Наёмник - Алексей Аржанов

открывается дверь в нашу камеру. Некий «босс» идёт по нашу душу.

– Зря просрали время, – ворчит Погремушка. – Молодец, Лун, познакомился с грёбаной крысой, обменялся с ней мечтами, адресами и именами! Хороший разговорчик перед мучительной смертью.

– Я доверюсь тебе, Хим, Сандэм Войд. Первый Хим, которому доверится Ратхим. Надеюсь, ты меня не подведёшь, – Райсон набирает воздух в лёгкие. – Ратто, смотри на меня, я – грешник – жертвую телом, что ты дал мне. Прости меня, боже.

Кончик крысиного хвоста резким рывком опускается в бадью с кислотой и изгибается изо всех сил. Громкий всплеск и шипение. Райсон пищит от боли, выдёргивая из жидкости оголённые позвоночки. Капли смертоносного химиката касаются моего ошейника и буквально взрывают его. Жгучее чувство охватывает участок моей шеи и подбородок с щекой.

Я делаю глубокий вдох и впитываю в себя Хаос.

– Магия Хаоса, ветвь воздуха, активировать навык «Поток»! – кричу я. – Ветвь огня, активировать навык «Дистанционное поджигание»!

За долю секунды я трачу сразу весь свой объём Хаоса, поскольку направляю действие навыков сразу на несколько целей.

Общий объём Хаоса: 15/615 MP

Поток бросает бадьи с кислотой вперёд – на очумевших от неожиданного сюрприза членов Лиги Рассвета. Огонь вспыхивает на верёвках, окружающих меня, Погремушку и Райсона, освобождая наши тела.

Я неловко падаю, ударяясь лицом о пол. Голова всё ещё сильно кружится. Я хватаю себя за шею и смахиваю капли кислоты. На шее и небольшом участке щеки точно останется шрам.

Погремушка бросается вперёд с яростным криком и вырывает клинок из рук незадачливого бойца, получившего кислотой по животу. Я бы сказал, что из него сейчас вывалиться кишечник, если бы тот не растворился вместе с остальными внутренними органами.

Сапёр с рёвом проносится по тёмным уголкам комнаты, рубя и добивая всех, кто ещё стоит на ногах.

Моё тело опутывает пострадавший хвост Райсона и ставит на ноги.

– В порядке? – спрашивает крыс.

– Да… Ты? – я смотрю на кончик хвоста Ратхима и понимаю, что тот, должно быть, сейчас испытывает адскую боль.

– Терпимо. Надеюсь, Ратто простит меня… – повторяет Райсон. – У Ратхимов не принято наносить вред телу, которое дал Ратто.

– Твой Бог? – спрашиваю я. В ответ Райсон лишь молча кивает своей продолговатой мордой.

– Хватит болтать! – кричит на нас Погремушка. – Вы, провернули, просто охренительный трюк, но мы ещё не сбежали. Эта банда – Лига Рассвета – воры и долбаные проходимцы без чести и достоинства. Тут не Братство Ястреба – продадут к чертям собачьим – и поминай, как звали.

Смешно, учитывая, что я даже не знаю имени сапёра.

– План следующий, – говорю я. – Аккуратно пробиваемся к месту, где могли сложить нашу форму. Вероятнее всего, она у этого самого «босса», которого мы только что растопили кислотой. Забираем значки, открываем портал – и валим.

– С каких пор ты придумываешь планы? – прищурив один глаз, спрашивает Погремушка.

– С тех пор, как вытащил нас из верёвок любителей шибари!

– Любителей чего? Ладно, разумно, – соглашается сапёр. – Погнали.

Мы втроем врезаемся в дверь и оказываемся в длинном каменном коридоре. Похоже, убежище Лиги Рассвета находится в каком-то заброшенном замке.

– Я знаю где мы! – восклицает Погремушка, выглядываю в окно. – Это брошенная резиденция канцлера! Жаловались, что тут призраки завелись. Видать призраками оказались ублюдки из лиги.

– Эй, суки, стоять! – кричат двое бойцов, вышедших из-за угла. Мы с Погремушкой не успеваем отреагировать, но Райсон прыгает на стену, отталкивается от ней сильными ногами, падает на бандита, попутно раскусывая ему сонную артерию, затем резким движением хвоста сворачивает шею второму врагу.

– Ва-а-ау! – восклицает Погремушка, почёсывая усы. – Последний раз я такие трюки видел в исполнении Паука. Жаль, что он подох. Акробат был – что надо.

– Не благодарите, Химы, – говорит Райсон, громко хмыкнув.

Мы влетаем в кабинет босса и находим своё снаряжение. Снаружи слышатся громкие шаги.

– Кто-то приближается, – говорю я. – Готовьтесь.

Я сжимаю изо всех сил своей серебристый клинок, намереваясь снести голову первому, кто откроет дверь. Но вместо того, чтобы влететь внутрь, они решают постучать.

– Кто там? – спрашивает Погремушка.

– Погремушка, это ты что ли? – слышу я знакомый голос по ту сторону двери.

– Шуруп? Ты?! – радостно восклицает сапёр.

Дверь распахивается, снаружи оказывается троица – Скорострел, Шуруп и Колкий Джо. Никогда ещё не думал, что буду рад видеть рыжего ублюдочного лучника.

– Всё путём, Джо, мы нашли их, можешь доставать значок из задницы, – говорит Скорострел.

– Да пошёл ты! Зато так у меня его точно никогда не отнимут! – злится лекарь.

– Не буду напоминать тебе тот раз, когда ты забылся и смыл значок в толчок, – говорит Шуруп.

– Спасибо, скотина, уже напомнил, – говорит Джо и обиженно отворачивается. – Рад, что ты жив, старина Погремушка.

– Ну да, ну да, пошёл я нахер, – говорю я.

– Нет времени болтать, мы разворошили улей, – говорит Шуруп, только сейчас заметив Райсона. – О МОЙ БОГ! ЭТО ЧТО ЕЩЁ ЗА ХЕРНЯ, АКАИР МЕНЯ ПОДЕРИ?!

– Это Райсон. Он Ратхим. Наш друг.

Райсон фыркает, услышав слово «друг».

– Мне нужно найти Рико, – говорит Райсон. – Я продолжу исследовать замок.

– Тут некого искать, – говорит Скорострел. – Мы обыскали весь замок. Это не основная база Лиги Рассвета. Но их силы подтягиваются сюда. Надо валить, и быстро.

Райсон начинает громко ругаться на своём языке, фырча и попискивая.

– Открывайте портал, – говорит Погремушка. – Пока нас не порубило в капусту их подкрепление.

Я смотрю на Райсон и понимаю, что ему конец, если мы бросим его одного.

– Крыс пойдём с нами, – говорю я.

– Чего?! – не верит услышанному Погремушка.

– Он помог нам. Кажется, так у вас это происходит, Братство Ястреба. Помощь за помощь. Теперь Райсон – один из нас.

Ратхим смотрит на меня, моргая маленькими глазками.

– Тьфу, потом разберемся! – не выдерживает Шуруп и открывает портал. – Прыгайте все туда.

Колкий Джо показательно исчезает, не пользуясь общим порталом. Да уж, портал в очке – штука удобная. Скорострел и Шуруп ведут за собой Райсона, который держится за раненый хвост. Парень сегодня пострадал больше, чем кажется.

Погремушка смотрит на меня, накручивая ус на палец.

–