“Цесаревич” Часть II. Линейный корабль. 1906-1925 гг. - Рафаил Мельников

За время стоянки ликвидировали задний мостик и кормовую рубку, заменили 152-мм орудия и на пути в Гельсингфорс (22 июля/4 августа) испытали их стрельбой в море. В 11 час. по радиоприказу командующего флотом "Цесаревич" вместе с "Андреем Первозванным", Павлом I", 1-й бригадой линейных кораблей (дредноуты) и 1-й бригадой крейсеров вышел к Центральной позиции. Решением задачи (с учетом всех тактических усовершенствований) "Бой на позиции" корабли занимались весь день. В гавань вернулись к 20 часам, насчитав по лагу 117 миль плавания.

После нескольких переходов Ревель— Гельсингфорс (и одного — 28 июля — в Поркалла-Удд) "Цесаревич" 29 августа перешел в Люм. Корабль возобновил свою передвижную вахту на переднем участке шхерного района. Вновь обошли главные рейды, дважды побывали в Або; готовя в шхерах путь из Юнгфрузунда на рейд Пипшер, выскочили на камни, но спустя 4 часа сумели с помощью тральщика сойти на чистую воду. 30 октября за один день совершили переход из Гельсингфорса в Лапвик.

5 ноября "Цесаревич" пришел на ремонт в Кронштадт. С 16 ноября по 14 декабря в доке демонтировали минные аппараты.

Из прежней артиллерии остались 305-мм пушки, половина (десять) 75-мм, четыре 47-мм (катерных) орудия и два пулемета. Установили две 37-мм аэропушки. Готовились к замене котлов и ремонту машины. Но никаких сверхпушек "Цесаревич" не получил. Рутина предвоенных представлений о роли старых кораблей снова возобладала. 31 декабря 1915 г. корабль пришел с ледоколом на зимовку в Гельсингфорс.

11. Моонзунд

В русской дореволюционной маринистике есть увековеченный в цветной открытке рисунок В. Берга "Линейный корабль "Цесаревич" после метели в Гельсингфорсе". Одиноко застывший среди льдов и чуть ли не до палубы занесенный снегом, корабль кажется почти заброшенным. И только флаги — кормовой, адмиральский, гюйс, дым из трубы да угадываемая у трапа на льду фигура часового напоминают о жизни, теплящейся внутри корабля. Так, наверное, корабль выглядел и в зиму 1915–1916 г.

Но это лишь один миг в его истории. По справедливости должен бы существовать и другой сюжет — когда утром корабль стряхнет с себя нависшие над ним снежные пласты, будут восстановлены дороги, ведущие по льду в порт и к штабному кораблю "Кречет", начнется по ним движение людей и грузов, очистится видимый на рисунке каток. Представляются и другие жанровые сцены из корабельной жизни. Она в его отсеках и палубах в начале 1916 г. была особенно многообразной. "Цесаревич" в те дни словно бы спешил всесторонне подготовиться к ожидавшему его главному экзамену войны. Картин этой жизни (как и жанровых фотографий) по-видимому нет, но их можно представить по обстоятельным записям, заполнившим предусмотренное для них место в новой введенной в 1916 г. форме вахтенного журнала корабля.

Гельсингфорский место- и машиностроительный завод ремонтировал корпус и шлюпки "Цесаревича". Одновременно корабль буквально во всех отсеках обновлял себя. Очищали от старой краски и готовили под окраску заново освобождавшиеся помещения носовых минных аппаратов. Чистили и смазывали орудия, перебирали их прицельные приспособления. Перемещали, видимо, для полной ревизии, 305-мм полузаряды. Перегружали в вагоны старые 305-мм снаряды.

Чистили и промывали трюмы и все башенные отсеки. Очищали и перебирали механизмы и приводы башен — от подпятников и шаровых погонов до механизмов закрывания дверей в башнях. "Околачивали ржавчину у шпилей", разбирали динамомашины и электромагниты водоотливных турбин. Проверяли дающие и принимающие приборы управления артиллерийским огнем, сдавали на ремонт в порт телефонные аппараты, перебирали главные машины, меняли коллекторы котлов, проверяли вспомогательные механизмы, приводили в порядок вооружение грузовых стрел, оборудование шлюпок, часть которых на ремонт отправили в город. Обновили, вылудив заново, медную кухонную посуду.

Все, от чего зависели надежность и точность действия техники и вооружения, приводили в состояние заводской спецификационной исправности и порядка. К середине мая заменили зарядники 305-мм орудий, переделали погреба, а также механизмы во всех восьми башнях и у 75-мм пушек. Перебрали их компрессоры.

Так же энергично периодическими тренировками у зарядных станков, частыми и общими артиллерийскими учениями, занятиями с матросами-специалистами поддерживали и повышали уровень боеготовности корабля, последовательно — от ориентирования в помещениях до умения осмысленно действовать — всем премудростям быта, морского дела, корабельных работ и строевой службы обучали пополнявших команду молодых матросов. Своей наукой — организацией сложнейшего артиллерийского хозяйства, тренировками и обучением комендоров и всей прислуги, искусством управления огнем — занимались артиллерийские офицеры.

