Партизаны будущего - Андрей Барыкин

– Есть товарищ генерал, разрешите идти? – по-армейски произнес Сашка и вытянулся по стойке смирно.

– Идите, товарищ лейтенант.

Собрав свои немногочисленные вещи, Сашка переоделся в парадный мундир. Тепло попрощавшись напоследок с соседями по казарме, он пожелал солдатам удачи. Теперь уже Сатурн предстал перед ними в офицерском мундире, и его социальный статус на фоне рядовых резко повысился. После прощания в казармах Резцов отправился встречать Воробья к взлетному шлюзу. Однако Сатурна не покидало некоторое чувство грусти от того, что придется расстаться с этим местом, с этими людьми, хотя еще месяц назад он так не хотел здесь оставаться. Резцов шел по многочисленным коридорам, вглядываясь в мельчайшие детали интерьера и обстановки, словно проходил здесь в последний раз. Еще одно место, которое стало домом. Такой вот парадокс: не привязываясь абсолютно к одному конкретному месту, Сатурн всегда оставлял частичку себя там, где провел какое-то время. Человек мира, так он любил себя обозначать. К космополитизму это не имело никакого отношения.

Воробей прилетел точь-в-точь по расписанию. Эта его черта характера всегда вызывала уважение у Сашки, тогда как сам он редко мог рассчитать точно необходимое время, поэтому предпочитал все делать с запасом для перестраховки.

– Привет, лейтенант Резцов, как ваше обучение завершилось? – Воробей традиционно в общении с Сашкой смешивал обращения на вы и ты.

– Здравия желаю, товарищ майор. По мнению генерала Орлова, зачет я сдал на отлично. Буду рад продемонстрировать вам вновь приобретенные навыки лично, – отчеканил Сатурн и улыбнулся. – Как там наши?

– Все в порядке. Прибыло очередное пополнение, вовсю готовим ополчение. Но об этом позже. Я в курсе, нас ждут в оперативном штабе. Мундир тебе идет!

– Спасибо. Я тоже так думаю. Твой отец уже отметил, что на военного я похожу больше, чем на менеджера по продажам, – в очередной раз пошутил Сашка.

Так они и шли до пункта назначения, пошучивая и общаясь на свои личные темы, попутно обмениваясь новостями.

– Сергей, я как-то постеснялся спрашивать у твоего отца. Скажи, здесь вообще женщины есть? – спросил Сашка.

– Конечно же, есть, – рассмеялся Воробей. – Как думаешь, кто здесь готовит, стирает, гладит, убирает, связистами работает?

– Хм, ну просто я как-то не видел ни одной.

– Правильно, так и должно быть. Запомни, здесь реальная служба, солдату незачем отвлекаться постоянно на женщин. Это мешает его боеготовности. А для общений с женщинами есть выходные, и они здесь соблюдаются. Ты, наверное, заметил, что по субботам в казарме часть народу отсутствует. Ну а по воскресениям тебя здесь просто не бывало. Женщин сюда набирали в основном из жен и родственниц военных, так надежнее и безопаснее. Но служба есть служба.

Когда они прибыли в оперативный штаб, их уже ждала группа из десятка офицеров, в том числе генерал Орлов. Как только завершились взаимные обмены приветствиями, генерал взял слово:

– Лейтенант Резцов, прошу ко мне. – И после того, как Сашка подошел поближе, добавил, – данной мне властью назначаю вас действующим офицером группы войск сопротивления вторжению и довошу до вас приказ о присвоении внеочередного звания старший лейтенант.

– Служу России, – еле выговорил, растерявшийся на мгновение от удивления Сашка, увидевший, как, Воробей едва заметно улыбнулся и подмигнул ему, пока генерал вручал новые погоны.

Остальные офицеры дружно похлопали в знак уважения. Видимо, это были некоторые новые армейские традиции. Когда остальные офицеры ушли, генерал решил объяснить всю суть этого представления с новым званием.

– Понимаешь, Александр, – Константин Васильевич перешел на обычный тон с официального. – Мы не могли назначить на возможное управление одной из баз лейтенанта, тем более что у вас числится реальный офицер армии в том же звании, Хромов, если не ошибаюсь. Это бы выглядело не совсем корректно: назначение человека со стороны, пусть даже офицера запаса, при наличии боевого офицера. А с повышением тебя в звании все неровности были исключены. Тебе могут быть непонятны все эти формальности, тем более в такое сложное время для нашей планеты, но придется привыкнуть. Это армия, и здесь свои законы и правила. Если бы не содействие Сергея, то тебя бы вряд ли допустили даже побывать в Центре.

– Отец, я уже говорил, что ручаюсь за этого парня головой, – вставил свое слово Воробей.

– Именно поэтому все произошедшее здесь сегодня имело место быть, – ответил ему майор.

– Раз уж за меня все уже решили, то постараюсь оправдать ваши надежды, – подмигнул Сашка.

