Неучтенный элемент. Том 4 - Александр Вайс

мне. С удивлением взглянул на мои ноги, уверенно стоявшие на воздушных платформах.

— Алексей?

— Уже сто двадцать лет это моё имя, — я пожал плечами. — У тебя было достаточно силы на все эти удары. Вижу что остались расходники. Почему же ты бросил свою команду?

— Не твоё дело! — крикнул он, наставив на меня посох. Навершие из оранжевых кристаллов чётко показывало дрожь его рук.

— Не моё? — я наклонил голову. Тратил время не из-за передышки: я вообще мог просто заколоть его в спину. Но это было слишком просто. Хотелось поговорить. — Только что погибла почти вся твоя команда. Сколько там было человек — семь или девять? Вы сначала сражались на одной крыше, двое отступили по улице и им угрожал какой-то крылатый доходяга с мечами. А ты просто бежал, хотя ещё был полон сил.

Ушаков настоящий трус. Попав в битву не на своих условиях он предпочёл сбежать, я видел это. Драконид был сильный, не спорю. Но заметно уступал этой крысе, способной лишь добивать противников со снайперской дистанции.

— Они погибли потому, что оказались слабыми!

Его и правда заклинило?

— Разве не твоя задача как сильного защитить их? Вот теперь ты снова один. И никто рядом не поможет.

Ушаков задрожал, выстраивая больше защиты. Выхватил в другую руку жезл.

— Я Страж, ты не посмеешь!

Он медленно летел спиной вперёд, я пошёл за ним по воздуху.

— Не посмею? Страж? Не слишком ли ты наивен?

Жезл выпустил ударную волну, которую я просто разбил взмахом Разрушителя грёз. Следом в меня полетела сфера. Она вспыхнула, выпуская светящиеся нити, которые как будто собирались меня скрутить, но просто замерли и опали на подлёте.

Из золотой вспышки ко мне приближались световые орлы.

Активированная Суть бездны рассекла всех одновременно. Мне оставалось лишь слегка отклониться, уходя от мерцающего белого росчерка.

Заоравший Ушаков падал вниз. Я устремился за ним. Оттолкнулся от платформ, случайно переборщив с силой. Да чтоб тебя! Обязательно прокачаю навык!

Пришлось прыгать аккуратнее. Ушаков восстановил полёт и замедлялся. Что-то голосил…

Красивая у него мантия. Пожалуй, не буду портить.

Скорректировав траекторию я отсёк ему ступни. Стоять на ногах ему всё равно больше не нужно.

Сгруппировавшись я резко приземлился на бетонку и опёрся на древко копья, гася мощную инерцию. Орущий Ушаков плюхнулся как мешок картошки, посох вылетел у него из руки.

Скуля от боли он попытался подняться. Но я уже стоял рядом и ударом ноги перевернул его на спину, приставив остриё к животу.

— Пощади… я же… я человек! Один из защитников России!

Я усмехнулся, смотря ему в глаза.

— Знаешь, за сто лет я насмотрелся на монстров Орды. Одни были очень похожи на людей. Другие смотрелись без преувеличений гордо и величественно. Третьи были экзотикой, а четвёртые наимерзейшими уродами, вызывающими рвотные позывы одним своим видом. Все они мои враги. Но они сражаются потому что таков их инстинкт, приказ господина или попросту циничный расчёт. И никто из них не убивал и не жертвовал своими соплеменниками просто из-за желания загрести под себя побольше в условиях войны на истребление. Выходит, ты хуже последнего кривого гоблина.

Ушаков подрагивал, магия мерцала, но не могла запустится в контакте со мной. Я вытягивал его резерв и понимал, что сил у него было ещё много.

— Я… я просто хотел выжить и стать сильнее! Алексей, мы же на одной стороне! Хочешь… проси что хочешь! Сделаю тебя Стражем! Любые артефакты! А… и верну! Всё верну!

Я сначала думал позволить выговорится этому ничтожеству, но эта фраза вызвала недоумение. Он что-то украл так, что я этого не заметил?

— И что же ты вернёшь? Ну, — я позволил лезвию надрезать кожу живота. По чёрной рубашке расплывалось влажное пятно.

— Н-не знал? Я у твоей команды забрал этот посох! Он был мне нужнее. Никому из них даже не хватало уровня! Но я обещал компенсацию! Её бы дали сразу как появится связь! Алексей, давай просто спокойно всё обсудим! Понимаю, тебе простые артефакты не нужны, но мы поищем любые! Хочешь пентхаус в Москва-сити?

Я вздохнул… юродивых не обижают: их уже обидела природа и сама жизнь. Но ведь придётся. Ушаков просто пытается выторговать жизнь и говорил лишь то, что я хочу слышать. По крайней мере, ему так казалось.

— Ничего особенного. Знаешь, давно хотел задать вопрос кому-то, но не находил возможности. Повторю в третий раз, я сто лет сражался с Ордой. В одиночку. Пока вы учились два месяца, я застрял в медленно идущем времени на Земле и около меня открывались проломы. Я не старел. Я не вижу систему, потому что для неё я не обнаружим. Но я оставил множество следов по Земле. Целые залы скульптур, разрушения, туши монстров…

Ушаков смотрел на меня широко распахнутыми глазами.

— Это был ты… феномен… оставшийся на земле.

— Да. Так что скажешь? — я вскинул бровь. — И советую не медлить с ответом.

— Никаких следов! Никаких записей с камер! Т-тебя искали во всём мире! — заголосил Ушаков, а потом спохватился. — Алексей, видишь, мы можем вести диалог. У меня множество связей. Вместе мы… уничтожим тысячи монстров! Я сейчас взял девяносто первый! Мало кто в мире сильнее меня.

Ушаков дрожал, видя мой взгляд.

Информация интересная: я точно знаю, что вначале камеры включались и записывали меня. Отпечатки, следы крови… пусть в мире хаос, были моменты затишья и кто-то бы да занялся «феноменом». Но все записи что-то стёрло?..

Боги? Кому-то потребовалось подчищать за мной следы? Зачем, и почему он не вышел на контакт со мной? Или я надумываю и это результат какого-то аномального эффекта, связанного с мировой божественной магией?

Всё интереснее и интереснее… однако Ушаков больше ничего не знал.

— Скажи… почему твоя команда была так тебе верна, хотя видела большие потери? Почему каждый в правительстве неожиданно вставал на твою сторону? Это не могут быть одни деньги. У многих этих людей их и так в достатке. Да и не могут быть все сплошь продажными. Ты силён, но смог устроить проблемы даже Серебряковой. Влез в самое сердце СПО. У тебя есть магия разума, верно?

Ушаков замотал головой. Я хотел бы устроить ему сеанс боли ударом в пах, но там уже распространялось влажное пятно.

Не хочу марать оружие.

Пусть я куда только не тыкал своим копьём. И вообще, как говорится удар