“Цесаревич” в Гельсингфорсе. С рисунка В. Берга

Решающая роль артиллерии была теперь, в отличие от времен войны с Японией, общепризнанной. Увеличенным, наконец, был и штат ее специалистов. За артиллерию, готовые в бою заменить один другого, отвечали теперь не только старший, но еще и 2-й и 3-й артиллерийские офицеры. Эти должности, фактически определявшие боевую мощь всего корабля, занимали старший лейтенант А.Р. Гутан, лейтенант барон В.А. Вреде, лейтенант князь И.Г. Гагарин. За технику артиллерии отвечал артиллерийский инженер-механик (появилась теперь и такая должность) мичман А.Г. Гильдебранд (с марта инженер-механик мичман К.В. Власенко).

Необходимость служебного роста офицеров и нехватка специалистов заставляли перемещать их на новые должности. В марте в штаб начальника минной дивизии перешел лейтенант В.А. Белли. На английскую подлодку "Е-8" перевели мичмана А.И. Берга. В школу авиации в Баку по распоряжению ГМШ отправили лейтенанта Ю.В. Герберта. Групповым минным офицером 4-го дивизиона эскадренных миноносцев стал лейтенант Г.В. Штернберг. Временно с командой из 50 нижних чинов корабля в состав отдельного батальона действующего флота Балтийского моря выехал мичман Н.В. Ганенфельд. Трюмным механиком эсминца "Самсон" стал В.М. Реклайтис. Выросший на "Цесаревиче" (как и Д.И. Берг) в штурманского специалиста мичман А.В. Макаров был переведен на 4-й дивизион эскадренных миноносцев.

21 декабря командиром "Легкого" стал прежний старший артиллерийский офицер капитан 2 ранга А.В. Ракинт. Его должность на "Цесаревиче" занял лейтенант Вреде. Флаг-офицером в штабе 2-й бригады линейных кораблей стал мичман М.М. Оленин. Капитан 2 ранга С.С. Спиридонов перешел на "Император Павел I". Его должность занял И.И. Александров. Исполняющим дела старшего офицера с 21 декабря стал А.Р. Гутан.

Росло молодое пополнение. К прибывшим 1 августа 1915 г. из Морского корпуса мичманам С.В. Гаврилову и М.М. Оленину 15 февраля 1916 г. присоединились, заняв должности вахтенных офицеров, выпускники Отдельных гардемаринских классов (в них разрешалось принимать и разночинцев), мичманы Л.Л. Буман, С.И. Абрамович, в августе 1916 г. инженер-механики мичманы (из Училища императора Николая I) В.В. Бураков, А.В. Соколов и из Морского корпуса мичман С.К. Щениовский, Б.А. Подгорный, Б.К. Клести, С.Д. Лаппе.

Великой энергией и самоотверженным трудом офицеров, матросов и рабочих (они были командированы Обуховским, Путиловским, Металлическим и Свеаборгским заводами) боеспособность корабля была доведена почти что до пределов его проектных возможностей. В сравнении с днями порт-артурской обороны боевая эффективность корабля стала выше, наверное, в 2–3 раза.

Но и противник — германские дредноуты — был теперь совсем иным. В состязании с ним, да и то лишь при удаче сближения на дальность своей стрельбы, проявить себя могли только четыре 305-мм орудия. Шесть же других башен с их 12 152-мм оставались бы в бою лишь имитацией боевой мощи, или, проще говоря, бесполезной обузой, от которой давно следовало бы избавиться. Ведь было же в конце концов проведено действенное усиление вооружения крейсеров, когда, например, на "Баяне" и "Адмирале Макарове" к двум имевшимся 203-мм пушками добавили на каждом еще по одной такой же в палубной обстановке.

На додредноутах же довоенный приговор Н.О. Эссена оставался в полной силе. В результате навыки, искусство, творческий потенциал и огромный безостановочный труд содержания и обслуживания артиллерии оказался в большей своей части приложен к технике вчерашнего дня. Надеяться на ее использование приходилось лишь в особо благоприятных обстоятельствах, например, при стрельбе по береговым целям.

Еще 18 марта, готовясь выйти на чистую воду, от ледового плена освободили бочки, а 21 апреля, первый раз выйдя в море, провели поочередной стрельбой испытания всех орудий 152-мм и 305-мм калибра. 27 апреля вышли в Ревель. 1 мая с расстояния 80 каб. от щита, стоя на якоре, провели "сострелку орудий". 3 мая стреляли на ходу из 37-мм стволов. 7 мая перешли в Гельсингфорс, откуда 10 мая вышли на стрельбу из орудий всех калибров, включая и 305-мм. Правым и левым бортами стреляли 30 и 20 минут.