– Не ты выбираешь судьбу, она выбирает тебя, – многозначительно добавил Воробей. – Ладно, нам пора домой.

Генерал проводил двух офицеров до шлюза. Проводить Сашку обратно пришел Володька. Меньшов поздравил его с новым званием, сказал, что был очень рад повидаться. Но старый друг с трудом скрывал свое грустное настроение по поводу отъезда Сашки. Сложно было сказать, увидятся ли они еще в ближайшее время, если вообще увидятся. Сатурну тоже было немного грустно от осознания этого факта. Однако дома ждали не менее близкие люди, особенно Аня – будущая мать его детей. Эта бедная девушка решилась на такой поступок, как рождение ребенка. Вряд ли Сашка мог назвать чувства, испытываемые к Ане любовью, скорее привязанностью и необходимостью о ком-то заботиться. Да и сердцу некогда было любить, все силы были брошены на выживание и борьбу с пришельцами. Может быть, как это часто происходит, более серьезные чувства появятся после рождения ребенка. Но пока было не до этого, теперь Сашку сковывало еще чувство долга и реальная боевая служба.

Глава 19: Конец западного фронта

После назначения Сатурна Воробей распределил хозяйство и управление отрядом между ним и Хромовым. Последний ни разу не был против первенства Сашки как командира. Его вполне удовлетворяла своя работа по формированию бойцов из ополченцев, где он был профессионалом, и куда Сатурн, в свою очередь, не собирался лезть. Вообще Сашка был рад, что, помимо Воробья, у них в отряде есть такой человек, как Александр Хромов и его десантники. Остальным бойцам было за кем тянуться, на кого равняться. Сам же Воробей теперь стал подолгу пропадать в ЦСВ. Будучи же в отряде, много времени проводил на секретной базе: оттачивал летное мастерство Сатурна и общался с исследовательским отделом – Гордеевым и братьями Гальцевыми, которым перепоручал некоторые задачи из Центра.

Назначению Сашки командиром никто особо не удивился. Разве что Алексей Петрович, с которым они бежали из Химок в первые дни вторжения, возмущался, что какому-то пацану доверили командовать жизнями нескольких сотен человек. Он давно уже подбивал мирное население деревни на осуждение некоторых действий майора Орлова, тем самым подрывая общественный порядок и мешая спокойной жизни отряда. У солдат Алексей Петрович не находил поддержки. На общих собраниях он часто спорил и любил выдавать свою оригинальную точку зрения, никому, по сути, не интересную. Воробью, да и Сашке, это очень не нравилось. Хромов вообще предлагал выгнать его из отряда, однако это было бы не очень правильно и гуманно, поэтому все терпели выходки бывшего хозяина продуктового магазина.

Уже почти месяц наблюдалось некоторое затишье на многих фронтах по всему миру. Все новости отряд получал от Воробья. Пришельцы редко вылезали из своих укрепленных берлог, но если и делали это, то нападать на такой конвой было делом рискованным и опасным. С одной стороны, люди стали меньше бояться передвигаться по территориям, неподконтрольным пришельцам, с другой – данное затишье вызывало некоторую обеспокоенность у высших военных чинов. Воробей сообщал, что по мнению генштаба ЦСВ пришельцы что-то замышляют. С ними были согласны американские коллеги. Всем отрядам, привязанным к секретным базам, было приказано по максимуму доукомплектовать свое боевое подразделение в ближайший месяц.

Благодаря относительному спокойствию на дорогах, в отряде Сатурна стали больше уделять времени поисковым рейдам по окружающим населенным пунктам, собирая там горстки выживших людей. За три недели поисковая группа привела более тридцати людей, согласившихся покинуть свой дом и примкнуть к отряду. Отряд уже насчитывал более двухсот бойцов. Хромов со своими солдатами гонял новобранцев до седьмого пота, обучал стрельбе из различных видов оружия. Воробей был доволен результатами и знал, что спокойно может отправиться по делам в Центр, полностью доверяя двум лейтенантам. Вжившись настолько в свою роль командира, Сатурну иногда казалось, что это было всегда – вот такая жизнь, вечно полная опасности и ответственности за других людей. Словно он всегда был лидером несогласных с текущим положением людей, а если и не был, то всегда стремился к этому. Точнее то, что было в прежней жизни, вряд ли можно было назвать жизнью в полном смысле слова. Нет, Сашке ни в коем случае не хотелось такой судьбы для Земли, какую она имеет сейчас, просто у каждого человека есть свое внутреннее предназначение в этом мире. Есть люди, смысл жизни которых наиболее проявлялся в минуты, трудные для всего остального человечества. Они брали на себя тяжелую ношу, чтобы остальным было чуточку легче. И это было не самоцелью, не стремлением возвыситься или управлять остальными. Они не упивались властью за счет горя других, просто эти люди не могли по-другому. Их предназначение было иным. Подобные Сатурну не знали счастья в его привычном смысле, но ощущали жизнь наиболее полно в моменты, когда кому-то требовалась их помощь.