Сердце нараспашку (СИ) - Головьева Светлана

— Хочешь, я отвезу тебя домой? — спрашиваю я осторожно.

— Да, только посидим ещё немножко? — Рэй смотрит на меня с такой надеждой, что я не смею ему отказать. У него есть всё время этого мира. И я буду с ним рядом, пока он этого хочет.

* * *

Рэй

Я никогда не думал, что расскажу о самой страшной ночи в своей жизни, кому-то кроме Джоша и Кайла. Тем более какой-то девушке. Это была моя история, мой большой уродливый шрам на сердце. И я показал его Селесте. Это было страшно, возможно даже опасно. Она могла сбежать, оставить меня, вычеркнуть навсегда из своей жизни. Но она стойко выдержала и не отвернулась, увидев, то уродство, что я скрывал от неё. В такие дни, как этот мне всегда тяжелей обычного. За то время, что мы с Селестой вместе, я чувствовал себя почти нормальным, почти исцелённым. Но чем ближе становился день рождения Изабель, тем сильнее нарастала боль в моей груди. Я отдалился от Селесты, что стало первой ошибкой, теперь я это понимаю. Открывшись ей, я понял, что зря переживал и боялся. Она способна удержать меня на плаву, она мой спасательный круг.

Мы едем ко мне домой. Селеста ведёт и это ощущается немного странно. Я давно не ездил на пассажирском сиденье, но мне нравится, как Селеста водит. Она крепко держит руль и сосредоточенно смотрит на дорогу. Скорость держит на пределе, но не превышает. Она вполне могла бы попробовать себя в гонках и составить конкуренцию многим опытным гонщикам.

— Почему ты так на меня смотришь? — спрашивает она, не отрывая взгляда от дороги.

— Думаю, что ты могла бы стать неплохой гонщицей.

— Неплохой? — она поворачивается ко мне на миг и одаривает мимолётной игривой улыбкой. — А я думала, ты скажешь великолепной.

— С такой самооценкой ты действительно всем дашь фору.

Селеста улыбается, а я разглядываю её профиль. Она такая красивая, но её красота необычная. Она напоминает красивый экзотический цветок. На неё можно смотреть вечность и даже этого времени не хватит, чтобы вдоволь насладиться ей. Ведь то, что делает её по-настоящему красивой, это её большое доброе сердце. Именно оно заставляет её светиться ярким светом. Селеста Янг сильная и смелая, она понимающая и добросердечная, и с каждым днём я люблю её всё сильней.

— Спасибо тебе, Селеста, — говорю я, когда Селеста останавливается возле моего дома. Она поворачивается и серьёзно смотрит на меня, слегка нахмурившись.

— За что?

— За то, что была сегодня рядом. Я избегал тебя всю неделю, потому что просто не мог допустить, чтобы ты видела меня таким разбитым.

— Рэй, — она придвигается ближе и кладёт свою прохладную ладонь на мою щёку, — я хочу видеть тебя всегда и в любом состоянии. Будь ты уставшим, разбитым, измотанным, слабым или больным. Это не имеет значения для меня. Я люблю тебя и всегда буду рядом. Ты больше не один в этом мире. Ты не должен сдерживать свои чувства в одиночку. Теперь у тебя есть я, и я разделю с тобой все невзгоды, все твои страхи. Понимаешь?

— Знаешь, о чём я жалею? — глажу её по щеке, чувствуя, как сердце в груди того и гляди вырвется ей навстречу. Любовь к этой девушке такая сильная, что от неё даже больно. Но это приятная боль, я хочу её чувствовать. Ведь она даёт мне знать, что я живой.

— О чём?

— О том, что так долго тебя отталкивал. Моё счастье было под носом, но я сам от него отказывался. Каким же нужно быть дураком, чтобы совершить такое?

— Это уже не важно, — она наклоняется ко мне ближе, я чувствую её тёплое дыхание на своей щеке, а потом притягиваю её к себе и целую. Тогда её дыхание становится моим, мы дышим друг другом. Мы живём ради друг друга.

