Личная жизнь духов и привидений. Путешествие в занятный мир шарлатанов - Уильям Литл

Полицейский инспектор Ланди уверил Юэнса, что на основании информации, предоставленной Кристин Холохан, во время расследования не предпринималось никаких действий. Он следовал обычному полицейскому протоколу.

Юэнс также полагает, что кто-то передал Холохан информацию о «Поки» Рурке. Скорее всего, как и предполагал доктор Киран О’Кифф, этот человек хотел уведомить полицию, сохранив свою анонимность.

В книге «Голос из могилы» Кристин признается, что подслушала разговор двух женщин, обсуждавших убийство в понедельник утром — за три дня до того, как она связалась с полицией. Юэнс также узнал, что информация о смерти Жаки появилась в местных газетах примерно в то же время. Оба детектива, которые вели дело, Ланди и Маккинли, независимо друг от друга сообщили Юэнсу, что Рурк был общеизвестным подозреваемым. А Холохан жила в пяти километрах от места преступления и примерно в километре от паба, где работала Жаки, поэтому запросто могла узнать все из местных сплетен.

Ланди рассказал Юэнсу, что Рурка «заподозрили мгновенно» и продержали за решеткой в течение суток; именно в это время производился обыск владений подозреваемого и обнаружился «крайне необходимый» свитер. Это произошло как минимум за три дня до того, как полицейские взяли показания у Кристин Холохан.

Полагаю, последнее слово в этом деле должно остаться за Ланди. В письме, которое он отправил Юэнсу, очень хорошо чувствуется досада: «Энтони Рурк — местный преступник и коллега убитой. Его заподозрили в первый же день расследования. Его не раз допрашивали и задерживали, и подозреваемым он стал не благодаря Холохан. Она не предоставила ничего, что помогло бы следствию. В то время я говорил своим подчиненным: „Если уж она знает все детали этого дела, почему бы ей не сказать, где находятся пропавшие украшения?“ Конечно, она не могла этого сказать. Холохан не сообщила ничего существенного, что продвинуло бы расследование! Этот факт не подлежит обсуждению».

Великолепное исследование Юэнса заставляет меня задуматься о деле Николы Пейн и о том, почему Кристин получает лишь крупицы информации, которые не способны никого убедить. Весь труд по осмыслению этих «сообщений с того света» ложился на плечи Мэрилин.

Но Кристин искренне полагает, что помогает людям, и, если Мэрилин с ней согласна, стоит ли нам беспокоиться? Не знаю. Однако Юэнс все-таки кое-чего не сделал. Он не опросил главного свидетеля по этому делу — Кристин Холохан.

Зато это сделал я.

Я откидываюсь на спинку стула и вновь вспоминаю мгновение, когда Кристин сообщила, что к ней приходила Мэрилин Монро. Ее волновало, не галлюцинации ли это.

— Я просто принимала за чистую монету все происходящее, не задумываясь, откуда все берется. Но сейчас я бы, может, и задалась вопросом. Чем старше, тем циничнее ты становишься. Я никогда ни о чем не задумывалась. Что-то случалось, и я решала: «А, ладно, это просто мои способности». Понимаете?

— А если что-то из увиденного вызывает у вас сомнения? — спросил я ее.

— Решаю, что это мое воображение. Или задумываюсь, почему мне это привиделось, что бы это значило, что с этим делать, — задумчиво отвечает Кристин. А затем упоминает о деле Жаки Пул: — Это как тогда, когда Жаки Пул появилась в моей квартире и достучалась до меня. Боже, это было самое странное ощущение, которое я испытывала. Я могла чувствовать, как кто-то идет по коридору, но в коридоре никого не было! А белая энергия в форме сферы… В такие моменты задумываешься, не спишь ли ты? Действительно ли это происходит? Знаете, вы спите, и вам хочется проснуться, но вы не можете. Пытаетесь открыть глаза, а они не открываются.

Большинство людей сочло бы это сном. Сомнения Кристин о той ночи с годами увеличиваются, и, возможно, однажды она тоже придет к такому выводу.

10. В логове ведьмы

Нужно держать себя в руках.

Не хочется признаваться, но у меня мурашки по коже. Я сам не свой с тех пор, как согласился отпраздновать Хэллоуин с общиной ведьм.

Чтобы напугаться как следует, я начитался историй о поклонении дьяволу, о тайных обществах с жестокими ритуалами жертвоприношений и о лошадях, которых изувечили на севере Англии в процессе жутковатых церемоний. В лесу Клафам в графстве Суссекс обнаружены останки костров для жертвоприношений, костей и пентаграмм. Чарльз Уокер, исследователь оккультных наук и специалист в этой области, сообщал, что в лесу пропадали собаки. «В других случаях псы словно сходили с ума в определенных частях леса — начинали бегать кругами, и из пасти у них капала слюна», — докладывал Уокер.

