДА

Еще один промчался год,

И новый юбилей

На праздник радостный зовет

Веселый круг друзей.

Здоров и бодр любой из нас,

На месте каждый друг

Улыбки, блеск знакомых глаз,

Пожатья крепких рук.

Почтенный Пиквик не потух,

И, как всегда, в очках

Газету нам читает вслух

Он с огоньком в глазах.

Простужен он, но не беда!

Ведь даже хрипота

Не скроет мудрость никогда,

Коль льют ее уста.

Вот с грацией слона Снодграсс!

Высок и смугл - как есть.

Улыбкой озаряет нас

И отдает нам честь.

Святой поэзии огонь

Зажег его глаза.

Но, гордость, ты чела не тронь!

Не разразись, гроза!

Покой, и мир, и благодать

Наш Тапмен нам несет,

Но рад всегда похохотать,

Коль каламбур найдет.

Уинкль наш задает ban ton[18].

Уж он-то знает свет!

Блюсти приличья любит он,

А умываться - нет.

Мы все и шутим и поем,

Наш славный клуб цветет.

Шагаем творчества путем,

Что к славе нас ведет.

Пусть льют грядущие года

Благословений ток

На плод совместного труда

Ha "Пиквикский листок".

О. Снодграсс

* * *

СВАДЬБА-MACКАРАД

(Венецианская история)

Гондола за гондолой устремлялись к мраморным ступеням великолепного дворца графа де Аделона, чтобы пополнить своим прекрасным, очаровательным грузом блестящую толпу, собравшуюся на маскарад. Рыцари и дамы, пажи и карлики, монахи и цветочницы - все кружились в веселом танце. Благозвучные голоса и пленительные мелодии наполняли воздух, и так, с весельем и музыкой, маскарад продолжался.

"Ваше высочество, видели ли вы сегодня леди Виолу?" - спросил галантный трубадур у королевы фей, которая медленной проплывала по залу под руку с ним. "О да. Как она прелестна, хоть и так печальна! И платье у нее подобрано с большим вкусом. Через неделю она венчается с графом Антонио, которого терпеть не может".

"Клянусь честью, я завидую ему. Смотрите, вот он, в наряде жениха, если, конечно, не считать черной маски. Когда он снимет ее, мы увидим, каким взором смотрит он на красавицу, сердце которой не может покорить, хотя ее суровый отец и отдает ему ее руку-",- отвечал трубадур.