Жестокие игры в академии драконов. Часть 1 - Анна Алексеева, Деймон Краш

Глава 8.1

Эрика

Мы поднялись по лестнице еще на несколько пролетов, после чего вышли в просторный коридор. Дракон открыл одну из ближайших дверей и пропустил меня внутрь. Я неуверенно шагнула вперед и, миновав стул для посетителей, подошла к окну. Вид из него открывался чудесный. С противоположной стороны замка была, казалось, бесконечная ледяная долина, залитая холодным солнечным светом. Прозрачные природные кристаллы ослепительно сияли и разбрызгивали вокруг себя радужные блики.

— Нравится? – я вздрогнула от того, насколько близко прозвучал голос, и поспешно обернулась. Лэйдон Саргон сидел за своим столом, а перед ним на гладкой столешнице стояло ни что иное, как артефакт истины. И, похоже, пришло мое время рассказать всю правду.

— Нравится, – несмотря на временное замешательство, ответила я на вопрос дракона. Сохранить лицо и сделать вид, что артефакт, используемый тайной полицией, меня ничуть не смутил, было несложно. Я знала, как вести себя на допросах, потому что, несмотря на свою хитрость и ловкость, все же пару раз попадалась.

— В таком случае, вид с высоты драконьего полета тебе понравится еще больше.

Мистер Лэйдон Саргон вытащил из ящика стола чистый лист бумаги и положил перед собой.

— Спасибо, я уже оценила.

Не видя смысла оттягивать неизбежное, я бросила последний взгляд в окно и устроилась напротив мужчины, который разглядывал меня с задумчивостью профессионального дознавателя.

— Итак, – он повертел в пальцах перьевую ручку. – Представься еще раз.

Артефакт истины полыхнул слабым зеленым цветом, когда активировался.

— Эрика Гейл, – ответила я.

— Возраст, – он что-то записал и поднял на меня взгляд. – Спрашивать не буду.

Я хмыкнула, но спорить не стала.

— Твой дракон ведь еще не пробудился?

— Не уверена, что во мне достаточно истинной крови для этого, – я вздохнула. Никто из моих родителей не имел второй ипостаси, так с чего бы мне уметь оборачиваться?

Взгляд мистера Лэйдона стал более острым.

— Я чувствую в тебе кровь Варгасов, – сказал он. – Кто твои родители?

— Мама – Амалия Гейл, помошница пекаря из Кайтауна. Отец – Рэндалл Гейл, кузнец. Ни один из них не был в достаточной степени драконом.

— Был? – спросил мужчина.

— Они погибли, – мне удалось произнести эти жестокие слова ровно и практически равнодушно, как будто мое сердце не кровоточило каждый раз при воспоминании о родителях. – Их растерзали гончие.

— Вот как, – на лице мужчины показалось сочувствие. – И как давно это случилось? Что ты делала после их смерти?

— Давно случилось, – ответила я. А чем занималась, чтобы выжить – приличному дракону лучше не знать. – Выживала, что же еще? Подрабатывала, потом поступила в академию Скайхолл.

— Что-то не сходится, – дракон задумчиво пожевал губу. – Как так вышло, что ты осталась совершенно одна? Почему клан не забрал тебя?

А с каких пор клану нужны такие, как я?

Мое молчание, вероятно, было не очень красноречивым, потому что мистер Лэйдон Саргон не отступал.

— Варгасы своих не бросают, – сказал он.

— Я не Варгас. Да, во мне есть какая-то крошечная толика крови ледяного дракона. Это дает мне определенный магический резерв, но не более. Мои родители по большей части были людьми, и с кланом мы, скорее всего, никак не связаны. Поэтому мне даже в голову не пришло просить кого-то из Варгасов о помощи. Да и откуда им взяться в той провинции, куда мы с родителями переехали практически перед самой их смертью.

Это был даже не городок, а деревня, гораздо меньше Кайтауна. Но там отец, наконец, смог открыть собственную кузню, которая начала приносить доход. Мы в кои-то веки начали жить почти прилично, и если бы не Дикая Охота…

— Но я чувствую в тебе ледяного дракона, – мужчина отодвинул в сторону наполовину исписанный лист бумаги. – Любой Варгас распознает в тебе свою. Это ведь не твой цвет волос?

Он кивком головы указал на мои длинные черные пряди, что выбились из косы и рассыпались по плечам. Не в силах лгать перед артефактом, я кивнула. На самом деле волосы у меня от рождения были чисто белые, как снег, но чтобы ничем не отличаться от своих смуглых и темноволосых родителей, я пользовалась краской. Так мне удавалось меньше привлекать к себе ненужное внимание, особенно в солнечном Кайтауне, где почти все были брюнетами.

— Это, конечно, вызывает лишь еще больше вопросов, – мужчина встал и обошел стол. Я крутанулась на стуле, следя за ним, но дракон лишь забрал артефакт истины и, деактивировав, убрал его на полку. – Но, думаю, у нас нет причин не принимать тебя в академию. Осталось лишь переговорить с ректором и пройти испытание. Если, конечно, тебе найдётся место. У нас здесь всё под счёт.

Мое сердце радостно дернулось в груди. Неужели цель почти достигнута?

— Когда я смогу поговорить с ректором? – небрежно спросила я, стараясь ничем не выдать своего нетерпения.

Мистер Лэйдон удивленно приподнял брови.

— Говорить с ректором буду я, – усмехнулся он. – А вы, юная леди, будете ждать меня здесь. Я распоряжусь, чтобы вам принесли все необходимое.

Я не успела возразить, потому что Саргон стремительным шагом покинул кабинет, забрав с собой свои записки. И прежде, чем я выбежала следом, в замке с тихим щелчком повернулся ключ.

Когда шаги за дверью стихли, я огляделась в поисках того, что можно было бы использовать против Саргона. Потому что он очень быстро выяснит, что я и четверка мудаков из Скайхолла – не вместе, и пройдет совсем немного времени, прежде чем меня снова выкинут за ворота.

Но кабинет преподавателя боевой магии был как будто стерилен. В нем не было ничего, что указывало бы на личность хозяина. Никаких картин, милых сердцу сувениров, грамот и наград. Как будто здесь работал самый замкнутый и скрытный в Виригии дракон. Осмотр книжного шкафа тоже ничего не дал. Я нашла несколько учебников по его предмету, а в остальном там были книги по истории и даже кое-что из художественной литературы. Меня удивило наличие на полке свежего романа Вероники Веритас, известной в Виригии своими смелыми, даже скандальными любовными романами. Но, скорее всего, брутальный преподаватель отобрал эту книгу у кого-то из адепток. Не мог же он, в самом деле, читать это.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