Не в силах оторваться друг от друга, мы доходим до моей квартиры, то и дело, целуясь, спотыкаясь и, лишь чудом не упав. Дверь открываю на ощупь. И как только мы оказываемся в квартире, наша одежда летит на пол. Мы раздеваем друг друга с такой страстью и яростью, что одежда не выдерживает. Слышится треск ткани, стук пуговиц, которые сыплются на пол словно град. Я целую Селесту так, как кажется никогда не целовал. Сжимаю её хрупкое тело так сильно, что возможно завтра там появятся синяки. Но она не остаётся в долгу, её ногти вонзаются в мою спину, а зубы впиваются в шею. Я подхватываю её за ягодицы и несу к дивану. Опускаю её и одним рывком снимаю с нею кружевные чёрные трусики. Теперь она полностью обнажена. Помада на её губах размазалась и теперь она напоминает вампиршу. Глаза Селесты сверкают в полумраке комнаты, как изумруды. Дьявольски красива и сексуальна. Я опускаюсь на неё и осыпаю поцелуями её лицо, красивую тонкую шею, изящные плечи, пышную грудь, плоский животик, родинку в форме разбитого сердца и наконец спускаюсь к её лону. Языком пробую её на вкус, слизывая выступившие соки. Невероятно сладкая. Глажу её бёдра и осторожно развожу их в стороны, чтобы обеспечить себе лучший доступ. Ласкаю её языком и слышу, как она мелодично постанывает. Её длинные пальцы тянут меня за волосы, но я не отступаю. Беру в рот горошинку её клитора и посасываю, заставляя её изгибаться от удовольствия. Ввожу сначала один палец в неё, потом второй и массирую её внутри влагалища. Она кричит, её дыхание сбивается, она хватает ртом воздух, и всё её тело сотрясают судороги оргазма. Я чувствую, как мой член становится твёрдым. Надеваю презерватив и резко вхожу в Селесту. Приподнимаю её ягодицы и сразу же ускоряю ритм. Она извивается подо мной, её глаза затуманены, на губах блуждающая улыбка. Наклоняюсь к ней, целую в губы. Она обвивает руками мою шею, а её ловкий язычок проскальзывает мне в рот. Я ощущаю приближение оргазма. Но решаю не торопиться и сбавляю темп. Плавно вхожу в неё и так же плавно выхожу.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

— Ты моё благословение, Селеста, — шепчу я ей, заглядывая в изумрудные глаза, — я считал себя проклятым, прокаженным, недостойным жизни. Но рядом с тобой я впервые за долгое время вижу свет в конце этого тёмного тоннеля. Ты моё спасение, Селеста и я не устану благословить Бога за то, что он послал мне тебя. Я так сильно тебя люблю.

— Рэй, любимый мой, — она плачет, обнимает меня и шепчет мне на ухо, — покажи мне, как ты меня любишь.

И я делаю это. Вхожу в неё последний раз, и меня накрывает оргазм, а потом и её тело сотрясается в новых конвульсиях. Наши губы соединяются, чувствую её слёзы на губах и целую её с ещё большим жаром. Наши тела кажутся единым целым. Я чувствую, как бьётся её сердце, словно птичка, пойманная в клетку и отчаянно пытающаяся вырваться на свободу. Моё бьётся точно так же. Наши пальцы сплетаются, дыхание смешивается. Мы смотрим друг другу в глаза и ничего не говорим. За нас говорят наши тела. И если это не моя награда за все мои страдания, то я не знаю, как это назвать.

Глава 11

Селеста

— Уже определились с планами на вечер? Пойдёте в какой-нибудь дорогой ресторан? — спрашивает Мэдисон, отпивая из кружки свой зелёный чай.

Сейчас десять утра и мы сидим в небольшой кофейне, недалеко от моей квартиры. Сегодня день Святого Валентина и весь город раскрасился красными сердечками. В прошлом году в этот день я валялась в кровати и смотрела чёрно-белые французские фильмы, заедая горе жирным попкорном. Сегодня же всё совсем иначе. Мы с Рэем вместе уже почти два месяца и, кажется, я никогда не была так счастлива. Я люблю его. После истории с Харви, мне казалось, что я не смогу больше кого-то полюбить. Я считала, что отдала ему всю свою любовь. Но я ошиблась.

После того, как Рэй мне рассказал обо всём там, на кладбище, мы стали ещё ближе. Теперь я понимаю его лучше, чем прежде. Я знаю, что иногда ему нужно дать время побыть одному, а иной раз наоборот быть рядом с ним. Сейчас мы оба обрели некое равновесие.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

— Знаешь, мы вообще об этом не говорили, — отвечаю я, откидываясь на спинку плетёного кресла. Действительно, мы с Рэем не обсуждали планы на вечер. В последнее время мы практически живём вместе, проводим всё свободное время вдвоём, и за этим я не заметила, как пролетело время. О том, что сегодня день всех влюблённых мне напомнила подруга, позвонившая час назад.