Проклятие Хищника (СИ) - Кофф Натализа

Мужчина скользнул взглядом по моему платью, задержался на босых ступнях, а потом вернулся к бледному лицу.

– Отнесу! – невозмутимо, безапелляционно, тоном, не терпящим возражений.

Я вновь приглушенно пискнула, а потом икнула, когда шеф подхватил меня на руки и куда-то понес.

Я мысленно взмолилась, чтобы сотрудники и в этот раз разбрелись по своим делам и не увидели, как грозное руководство несет бледную меня в неизвестном направлении.

Направление все же было вполне известным. Лифт дружелюбно распахнул свои двери.

– Но там… – я махнула рукой в строну конференц-зала, вяло возражая против действий руководства.

– Управятся и без нас, – выдал Яромир Сергеевич, нажал на нужную кнопку, не выпуская меня из рук, и замер.

Двери лифта распахнулись, и мы оказались в просторном холле. Шеф широким шагом направился к единственной двери.

Наверное, мне нужно возмутиться и, как минимум, сползти с крепких рук на пол. Однако Яромир держал крепко, не выпускал, окутывал своим теплом.

Подойдя к мягкому дивану, аккуратно опустил меня на удобную поверхность. Я торопливо поджала босые ноги и убрала в сторону упавшие на лицо волосы.

Ситуация казалась мне, по меньшей мере, странной. Грозное руководство. Замкнутое пространство, пусть с огромным количеством окон и удобной мебелью. И ни души вокруг.

– Чай? – тихо спросил Яромир.

Я осторожно кивнула.

Глава 27

На протяжении секунды, долгой и невероятно томительной, шеф смотрел на меня с высоты своего роста. Мне хотелось свернуться в комочек под этим взглядом, и одновременно – прильнуть к напряженному сильному телу.

Боже! Ну, что за мысли?!

Интересно, а он почему смотрит на меня так странно? Тоже являюсь к нему во снах?

Однако вместо этого вопроса, я задала другой. Разумеется, за мгновение до того, как включила функцию «думать».

– Вы странно смотрите на мое платье, Яромир Сергеевич, – пробормотала я. – Оно как-то не соответствует дресскоду компании?

Яромир вздрогнул, словно мои слова каким-то образом задели его. Я, вытаращив глаза, смотрела, как шеф присел передо мной. А потом легко сдвинул широкую лямку с моего плеча.

Я проследила взглядом за этим движением. Меня уже не занимали действия руководства. Больше беспокоило мое собственное тело. Вернее, шрам, который еще час назад был едва заметен, сейчас бугрился, мерцал. Под глубокими рубцами зарождалось тепло. Приятное и тягучее.

Шрам выглядел довольно странно. Казалось, будто его оставили острые клыки зверя. Жаль, что я не помнила о его происхождении.

Мужчина огладил странный шрам кончиком указательного пальца. По моему телу промчалась сладкая дрожь.

– Безумие какое-то! – выдохнула я.

Серо-голубые глаза обжигали теплом. Я словно купалась в их нежности. Все происходящее было настолько странным и непонятным, что я уже не знала, чему удивляться. И стоит ли удивляться вообще.

Обжигающая ладонь скользнула по моей шее, пальцы погладили по щеке с щемящей нежностью, словно моя кожа была самым бесценным и дорогим сокровищем.

Я чувствовала, как внутри меня зарождается ураган. Низ живота стянуло от напряжения. И я сама не заметила, как мои руки легли на широкие плечи, укрытые тканью пиджака.

Мужчина вырисовывал круги на моем шраме, а мне казалось, что он прикасается к моей душе.

Горячие, обжигающие губы осторожно коснулись моего рта. В голове словно сработал датчик, после которого стремительно помчался отсчет до неминуемого взрыва.

Яромир резко и крепко прижал меня к себе, вдавливая в свое крепкое, мускулистое тело. Стон сорвался с моих губ. Или с его? Неважно! Все казалось пустым и неважным. Есть только он, я и наши прикосновения.

Его руки были везде, сжимали до сладкой боли, гладили, ласкали. Мои пальцы дрожали, и я никак не могла справиться с пряжкой ремня, а тем более – с мелкими пуговицами рубашки.

– Плевать! – прохрипел Яромир, рывком дернул за мешающую ткань, избавляя меня от платья. Так же молниеносно разделся сам.

