Антисуворов - Алексей Валерьевич Исаев

недели ввести ее в войну независимо от поведения Гитлера». Критерии у Владимира Богдановича несколько странные. Численность сама по себе ничего не означает. Красная Армия военного времени в 1945 году насчитывала свыше 11 миллионов человек. Численность имеет смысл лишь в сравнении с мобилизационным планом государства: документом, определяющим порядок развертывания войск по штатам военного времени. В 1941 г. таким документом был «МП-41», или, как его обычно называют, «Мобилизационный план № 23». Датирован документ 12 февраля 1941 г. По этому документу численность армии военного времени после отмобилизования должна была составить 8 682 827 человек. «Более пяти миллионов солдат» отделяет от этой цифры ни много ни мало три миллиона человек.

На уровне дивизий есть вполне определенная грань, отделяющая отмобилизованную армию от армии мирного времени. Это комплектация дивизий по штатам военного времени, развертывание тылов, укомплектование автотранспортом и тракторами. Несмотря на проведение целого ряда мероприятий по скрытой мобилизации, РККА оставалась армией мирного времени. Например, в армиях Киевского Особого военного округа 1 июня 1941 г. численность личного состава стрелковой дивизии колебалась от 7177 человек в 173 сд 26-й армии до 10 050 человек в 97 сд 6-й армии при штатной численности 14 583 человека. Количество автомашин колебалось от 63 в 62 сд 5-й армии до 395 в 159 сд 6-й армии. Все стрелковые дивизии нуждались в пополнении автотранспортом, людьми, развертывании тылов. Разница в численности по сравнению со штатом имеет здесь особый смысл. Не нужно путать побитую в боях дивизию с неотмобилизованной. Побитая в боях дивизия подобна часам с помятым корпусом и треснувшим стеклом циферблата. Неотмобилизованная дивизия подобна часам без пружинок и шестеренок внутри. Функционировать как полноценный механизм она еще не может.

Но, как и в других странах, в СССР предусматривались мероприятия по скрытой мобилизации. Отражены они все в том же «Мобплане № 23». Документ гласит:

«Мобилизационным планом 1941 года предусматривается проведение мобилизации по двум вариантам: а) первый вариант предусматривает проведение мобилизации отдельных военных округов, отдельных частей и соединений, устанавливаемых специальным решением Совета Народных Комиссаров Союза ССР – скрытым порядком, в порядке так называемых Больших учебных сборов (БУС).

В этом случае призыв военнообязанных запаса, а также поставка приписанного к частям автотранспорта и конского состава производится персональными повестками, без объявления приказов НКО» (1941 год. В 2 кн. Кн. 2. М.: Международный фонд «Демократия», 1998. С. 630).

Проводились Большие учебные сборы в конце мая и начале июня. Благодаря им стрелковые дивизии в приграничных и внутренних округах получили по 1900–6000 человек. Примерно по 1900 человек получали дивизии штата № 4/100, и 5000-6 000 получали дивизии штата № 4/120. Таким образом, численность дивизии доводилась до 11–12 тыс. человек. Мобилизовались и другие компоненты дивизий, например, было поставлено из народного хозяйства в армию 26 620 лошадей. Однако роль БУС не стоит преувеличивать. Приграничные дивизии были значительно усилены за счет учебных сборов, но из 96 стрелковых дивизий КОВО, ЗапОВО, ПрибОВО, ОдВО и ЛВО 21 дивизия имела численность 14 тыс. человек, 72 были доведены до численности 12 тыс. человек и 6 имели по 11 тыс. человек личного состава (1941 г. Уроки и выводы. С. 82). Как мы видим, грань между дивизиями мирного и военного времени перешагнули всего около 20 дивизий. Например, 6 сд бго стрелкового корпуса 4 А встретила войну, имея 13,7 тыс. человек личного состава. Но такими были далеко не все дивизии, большая часть дивизий Красной армии грань между штатом мирного времени и штатом военного времени не перешли, хотя и стояли очень близко к этому порогу. Содержавшиеся по «основному штату» № 4/100 дивизии, например, 41 сд 6 А, 87 сд 5 А, 99 сд 26 А, получили в ходе учебных сборов по 1900-2 000 человек. Содержавшиеся по сокращенному штату № 4/120 дивизии, такие как 200 сд И. Людникова, получили по 5000-6 000 человек. Но необходимо заметить, что сами по себе учебные сборы не были чем-то экстраординарным, призванных запасников с тем же успехом можно было вернуть в мирную жизнь по окончании этого мероприятия. Призванные на сборы даже формально не включались в состав Красной армии и были зачислены в списки частей только 22 июня 1941 г. Размах учебных сборов также не представлял из себя что-то из ряда вон выходящего. Согласно докладу НКО, подписанному К. Е. Ворошиловым от 23 октября 1939 г., предполагалось призвать на учебные сборы в 1940 г. 1 620 500 человек, то есть в два раза больше, чем призвали на учебные сборы перед войной (см.: ВИЖ. 1996. № 3. С. 28). В том и удобство проведения скрытой мобилизации под видом учебных сборов. Она позволяет держать в частях в течение 1,5–3 месяцев запасников, не объявляя при этом мобилизации. Никакой неизбежности начала войны вопреки утверждениям В. Суворова это не вызывает.

Таким образом, мы видим в мобилизационном развертывании советских войск те же черты, что и в мобилизации других стран – участников Второй мировой войны. Существенным отличием было то, что открытая мобилизация была объявлена уже после начала боевых действий. Напомню, что в Польше и Франции мобилизация была объявлена за день-два до фактического начала войны. Владимир Богданович вместо нормального исторического исследования занимается выдумками. Он пишет: «Ведущие профессиональные историки мира как бы не замечают того, что происходило в Советском Союзе в 1937–1941 годах, поэтому, читая их пухлые книги, мы никак не можем понять, кто же начал Вторую мировую войну. Выходит, что война возникла сама собой и никто в ее развязывании не виноват. Господа историки, я рекомендую советскую теорию мобилизации сравнить с практикой, сравнить то, что говорилось в Советском Союзе в 20-х годах, с тем, что делалось в 30-х. Вот тогда вы и перестанете говорить о том, что Вторая мировая война возникла сама собой, что никто не виноват в ее развязывании, тогда вы увидите настоящего виновника» (День М. Глава 17).

Я воспользовался советом Владимира Богдановича и сравнил советскую теорию и практику мобилизации с другими странами. Различий, как читатели имели возможность убедиться, не обнаружилось. Незачем представлять себя на чьей-либо даче и выдумывать решения на уровне домохозяйки. Пугать читателей призраком пухлых книг тоже ни к чему. «Характер операций современных армий» В. Триандафиллова – это одна из самых тонких книг серии «Библиотека командира», всего 250 страничек. Необходимая информация для понимания мобилизационных процессов на этих страничках содержится. Например: «Уже целый ряд послевоенных политических конфликтов показал, что стоит только в воздухе запахнуть военными осложнениями, как численность армий мирного времени начинает скакать вверх: без особого шума призываются резервисты, и штатный состав частей резко повышается» (Триандафиллов В. К. Указ. соч. С. 49). К этой фразе сноска внизу страницы: «В частности, поляки неоднократно