Ее грешные избранники - Кассия Брайер

несет ли она ответственность за действия своего брата или нет. Освободи ее, Кевин. И убирайтесь. Вы оба.

Более крупный бородатый мужчина, Кевин, снял наручники с моих запястий. Они с Сэмюэлем быстро вышли, закрыв за собой дверь. Кейд отошел назад, оставив меня стоять одну возле двери.

Я взмахнула дрожащей рукой, чтобы убрать с лица выбившиеся волосы. — Орион никогда бы не стал работать на преступную организацию. — Я посмотрела на трех боссов. — Должно быть, его похитили. Но я не понимаю почему.

Зейн покачал головой. — Боюсь, что нет, Эмма. Видишь ли, Орион подружился с Элиасом Вексом и его окружением. Мы проследили за твоим братом до дома Элиаса. Зимние каникулы в академии не закончатся еще пару недель, и мальчики уже шатаются по всему Сиэтлу и окрестностям. Наши люди видели Ориона и Элиаса с Дэмианом — лидером «Затмения».

— Откуда вы знаете, что ваши люди не лгут? Или, может быть, это случай ошибочного опознания, — сказала я.

Кейд ответил: — Все наши люди верны нам. Они доказывали свою преданность снова и снова, и их информация надежна.

— Большая проблема в том, что «5-й Круг» может работать с «Затмением», — сказал Лукас. — Может быть, «5-й Круг» принял Ориона?

— О ком ты говоришь? — Я спросила. — Что это за «5-й Круг»? — Я чувствовала себя свободной, бесцельно плавающей в море соперничающих преступных группировок. Орион учился в школе три месяца. Конечно, он не мог так быстро втянуться в бандитскую деятельность. Или именно поэтому он отдалялся от меня? Нашел ли он новую семью? Мои пальцы нащупали мамин медальон. Нет, он бы этого не сделал.

Я посмотрела на Зейна, Кейда и Лукаса. — Скажите мне, что, черт возьми, происходит.

— «5-м Кругом» управляет Брайон Векс, — сказал Лукас. — Они плохие парни, но могущественные и уважаемые. Темные ведьмы.

— И Орион дружит с его сыном… — Я замолчала, позволяя подтексту осмыслиться. Мой брат присоединился к группе темных ведьм. Теперь он работал с ними? И с бандой «Затмение»? Я не могла в это поверить. Это был гребаный кошмар.

Мне нужно было найти своего брата. Я чувствовала себя выздоровевшей — сильной и оживленной, что было странно. Может быть, я переросла свою детскую болезнь? У меня не было ответов, и прямо сейчас у меня не было времени сосредоточиться на себе.

— Мне нужно найти Ориона. Сейчас, — сказала я. — Вы должны отпустить меня.

14

ЗЕЙН

Я откашлялся. — Мы не можем этого сделать.

— Ты должен позволить мне уйти. — Ее челюсть упрямо сжалась.

Я снова восхитился этой женщиной, стоявшей передо мной. Она смотрела на нас сверху вниз, осмеливаясь бросить нам вызов. Эмма выглядела как королева, несмотря на атласную ночную рубашку и обитый мехом халат. Она была завоевательницей, а мы — ее врагами.

Каждый раз, когда я думал, что мы напугали ее до такой степени, что она подчинится, а не съежится от страха перед нами, она удивляла меня своим неповиновением. Волк Лукаса преследовал и схватил ее. Он мог бы легко приготовить из нее ужин, и все же она выдержала его взгляд, когда мы уходили.

Мне пришлось ненадолго отвернуться, когда Кейд заглянул в ее сознание, и она закричала. Моя грудь сжалась самым непривычным и болезненным образом. Обычно я был не из тех, кто уклоняется от неприятностей. Теперь, через несколько минут после ее испытания, когда от других остался бы не более чем беспорядок на полу, Эмма была готова бороться с нами. Наша милая ведьма оказалась более стойкой, чем я предполагал.

Упрямый выступ ее подбородка вызвал у меня желание провести своими клыками по этой дорожке. Мой член затвердел от этой мысли. Лукас бросил на меня предупреждающий взгляд. Ублюдок — блокировщик члена. Как будто его намерения были более чистыми.

— Эмма, — начал я, — ты подписала контракт. Ты принадлежишь нам, и ничто этого не изменит. Однако, если ты будешь хорошей девочкой, мы сможем выяснить, что происходит с Орионом. Если его удерживают против его воли, мы могли бы ему помочь. Если он помогает «Затмению», возможно, мы сохраним ему жизнь. Все это зависит от тебя. — Да помогут нам Небеса, если его удерживал «5-й Круг». Никто — включая нас — не хотел видеть в них врагов.

Она громко сглотнула. — Чего ты хочешь?

— Послушания. — Я окинул взглядом ее изгибы.

Она молча обдумывала это единственное слово. — А если я откажусь?

— О, Эмма, — я широко развел руками, — у тебя нет выбора. Если понадобится, я прикую тебя к кровати, а также запру дверь в твою комнату. Орион останется там один и без нашей защиты. Но если ты будешь сотрудничать, мы поможем тебе. Выбор за тобой.

Она взглянула на Лукаса, вероятно, ища союзника. Которым он не был. Его права на нее были такими же основательными, как и мои, и как только он поддастся своим животным инстинктам, ей не будет спасения. Повторяю, она принадлежала нам. Как я сказал Лукасу, судьба Эммы была уже предначертана. Мы просто исполняли ее.

Я склонил голову набок. — Ты собираешься быть хорошей девочкой?

Она поколебалась, расправила плечи, затем кивнула. — Да. — Ее взгляд метнулся к Кейду, затем опустился. Ее щеки покрылись густым румянцем. Заинтригованный, я посмотрел на фейри. Он проигнорировал меня.

Ну и ну, что же он раскопал в ее сознании? Что-то непристойное?

— Хорошо, — сказал я, прислоняясь к столу. — Раздевайся.

Она побледнела, и ее пристальный взгляд встретился с моим. — Что?

— Ты слышала меня. Раздевайся. Я хочу посмотреть на тебя. — Я поднял руку, чтобы прервать рычание Лукаса. — Я не прикоснусь к ней сегодня вечером. На самом деле, никто из нас не прикоснется. — Я снова обратил свое внимание на Эмму, которая даже не пошевелилась, чтобы выполнить мою команду. — Я больше не буду повторяться.

С гримасой ее стальной взгляд остановился на мне, и она сбросила халат. Она спустила бретельки ночной рубашки с плеч, затем спустила ее по бокам, по бедрам, и позволила ей растечься по полу. Она стояла в одном кружевном черном нижнем белье. Ее большие пальцы потянули за обе стороны, и они присоединились к остальной ее сброшенной одежде.

Я застыл на месте, как вкопанный, как Лукас и Кейд, упиваясь видом самой красивой женской фигуры, которую я видел за долгое время. Ее гладкая кожа на одном плече была испорчена грубо зажившим пулевым ранением. Длинный белый шрам пересекал ее живот, а другой шел горизонтально по бедру. Эта женщина испытала боль, страдание.

Я был заинтригован больше,