Самопознание шута - Юрий Калмыков

«Почему я забыл о проездном? Это что-то невероятное!»

Он очень устал от хождения по торговым палаткам, мысли были обрывочными, тупыми и сонными. Дома его ждал новый удар. Дверь открыла Елена, когда он вставлял ключ в замочную скважину. У него внутри всё сразу похолодело.

– Что с тобой? Ты не рад меня видеть?

– Рад, – соврал Константин.

Он был бы рад в любое другое время, не испорченное зеркалом. Он видел, как лицо Елены померкло в тот миг, когда она его увидела. Внешне вроде было всё то же самое. Улыбка сохранилась, но вот светился человек изнутри, горела внутри электрическая лампочка, и в одно мгновение её выключили. Как этого можно не заметить?! Она пришла мириться, но в этот процесс вмешалось подлое зеркало, теперь в этом уже не было никаких сомнений.

Закончилось всё это кошмаром. Они лежали в постели, и ни с того ни с сего Елена вдруг зарыдала. Безудержно! Отчаянно! Как будто давно сдерживала в себе плач, и вот теперь он вышел из берегов, сметая на своём пути все дамбы и защитные сооружения.

Константин замер, опасаясь сделать что-нибудь не так.

– Что с тобой? – спросил он и дотронулся до её плеча.

– Не прикасайся ко мне!!! – она резко отстранилась и села на кровати.

Как будто он причинил ей боль! Как будто он был заразный! И не какой-нибудь там чумой, а чем-то значительно хуже! Тем, что поражает не тело, а душу!

– Всё напрасно!!! – рыдала она. – Вся жизнь коту под хвост!!!

– Да что с тобой случилось?

Она внимательно посмотрела на его лицо:

– Чужой! Абсолютно чужой человек!

– Почему ты так вдруг решила?

– Не подходи ко мне близко! – Елена быстро одевалась и собиралась уходить. – Никогда больше не подходи ко мне близко!

– Куда ты? Сейчас ночь! Я вызову такси! – только и мог сказать Константин.

Эти слова звучали очень жалко. Он не знал, что можно сделать.

Она ушла.

И это было только начало.

С кем бы Константин ни встречался – в лучшем случае ему были не рады. Он имел возможность ознакомиться с огромным разнообразием негативных человеческих реакций по отношению к себе. На него смотрели по-разному. То как на прокажённого, то как на какого-то негодяя, но как-то терпели, пока. Даже совершенно незнакомые люди, увидев его, вдруг замолкали и смотрели с неодобрением. Он начал физически ощущать на себе враждебные взгляды. И холодок всё чаще пробегал по спине. Константин много раз смотрел на себя в зеркало.

«Лицо то же самое! Ничего с внешним видом не произошло! И как это делает жалкий кусок стекла? Что зеркало может делать с людьми?»

Он сделал над собой усилие и после долгих сборов вышел на улицу. Ему казалось, что ненависть вокруг него возрастает, чем дальше, тем больше. Кассирша в супермаркете с подозрением осматривала продукты, которые он перед ней выложил.

– А вы что, вскрывали этот пакет? – задала она неожиданный и нелепый вопрос.

– Я? Зачем?

– Откуда я знаю, что пришло вам в голову?!

Не успел Константин как следует удивиться или возмутиться, как возле него уже стояло несколько сотрудников и сотрудниц супермаркета.

– Вот здесь, по-моему, ярлычок переклеен! Проверь быстренько!

– Простите, вы ничего в карман себе случайно не положили? – спрашивал его мужественного вида охранник, тщательно подбирая слова.

– Нет, не положил! А почему вы задаёте мне такой вопрос?

– Я имею право задавать такие вопросы! – с достоинством ответил он.

Продукты были тщательно осмотрены, обнюханы, прошлись по всем рукам, цены сверены.

«Не забыл ли я деньги? Нет, не забыл!»

Деньги тоже вначале вызвали подозрение, но были приняты к оплате. Отходя от кассы, он не слышал, о чём они интенсивно шептались между собой, но чувствовал на своей спине их взгляды. Они были уверены, что в чём-то «этот подонок» их всё-таки обманул.

«А что будет к концу недели?»

Вначале Константин реагировал на всё это как здравомыслящий человек, но потом это ему надоело – окружающие не вели себя как здравомыслящие люди! Он начал злиться и немного пришёл в себя. Со злости Константин попробовал устроиться на работу.

«А что? Сейчас самое время!» – решил он и начал с написания резюме.

С резюме тоже ничего хорошего не получалось.

«Ага, я должен показать, какой я насквозь успешный и целеустремлённый!»

– И кому это я должен быть успешным?! И в гробу я видал вашу целеустремлённость!

Константин разорвал в клочья написанное им резюме.