Он обнаружил тайное общество под названием «Друзья Гекаты», посвященное одноименной богине, которое приносило в жертву собак. Уокер неоднократно получал предупреждения от жрецов и жриц различных ведьмовских сообществ, а его друг, изучая их деятельность, был серьезно изувечен.

Мне становится не по себе, потому что шабаш, который я собираюсь посетить, расположен как раз неподалеку от проклятого леса в Суссексе.

Дальше — хуже. Я нахожу истории об Алистере Кроули, самом могущественным маге всех времен и народов. Для членов «Золотой Зари», самого известного оккультного сообщества в Британии, его уровень был недостижим. Кроули экспериментировал с магическими ритуалами и говорил последователям, что способен вызывать существ из подземного мира и подстрекать привидения на шалости. Также сообщалось, что он может созывать демонов и проводить самый впечатляющий оккультный ритуал — черную мессу.

Я начинаю подумывать: а не лучше ли просто отсидеться дома? Но потом приходит пятница шабаша, и я собираюсь с духом, быстренько пакую чемоданы и отправляюсь на вокзал. В конце концов, что такого страшного может произойти?

Тем же вечером я приезжаю в древний, величественный загородный дом в Суссексе. Меня направляют в банкетный зал. Тяжелые двери комнаты наглухо закрыты. Внутри ведьмы готовятся к церемонии. Сегодня Самайн, ведовской Новый год; завеса между миром духов и миром живых истончается. Как только двери откроются, меня пригласят принять участие в ритуале — встрече мертвых, вернувшихся в наш мир.

Я бы очень волновался, но вместе со мной открытия дверей ждет Дебс. Ей двадцать девять, она временно безработная и явно нервничает. Дебс сама практикует ритуалы и заклятия, читает книги о ведьмах, а накануне забыла наколдовать «защитный круг». Она в ужасе — считает, что могла выпустить злых духов и те разрушат ей жизнь.

Да уж, по сравнению с ней мне не о чем волноваться.

— Я звонила в колокольчик, приветствуя духов. Читала заклинания, чтобы они не смогли мне навредить. Оставила в качестве подношения подгорелый тост и лимон, чтобы накормить голодных духов, заблудившихся между миром живых и мертвых, — рассказывает Дебс. Звучит это так, словно она зачитывает заранее заготовленную речь. Дебс делает большой глоток напитка, который налила до этого.

Она приехала на выходные из Бирмингема, чтобы увидеть шабаш. До сих пор она занималась магией в одиночку, как ведьма-отшельница. Но теперь ей хочется узнать что-нибудь новое.

— Я с детства всем твердила, что я ведьма. Так мне казалось, — рассказывает Дебс и внезапно бледнеет, снова вспоминая, что злой дух может вот-вот завладеть ею.

Двери открываются, и выплывает Хелен, верховная жрица, лет тридцати с небольшим. Ведовское одеяние развевается за ее спиной. Она подходит к нам, заподозрив, что с Дебс творится неладное.

— Я не знала, что нужно накладывать круг, — объясняет Дебс, обращаясь к Хелен с просьбой о помощи и совете.

Прежде чем произнести заклинание, ведьма должна очертить круг палочкой, произнося магические слова, чтобы защититься от злых духов.

— А свечи вокруг вас стояли? — мягко уточняет Хелен.

Дебс кивает.

— Тогда все будет в порядке, — успокаивает ее Хелен.

Мне хочется спросить: «Что же могло случиться с Дебс?

Каков самый худший вариант — могла ли она умереть?»

Но мне не предоставляется возможности, поскольку Хелен зовут обратно в банкетный зал, чтобы она помогла наложить защитный круг для сегодняшнего ритуала. А Дебс явно не вынесет такого вопроса, она и так на грани нервного срыва.

Пару минут спустя нас приглашают внутрь. В центре зала — длинный стол с горящими свечами. Справа у камина стоят пять ведьм в мантиях — ожидают, когда соберутся все новички. Нас четверо — я, Дебс, приятель Хелен по имени Джефф, похожий на Дилана из «Волшебного приключения»[22], и ведьма Брэнда из Бредфорда.

Дверь закрывается, и мы начинаем ритуал приветствия мертвых.

Но прежде я должен получить ответ на мучающий меня вопрос. Я наклоняюсь вперед и успеваю шепнуть его Хелен:

— Так почему же завеса так тонка? Завеса между двумя мирами?

Этот вопрос мучил меня давно, и мне не терпится узнать ответ.