Падение ангела - Лана Шэр

дело дрожали от хрипов, вырывающихся из моего рта, а во рту почувствовал привкус крови от того, как сильно я закусила губу, желая сделать себе больно, чтобы хоть немного уменьшить уровень внутренней душевной боли, которая сейчас казалась невыносимой.

Не могу точно сказать в чём было дело. Вероятно сегодняшний день по уровню переживаний и свалившегося на меня дерьма был одним из самых трудных. Сначала возможное опознание мёртвого тела сестры, неожиданная встреча с Марком около участка и раскрывшаяся тайна того, что я общаюсь с полицией, его гнев и мой страх, новость об отъезде куда-то с ним, возможное предательство Роксаны.

И всё это на фоне того, что каждый день и так происходит какая-то хрень. Я просто уже не выдерживаю. Хотя до этого казалось, что справляюсь вполне неплохо.

Какое-то время я не замечаю ничего. Всё что сейчас для меня существует — это боль, слёзы и… и Марк, рядом с которым я дала себе сейчас столько свободы, сколько не собиралась больше никогда. Но что-то рядом с ним всегда ломается. Мои защиты, контроль, сопротивление. Он стирает всё это так методично и незаметно, что я просто теряю себя, не замечая этого в процессе.

— Девочка моя, — слышу хриплый шёпот, который сопровождается поцелуем в макушку.

Или эта мимолетная нежность была выдумкой моего сознания, отчаянно цеплявшегося за ощущение безопасности, которое сейчас давал мне мужчина?

Марк прижался губами к моей голове и сильнее притянул к себе, делая глубокий вдох. И это то, о чём я уже думала какое-то время назад. Снова его поведение меняется так резко, что невозможно привыкнуть. И всё же сейчас я безгранично благодарна за то, что он не строит из себя хозяина положения и просто находится рядом.

Таким я его ещё не видела. И не чувствовала. Возможно он понял, что я на грани. Возможно в нём куда больше человеческого, чем я заставляю себя думать.

Постепенно слёзы стали заканчиваться, став более редкими. Дыхание начало восстанавливаться, но ощущение бессилия нахлынуло с такой силой, что хотелось просто закрыть глаза и уснуть. Ещё какое-то время мы сидим неподвижно, после чего я осторожно пробую отстраниться от Марка, всё так же прижимающего меня к себе.

Очередное удивление — он спокойно позволил мне отодвинуться, наблюдая за мной с лёгким напряжённым прищуром.

— Истерики не будет, — шмыгнув носом, стараюсь отшутиться и развеять слишком интимную атмосферу, возникшую сейчас в салоне авто, казавшемся теперь безумно тесным.

— А это была не истерика?

— Даже не близко.

Молчание. Напряжённое и одновременно какое-то… не знаю. Ощущение, что он видит и понимает обо мне намного больше, чем мне бы хотелось. Я словно голая перед мужчиной, доверять которому я просто не могу.

Пыталась уже несколько раз и каждый из них был словно опустить руку в раскаленное олово.

Но сейчас я не хочу ничего говорить. Где-то чувствуя себя неловко, где-то слишком уязвимо, я поправляю на себе одежду и волосы, глядя куда угодно, кроме мужчины рядом. Не хочу сейчас смотреть на него. Не хочу видеть выражение его тёмных грешных, пронизывающих глаз.

Кажется, что едва я взгляну на него — он увидит слишком многое.

— Алана, — начал он, и почему-то я затаила дыхание, — Я не знаю что сейчас делать.

Вот это да. Марк, мать его, Король Ада, не знает что делать?

Забыв о только что пришедшем решении на него не смотреть, резко поворачиваю голову и упираюсь взглядом в его напряжённое лицо.

— Не знаю какого хрена с тобой происходит, но нам нужно ехать сегодня. Откладывать слишком опасно. Но, чёрт возьми, то, что ты…

— Боишься, что по дороге я выпрыгну из машины под колёса грузовика? — ух ты.

Теперь я будто встала на место Марка и отшучиваюсь там, где чувствую неуверенность или что-то типа того. Он куда бо́льшая зараза, чем я думала.

— То, что сейчас произошло, — не обращая внимание на мою неудавшуюся шутку, серьёзным голосом продолжил мужчина, — Я не уверен, что ты готова ехать.

— Тогда оставь меня дома.

— Не могу.

Снова молчание. Я знаю, что он меня не оставит. Мы оба это знаем. Но то, что Марк… заботится(?) обо мне — это что-то новое. По крайней мере настолько явно. Или это было и раньше, но я так сильно стараюсь его демонизировать, что порой не замечала этого?

Незаметно для себя я стала облизывать и кусать губы, от чего взгляд мужчины словно приковался к этому жесту. Похоть, вспыхнувшая в его глазах, едва попала в поле моего зрения, как он отвернулся, стараясь потушить в себе этот порыв.

Охренеть. Он правда старается не быть подонком в этот момент. И это стало решающим открытием для меня в этот день.

— Поехали, всё будет нормально. Я в порядке.

С минуту Марк не отвечает, пристально глядя куда-то в сторону, после чего поворачивается лицом к лобовом стеклу, заводит мотор и, всё так же не говоря мне ни слова, срывается с места.

Наверняка он не стал спорить, опасаясь, что я передумаю. А может боялся передумать сам?

К моему облегчению, план мужчины, возникший при моём сопротивлении, был отложен и мы двинулись по трассе в какой-то город, в котором, по словам Марка, была важная зацепка.

Спрашивать о ней мне сейчас не хотелось. Как и говорить. Какое-то время я просто смотрела в окно, наблюдая за сменяющимися однотипными картинками. Погруженная в свои мысли, я раздумывала о том, причастна ли Роксана к тому, что Марк узнал о детективе или всё же эта информация попала к нему каким-то иным способом.

Но почему она тогда просто не сказала мне что ничего не говорила? Чёрт, всё это так странно и… отвратительно.

Спрашивать у Марка мне очень не хотелось, потому что я не была уверена в адекватности его реакции при упоминании имени Криса. А провоцировать в мужчине новую вспышку ревности абсолютно не хотелось. Ладно, когда мы вернёмся — я всё узнаю.

Заеду к Роксане и поговорю с подругой лично. Если по телефону ещё и можно кого-то провести, то с глазу на глаз навряд ли. По крайней мере не в нашем с ней случае. Слишком много лет мы дружим и знаем друг друга лучше самих себя.

— Приём — приём, — слышу голос Марка и резко вылетаю из своих мыслей, — Голодная?

— Что? Нет, — отвечаю не задумываясь, будто бы на автомате отвергая всё, что он говорит.

— Когда ты ела в последний раз?

— Ты что, заделался моим диетологом? — спрашиваю, нахмурив брови.

Он решил контролировать мою жизнь даже