– Я человек! Должен писать какое-то резюме?! Я должен торговать собой? Посмотрите, какие у меня зубы! – Константин подошёл к зеркалу. – А какая угодливая физиономия! Я всё, что хочешь, могу сделать! Но плохо! Из рук вон отвратительно! Так что думайте! Уйти ведь могу, пока думать будете!

Работа для человека

Говорят, что человек бесконечно долго может смотреть на огонь костра, на течение реки и на работу другого человека. Но никому ещё не удавалось больше нескольких минут спокойно наблюдать за работой Дениса. Сначала наблюдатель отворачивался в сторону, слегка мотал головой и что-то беззвучно шептал губами.

Потом снова поворачивался, опять смотрел, как-то нелепо улыбался, иногда хрустел зубами и морщился, как будто по своей воле жевал речной песок. Отворачивался от Дениса и вполголоса произносил начало какой-нибудь философской фразы. Например: «Есть же на свете…» Но дальше замолкал, так как понимал, что это, собственно, не его дело.

Иногда на этом наблюдение и заканчивалось. Человек находил какое-нибудь другое занятие. Но если не находил, а продолжал смотреть, то смотрел уже недолго. Срывался с места и не без эмоций, в полный голос произносил фразу, обычно начинавшуюся словами: «Ну, кто ж так…»

Продолжение этой фразы целиком и полностью зависело от воспитания и уровня культуры человека, её произносившего.

Денис перепробовал массу профессий, поскольку одной поэзией жить не удавалось. Константину неоднократно приходилось наблюдать, как Денис что-нибудь делает, поэтому сейчас, когда ему в голову пришла фраза: «Я самый бесполезный человек на земле!», он вспомнил Дениса, и патетической фразы не получилось. Это было бы нечестно по отношению к Денису! Первым быть трудно! Всегда! В чём угодно! За что ни возьмись! Вот про Дениса никак не скажешь: «Человек для работы!» Язык не повернётся такое сказать! Если бы такими были все люди – экономика в обществе перестала бы существовать.

Константин считал, что самую грязную и тяжёлую работу выполняют, как правило, алкоголики. В их руки навсегда въелась грязь. В промасленной спецовке, одетой на голое тело, сражаются они с холодным и ржавым металлом, на холоде, среди хаоса и грязи. Единственным спасением от реальности для них является алкоголь, который во время работы они пьют тайно. После работы пьют явно. Весь день для них – это ненужная предыстория к вожделенной бутылке водки. В их застолье сосредоточена вся жизнь. Им кажется, что ещё стакан – и будет всё хорошо и навсегда! Они забываются в коротком сне, чаще всего не снимая спецовку, и… Кто бы мог подумать! Следующий день всё-таки наступает, самым подлым образом! Это самый большой кошмар в жизни алкоголика! Кошмар продолжается, и кажется, что ему нет конца. Но и работают они из рук вон плохо! Плоды их труда – это сплошное уродство!

Нормальные люди обычно находят себе нормальную работу, если общество тоже нормальное. В ненормальном обществе всё гораздо сложнее. Там много людей, занятых тем, что защищают других людей и самих себя от нормальной жизни. Но всё относительно!

Представления о нормальной жизни у всех смутные, может быть потому, что нормальная жизнь – это всего лишь миф человеческого разума. Ни у кого этой «нормальной жизни» нет, не было и не будет. Всем кажется, что для этой самой нормальной жизни им чего-нибудь не хватает, чаще денег. А некоторым ещё и времени. Вот, например, менеджерам высшего и даже среднего звена – им жить некогда! Деньги есть, а жить некогда! Всё впопыхах! Зато у них есть какой-то азарт в работе, без которого успешным быть невозможно. Какой азарт? Чаще всего…

Где-то в Юго-Восточной Азии разводят домашних бакланов. Баклан – это птица такая, водоплавающая, с длинной шеей, питается мелкой рыбёшкой. Хитрые китайцы что придумали: они вывозят бакланов на лодке к тому месту, где много рыбы, перевязывают им шею верёвкой, у самого основания, и выпускают в озеро. Бакланы ныряют, ловят рыбу, а в желудок она им не попадает – шея перевязана. Китайцы собирают бакланов в лодку, трясут их за ноги и вытряхивают всю рыбу. Безусловно, бакланам тоже кое-что потом достаётся, как и менеджерам высшего и среднего звена.

Всегда нужно следить за тем, чтобы шея менеджера была хорошо перевязана верёвкой, иначе инстинкты возобладают над всеми прочими соображениями. Очевидно, символом этой верёвки у менеджеров и всех прочих служивых людей является галстук. Они как бы демонстрируют галстуком свою лояльность: «Смотрите! Я ничего лишнего не смогу проглотить!» А сами норовят его ослабить при первом же удобном случае! Поэтому вышестоящие менеджеры обязаны строго следить за галстуками нижестоящих. Такая игра! Вот так они всё ловят и ловят, и всё мало!