Образ смерти - Нора Робертс

Допустим, ближе к шестидесяти. Тогда – да, в юности он еще мог застать Городские войны.

Ева опять села, добавила новые данные и провела вероятностный тест. Пока компьютер работал, она всунула в прорезь диск, принесенный Соммерсетом.

– Компьютер, вывести результаты на стенной экран два.

Принято. Работаю…

Когда данные появились на экране, у нее сам собой открылся рот.

– О боже, боже.

Сотни имен. Может быть, тысячи.

Ева во многом могла бы упрекнуть Соммерсета, но только не в отсутствии добросовестности. Они были сгруппированы по месту работы или жительства. Очевидно, целые толпы женщин с темно-каштановыми волосами в возрасте от двадцати восьми до тридцати трех лет работали в системе «Рорк Энтерпрайзиз» в том или ином качестве.

– Кто-то мне говорил о гигантском осьминоге с щупальцами…

«Понадобится целая цистерна кофе», – добавила она мысленно.

Кабинет Рорка был просторен и обставлен мебелью обтекаемых форм. Из окон, сквозь защитные экраны, прозрачные изнутри и непроницаемые снаружи, открывался потрясающий вид на город. Широкая подковообразная консоль управляла оборудованием, не менее сложным и мощным, чем то, каким могло похвастаться правительство.

Уж кому знать, как не ему! Он ведь исполнял несколько государственных заказов.

Но Рорк знал, что каким бы мощным ни было оборудование, успешный взлом зависит от мастерства хакера. Мастерства и терпения.

Первым делом он прокачал файлы работавших у него женщин. Их было много, но это была несложная операция. Как и прокачка служащих-мужчин, работавших на него девять лет назад, ездивших в страны, где произошли другие убийства, или бравших отпуск в том же временном интервале.

Пока шел поиск, Рорк составил список основных конкурентов, чтобы выявить тех, кто преследовал не только деловые цели. Но начать он решил с самого верха.

Любая компания или организация, как и любой человек, конкурирующий с ним, скроет свои внутренние файлы под множеством защитных слоев. И каждый из этих слоев придется бережно и тщательно снимать.

Он сидел за консолью. Светодиоды мерцали и вспыхивали, как драгоценные камни. Его рукава были закатаны выше локтя, волосы стянуты на затылке ленточкой. Рорк начал с компаний, имеющих представительства в местах, где совершались убийства. Он начал снимать защитные слои.

За работой он разговаривал с механизмами, с защитным материалом, пытавшимся ему противостоять, причем его акцент становился все более заметным. Со временем он целиком перешел на ирландский, сыпал проклятьями, пока слои таяли.

Потом Рорк сделал перерыв на кофе и заодно проверил результаты первоначального поиска.

Среди его подчиненных не было мужчины, подходящего под описание во всех деталях. Но он отметил тех, кто побывал хотя бы в двух из указанных мест или был в отпуске в нужное время.

Стоило присмотреться к ним получше. Рорк переключался с одного задания на другое, чтобы внимание не ослабевало. Он прокладывал себе дорогу между защитными преградами, просеивал данные. Заказал поиск, перекрестный поиск, анализ… Его оборудование откликалось дюжиной голосов сразу.

В какой-то момент он встал, чтобы налить себе еще кофе, и бросил взгляд на часы. Четыре шестнадцать утра.

Проклиная все на свете, Рорк снова сел и потер лицо руками. Неудивительно, что он теряет хватку. А Ева заснет прямо за столом, он это знал. Если бы она решила подвести черту, обязательно заглянула бы к нему проверить, далеко ли он продвинулся.

Раз не заглянула, значит, будет работать, пока не рухнет. Вот и он сам делает ровно то же самое. А главное – у него нет сил с ней об этом спорить.

«Почти половина пятого, – подумал Рорк. – Джулия Росси, возможно, уже мертва. А может, молится всем богам, чтобы послали ей смерть поскорее».

Рорк на минуту закрыл глаза и отдался на волю чувству вины, хотя и знал, что это бесполезно. Он слишком устал и даже гнева не чувствовал.

– Скопировать документ Си на диск, сохранить все данные. Продолжить все текущие поиски. По завершении сохранить результаты. Оператор будет вне доступа.

Принято…

Перед уходом Рорк позвонил в Дублин.

– Доброе утро, Брайан.

Широкое лицо его старого товарища на экране видеотелефона расплылось в удивленной улыбке.

– Ну и ну! Смотрите, кто пришел! Собственной персоной. И на какой стороне лужи[6] ты сейчас находишься?

– На стороне янки. На твоей стороне еще слишком рано, все пабы закрыты. Надеюсь, я тебя не разбудил.

– Нет, не разбудил. Я как раз пью чай. Как поживает наш дорогой лейтенант?

– Хорошо, спасибо. А ты там один?

– Увы. Хотел бы я сказать, что я не один. Нет у меня очаровательной женщины, которая согревала бы мою постель. Не то что у тебя.

– Мне очень жаль, Брайан. Слушай, я разыскиваю истязателя.

– Вот оно что! – Брайан почти не удивился такой новости. – А сам ты совсем уже занемог? Ты такой нежный? Не в состоянии справиться с делами?

– Я всегда был нежный в этом смысле, как, впрочем, и ты. Он замучил больше двадцати женщин за последние двадцать лет. Все они были в возрасте от двадцати восьми до тридцати трех лет. Все с белой кожей и темными волосами. Последнюю обнаружили только вчера. Она работала на меня.

– Вот как, – сказал Брайан. – Что ж, я понимаю.

– Еще одна пропала. Это его стиль, он их похищает заранее. И эта тоже работала на меня.

Брайан с шумом втянул в себя воздух.

– Ты что, крутил с ними на стороне?

– Нет. Он старше нас по возрасту, судя по психологическому портрету. Старше по крайней мере лет на десять, если не больше. Он предусмотрителен и опытен. Он путешествует. Денег у него достаточно, чтобы купить дом для своих дел. Он профессионал. Устраивает себе этот праздник раз в год или два. Сексом не занимается, никаких изнасилований. Похищает, связывает, истязает, убивает, обмывает тело. И записывает прямо на теле, сколько времени женщина продержалась под его пытками.

– В жизни не слышал ничего подобного. Страх какой-то! – Брайан дернул себя за ухо. – Могу поспрашивать. Хлопнуть кое-кого по плечу.

– Буду тебе признателен.

– Дам знать, как только – так сразу, – пообещал Брайан. – А пока передай моему дорогому лейтенанту, что я ее нежно целую и жду только, когда же она наконец пнет твою поджарую задницу и придет в мои распростертые объятия.

– Непременно передам.

Закончив разговор, Рорк забрал записанные диски и покинул кабинет. А компьютеры продолжали гудеть.

Он нашел Еву именно там, где и ожидал. Ее голова лежала на столе, на скрещенных руках. Рорк заметил вторую доску, диски, записи от руки, компьютерные записи.