Вновь обрести тебя - Венди Дулиган

Если это и так, я не хочу об этом слышать, на следующий день убеждал себя Сет, поднимаясь на лифте на двадцать пятый этаж Коламбиа-центра в офис своего поверенного. Будь я проклят, если еще раз замечу, что она огорчила Сью или вообще вмешивается в нашу жизнь.

Марго сидела за работой, тщетно пытаясь сосредоточиться. Неожиданно раздался звонок в дверь. Невзрачный лысоватый человек, робко дожидающийся, пока она откроет дверь, был ей не знаком.

— В чем дело? — спросила она.

— Вы миссис Марго Рурк?

Она кивнула.

— Вам судебная повестка. — Он вручил ей плоский белый конверт. — Всего наилучшего.

Кто бы мог судиться с ней? Прикрыв поскорее входную дверь, спасаясь от промозглой сырости и холода январского дня, она вскрыла конверт. К ее удивлению, это, в самом деле было судебное постановление. Сет обратился в суд, чтобы предотвратить ее дальнейшие попытки увидеть Сью или поговорить с ней. Очевидно, его напугало ее наблюдение за девочкой через забор смотровой площадки.

Она присела на угол кушетки в гостиной, положила бумагу на колени и попыталась спокойно подумать. До сих пор ей не приходило в голову использовать официальные пути, чтобы доказать свои материнские права. Отчасти потому, что не хотелось еще больше огорчать Сью. А главное, потому, что она все еще надеялась, что Сет передумает.

Но теперь все это уже не имеет значения. Сет объявил войну. Он не попробовал выяснить, правдива ее история или нет. Он мог бы поговорить с ней по-человечески, попытаться вместе с ней найти выход из создавшегося положения. Несмотря на то, что она по-прежнему его любит, она не могла сдержать взрыв боли, обиды и гнева, раздирающий сердце.

У Нелл был выходной. Чтобы как-то дать выход своим чувствам, Марго подошла к телефону и набрала номер подруги.

— Сет добился судебного постановления о том, что я не должна и близко подходить к Сью, — сообщила она Нелл. — Я всего-навсего стояла возле школы и смотрела через ограду. Я не могу спокойно жить, не зная, моя она дочь или нет. Если я через суд заставлю провести проверку крови на наследственность, если исследование все подтвердит, у меня будет гарантия…

— Прости, но мне кажется, это не слишком удачная идея, — предостерегла Нелл. — Может быть, лучше успокоиться и подождать. Ты ведь хотела дать Сету шанс…

— У него было время подумать, и вот в результате судебное постановление, — возразила она с растущей решимостью. — Если я хочу знать правду, надо идти до конца.

Офис Тома Макмиллана, поверенного, который представлял интересы Марго после несчастного случая с Бет-Энн, тоже находился в Коламбиа-центре. Поначалу он отнесся к истории о подмене детей с недоверием, но письма, сопроводительные документы ученых и результаты анализов, похоже, убедили его. Так же, как и скрупулезный отчет Гарри Спенса.

— Вы действительно можете чего-то добиться, миссис Рурк, — признал он наконец. — Хотя трудно даже представить, себе такую возможность, но, кажется, так все и было. Я довольно коротко знаком с Джеком Нейманом, поверенным Сета Даннера. Если вы не возражаете, я позвоню ему. Возможно, мы сумеем договориться неофициально и таким образом сбережем всем нервы и деньги.

Марго согласилась, хотя ни минуты не сомневалась, что любая попытка договориться с Сетом обречена на провал. И поэтому для нее не явилось сюрпризом, когда, по примеру Сета, его поверенный отказался даже разговаривать на эту тему.

— Ну что же, мы должны начать судебный процесс, если вы хотите добиться истины, — сообщил Том Марго после телефонного разговора. — И это будет дорого стоить во всех отношениях.

Отказ Сета только укрепил решимость Марго.

— Я не хочу ничем огорчать Сюзанну Даннер, — уверенно заявила она, — но, если, как я предполагаю, она моя дочь, я имею право это знать. И тогда мы оба будем строить наши взаимоотношения, опираясь на признанную законом истину.

Двадцать четыре часа спустя клерк зарегистрировал судебное дело. Тут же набежали репортеры. Они начали разыскивать ребенка, о котором шла речь, хотя судья предупредил, что записи заседаний ради спокойствия девочки не подлежат оглашению.

Тем не менее, они все-таки вышли на Марго, но она отказалась с ними разговаривать. Изучая книгу регистрации новорожденных, они обнаружили, что у Сета есть дочь, которая родилась в той же больнице и в тот же день, что погибшая дочь Марго. Репортеры кинулись к Сету с вопросами, но получили отпор. Выгнать с верфи их удалось, только пригрозив обратиться к властям, но вечером, возвратившись домой, Сет обнаружил репортеров, расположившихся лагерем перед домом, на другой стороне улицы. Они умоляли Сета об интервью с ним и с дочерью, обещая не публиковать их подлинные имена или фотографии.

Он с трудом прорвался сквозь назойливую толпу и влетел в дом. Злость на Марго перешла всякие границы. Была бы его воля, он спустил бы с нее семь шкур. Но, немного успокоившись и поразмыслив, он все-таки понял, что отчасти сам виноват в этой сенсации. Если бы он не добился проклятого судебного постановления, Марго, может быть, выжидала бы, не трогая их.

А теперь военные действия начались. Сет решил, что со Сью поговорить совершенно необходимо. Репортеры уже добрались до них. Даже если прошение Марго будет отвергнуто судом, необычная история станет предметом обсуждения в прессе. И раньше, чем это случится, Сью лучше узнать все подробности от него. Если ее имя или фотографии появятся в газетах или на телеэкране, эта история станет известной и в школе, где Сью окажется без его защиты. Это может сильно повредить ей.

— Сью, милая… поди сюда, присядь, — позвал он девочку, дождавшись, когда ушла миссис Джонсон, не желая ничего при ней обсуждать. — Нам надо кое о чем поболтать.

Что-то в его голосе подсказало Сью, что разговор будет серьезным.

— Что случилось, папочка? — Она уселась на колени к Сету, глядя на него серьезно и немного встревожено.

Сет не знал, с чего начать. Как, черт побери, объяснить все происходящее девятилетнему ребенку, не испугав его до смерти? Я никогда не прощу Марго эти наши тревоги, подумал он, крепко прижимая к себе Сью.

— У Марго есть странная мысль, что на самом деле ты ее дочь, а не моя, — заговорил он, заставляя себя не останавливаться. — Она думает, что тебя и ее дочь… ту, что умерла… перепутали в больнице «Бейлис мемориал», где вы родились.

Сью отпрянула.

— Нет! Неправда, — закричала она. — Я всегда была твоей дочкой. Ты — мой папа…

Сету хотелось заплакать. Или заорать. Или хотя бы заскрежетать зубами.

— Конечно, ты моя, — с трудом сдерживаясь, успокаивал он Сью, поглаживая ее волосы. — И всегда так будет. К несчастью, она обратилась в суд. Из этого ничего не выйдет, но люди любопытны и могут приставать с вопросами. Я рассказал тебе об этом только для того, чтобы ты не удивлялась, если тебя будут спрашивать.