Город Эмбер: Люди Искры - Джин Дюпро

— Посмотри, что я нашел, — сказал Дун, протянув Тику пригоршню ягод.

Тик взял одну, бросил в рот.

— Потрясающе! — Он взял с ладони Дуна остальные ягоды. — Ты опять собираешься нас спасти?

— Спасти? — в недоумении переспросил Дун.

— Да, теперь от голода. Ты — герой Эмбера. Так что пора тебе вновь нас спасать.

Дун стушевался из–за того, что его назвали героем, не понимая, восхищается им Тик или высмеивает его. И не знал, что сказать.

— Вкусные. Не возражаешь, если я сорву несколько? — спросил Тик.

— Они не мои, — сказал Дун. — Любой может их рвать.

Тик рвал ягоды и отправлял в рот. Потом повернулся к Дуну.

— Ты знаешь здание, которое называется «Арк»?

Дун кивнул.

— Бывал в нем?

— Нет, — ответил Дун. — Только в отдельной комнате в торце. Там у них книги. Тебе бы посмотреть. Их там тысячи.

Книги Тика не интересовали.

— Я попал туда на днях, когда разгружал бочки с маринованной свеклой. Это их склад, знаешь ли. Они говорят, что у них мало еды. Ха! Склад забит едой.

— Правда? — с удивлением спросил Дун.

— Правда. Банки с консервированными фруктами, мешки с сушеными фруктами, всякие соленья, мешки с зерном — горы и горы еды. А нам дают на обед одну морковку. Я думаю, они очень жадничают.

Дун нахмурился. Он подумал об отце, который с тоской смотрел на свой жалкий ужин–завтрак, подумал о словах Ордни за обедом: «В Искре просто нет еды для четырехсот лишних ртов!» Значит, это неправда?

Тик подошел к ветке, усыпанной ягодами, и начал быстро собирать их, разговаривая с полным ртом.

— Не знаю, как тебе, но мне несправедливость не нравится.

— Мне тоже, — ответил Дун.

— И я считаю, что несправедливость необходимо устранять.

— Как?

— Об этом нам и надо подумать.

«Нам», — отметил про себя Дун. Даже перестав участвовать в проектах Тика, он восхищался его энергией и способностью объединять людей. Его радовало, что Тик выделяет его среди остальных, считая более умным, более важным.

— Ты прав, — согласился он. — Мы должны что–то делать.

Тик кивнул.

— Я не доверяю жителям Искры. В чем–то они такие примитивные. Ты знаешь, когда они разжигают огонь, они высекают искры, ударяя камнем о камень.

— Правда? — Дун ни разу не видел, чтобы кто–то разжигал огонь, потому что на кухне не бывал. Он знал, что в пекарне огонь поддерживается постоянно и люди иногда приходили туда с потухшими свечами. — У них нет спичек?

— Иногда они пользуются спичками, — сказал Тик. — Но не всегда. Спички, похоже, здесь редкость.

— Так мы должны отдать им часть наших! — воскликнул Дун.

Спичек у эмберитов было много. Они взяли их с собой из подземного города и практически не пользовались ими.

— Я так не думаю, — быстро ответил Тик. — Они нам самим понадобятся. Так что пусть будут у нас.

Дун не понял зачем, если спичек слишком много. И решил, что спички, вероятно, могут быть использованы в будущих планах Тика.

— Так ты со мной? — спросил Тик.

— Конечно, — без запинки ответил Дун, но тут же насторожился: — С тобой в чем?

— В тех действиях, которые нам придется предпринять. Мы уже действовали, когда сложилась критическая ситуация. Возможно, придется действовать вновь.

Дун по–прежнему не знал, о чем ведет речь Тик, но не стал ни о чем спрашивать. Тик умел дать понять, что уже ответил на все вопросы, на какие хотел ответить.

— Ладно. Я с тобой.

— Хорошо. — Тик протянул руку, и Дун ее пожал.

Тик улыбнулся и ушел.

Дун смотрел ему вслед. В голове вертелись слова Тика: «Еда на складе, жадность, несправедливость, об этом нам и надо подумать, ты со мной». Потом глянул на правую руку и вздрогнул — она была вся в крови. Поцарапался о шипы? Ему потребовалась секунда, чтобы сообразить, что за кровь он принял сок ягод, которым Тик испачкал его руку.

У Лины созрел план: она спрячется в одном из ящиков, что стояли в грузовике Каспара, и в нем доедет до большого города. Туда всего лишь день пути. И уж конечно, она сможет найти дорогу назад. Наверняка встретит другого сталкера, который ее подвезет.

Разумеется, она могла попросить Каспара взять ее с собой, но не сомневалась, что он откажет. Ехал–то он по какому–то важному делу. И не захотел бы, чтобы она путалась под ногами. Поэтому ничего не оставалось, как спрятаться в ящике. Побывав в городе, она узнала бы, то ли это место, где суждено жить эмберитам. Лина была уверена, что поняла бы это с первого взгляда. А уж попав в город, она бы спрыгнула с грузовика и отправилась в обратный путь. А Каспар и не увидел бы ее.

На следующий день она вырвала чистую страницу из какой–то книги доктора и написала на ней:

«Дорогая миссис М.!

Я уехала с Каспаром и Мэдди на грузовике. Вернусь через два дня, может, через три. Хочу выяснить кое—что очень важное. И мне нужно сменить обстановку. До скорой встречи.

С любовью, Лина».

Она намеревалась подождать, пока миссис Мердо уснет, а потом сунуть записку между страницами древней мятой книги «Паутина Шарлотты», которую она читала. (Миссис Мердо постоянно уговаривала Лину взяться за книгу, но та отвечала, что пауки ее не интересуют, так что книгу лучше предложить Дуну.) Миссис Мердо читала только по вечерам, поэтому спохватилась бы только по прошествии дня.

Какие–то сомнения у Лины все–таки оставались. Она знала, что миссис Мердо будет тревожиться из–за нее. И Поппи будет недоставать старшей сестры. К тому же Лине не нравился Каспар, она ему не доверяла и знала, что он и Мэдди рассердятся, если обнаружат, что она поехала с ними. Конечно, она ввязывалась в рискованную авантюру. Но без риска ничего серьезного не добиться, не правда ли? Она пошла на огромный риск раньше, в последние дни Эмбера, и, как выяснилось, поступила правильно. Так что, возможно, и решение тайком поехать с Каспаром тоже правильное. Она настолько уверовала, что именно большой город — их судьба, ей так хотелось увидеть этот город своими глазами, что отбросила все сомнения. Это будет увлекательное путешествие, сказала она себе. И все с ней будет в порядке.

Наутро она поднялась до рассвета. Тихонько выбралась из постели на полу. Поппи не шевельнулась. Спала и миссис Мердо, которой стелили на диване. Лина бесшумно оделась в темноте и достала из шкафчика под окном наволочку, в которую накануне собрала все необходимое для поездки. Сунула записку между страницами книги миссис Мердо, потом на цыпочках добралась до двери, тихо открыла ее и вышла во двор.

Грузовик стоял за воротами, готовый к отъезду. Правда, без быков: скотник их еще не привел.

Лина забралась в кузов. На металлическом дне под ногами хрустела пыль и сухая трава. В кузове стояли четыре большие бочки, два сцепленных вместе велосипеда, коробка с ведрами и четыре больших квадратных дощатых ящика, установленные друг на друга. Ящики были выше Лины, каждый площадью около полутора метров — как маленькая комната. В трех лежали товары, приготовленные к продаже, четвертый пустовал: его содержимое Каспар и Мэдди продали в Искре. В этом ящике Лина и спряталась.