У меня не было времени, чтобы подумать. Даже дышать не получалось. Мужчина прижал меня к себе невероятно сильно, и немыслимо нежно. И я растаяла под этими касаниями.

Твердая плоть погрузилась в мое тело, даря нескончаемое наслаждение. Яркое и необузданное. Скольжение по натянутым нервам. Но такое родное, знакомое и необходимое как воздух.

– Томи! – выдохнул он в мой висок.

Я зарылась пальцами в его волосы на затылке. Этот мужчина порабощал меня своим напором, смешанным с тягучей нежностью. Он словно извинялся и, в то же время, заявлял на меня права.

Жадный род скользил по моей шее, прихватывая нежную, чувствительную кожу. А напряженная плоть вновь и вновь проникала в меня, даря немыслимое наслаждение.

– Яр! – выдохнула я, изгибаясь в его руках, стремясь быть ближе, прижимая к себе широкие плечи и наслаждаясь тем, как перекатывались сильные мышцы под моими пальцами.

Яркий фейерверк рассыпался перед глазами. А мужчина не переставал двигаться, лишь усиливал дикие, разноцветные вспышки.

Я разлетелась на крошечные осколки. Силы вмиг покинули меня. Я могла лишь пытаться восстановить дыхание и старательно гнала мысли о том, что я только что переспала с собственным шефом.

Яромир, кажется, не переживал по этому поводу. Он не двигался, не спешил покинуть мое тело, все еще придавливая меня горой своих мышц и невероятной сексуальности.

Мне виделось, что я парю в небесах среди ванильных и карамельных облаков. И совершенно не хотелось думать о реальности.

Из приятной неги меня вытянул хрипловатый голос Яромира. Он что-то шептал, прижимаясь лицом к моей шее. Его обжигающие губы касались моего шрама, а руки, словно в тиски, зажали мою голову.

– Что? – шепнула я, собравшись силами.

– Я принимаю тебя, Томирис, и пусть сама Луна станет нам свидетелем! – прошептал Яр мне на ухо.

Что-то шевельнулось в моей душе. Что-то жгучее, знакомое, неуловимое. Словно я уже слышала эти слова, но не помню где, когда и кто их произносил.

– Луна? – переспросила я. – Кажется, сейчас день.

Яромир хрипло рассмеялся. Я хотела предпринять попытки и выбраться из-под сногсшибательного, но неимоверно тяжелого мужского тела. Шеф не позволил. Лишь перенес вес своего тела на руки, позволяя мне выдохнуть.

Хотела поблагодарить руководство за столь щедрый поступок, но не успела.

Шрам на плече обожгло мгновенное болью, и я вскрикнула.

– Ты укусил меня?! – визжала я, пытаясь сбросить Яра с себя.

Глава 28

Но Яромир крепче сжал руки, удерживая меня, и принялся зализывать (!) нанесенные им самим раны.

– Сейчас пройдет, – нашептывал он, перемежая легкие поцелуи влажными движениями языка.

Черт! Это было слишком…. Больно, остро, возбуждающе.

Мое тело моментально отреагировало, словно низ живота окатило кипятком. Даже руки задрожали.

– Боги, Томирис! – хрипло выдохнул Яр. – Мне тебя мало!

В подтверждение его слов я ощутила, как внутри меня крепнет и наливается силой мужская плоть. Я приглушенно пискнула. Так скоро? Да я с прошлого раза не отошла! Мне бы чаю попить, ванную принять, выгнать из мозгов ванильный зефир. А потом уже решать, что делать дальше.

– Яромир Сергеевич, только не подумайте ничего плохого, – решительно произнесла я, замирая в крепких руках и стараясь не провоцировать мужчину на новые поступательные движения. – А мы с вами уже…. Ну, это не первый раз? Видите ли, какое дело… Я утром проснулась, и поняла, что ничего не помню. Решительно ничего! Вы не обижайтесь, вас бы я точно не забыла…Вы такой…. Но так уж вышло… Я не специально!

Охнула, когда Яр аккуратно отстранился. Я тут же ощутила себя обделенной, одинокой и жутко несчастной.

Яромир словно прочел мои мысли. Поймал ртом мою нижнюю губу. Втянул, пососал. И так же осторожно и невероятно медленно погрузился в мое тело.