Полуночное искушение (ЛП) - Грант Донна

- Да уж, - подавленно пробормотал он.

Ничто им не давалось легко, и Камдин подозревал, что это будет стоить им всем гораздо больше, чем они ожидали, и добраться до Ларии будет не так просто.

Харон сидел в углу своего паба, перед ним на столе стояла нетронутая пинта эля. Он вернулся в свою деревню и отметил, что вирраны не возвращались. Как и Дейдре.

Он почти вернулся к Маклаудам. Почти. Но, в конце концов, он знал, что его место было здесь, с его людьми. Они были бессильны защитить себя от вирранов или магии Друидов. Харон поклялся защищать их четыреста лет назад. Он не хотел отказаться от них теперь. Вокруг витало что-то магическое, что-то нетерпеливое, оно окутывало его кожу. Его бог, Ранмонд, отозвался с таким ревом, что чуть не вырвался из горла Харона. Он поднял голову и встал из-за стола, чтобы выйти наружу. Не зная, как и почему, Харон оказался лицом к северу. И он знал без сомнения, он должен был пойти туда. Немедленно.

Фелан покинул кинотеатр, посмотрев третий за этот день фильм. Он остановился и взглянул на небо и полную луну. Он был в Абердине в течение почти двух недель, и понял, что город ему понравился. Он повернулся и направился обратно в сторону маленького, заброшенного дома, когда волна магии остановила его. Желание пойти на Северо-Запад было подавляющим. Сокрушающим. Непреодолимым.

Фелан был сам по себе так долго, и чувствовал так мало магии за последние четыре столетия, что ощущение такой сильной магии заставляло его кожу зудеть. Это не причиняло боль. Это чувствовалось так, словно он снова подросток и у него заживает рана. Чем больше Фелан пытался игнорировать магию, тем больше она поглощала его. Пока его ноги не направились туда, куда она звала.

Малкольм стоял рядом с Дейдре, осматривая полуостров, на котором расположились два каменных круга. Весь полуостров гудел от магии. Магии Маи. Она пробегала по его коже, оставляя за собой след мурашек, которые он не пытался скрыть. Призыв магии был настойчивым. Непреодолимым. Он хотел идти с мужчинами, которых называл друзьями. Он мечтал стоять рядом с Лареной, когда пробудится Лария. Он страстно желал увидеть, как умирает Дейдре. Но он не мог сделать ничего из этого. Малкольм пообещал себя Дейдре взамен на безопасность Ларены. Он не подверг бы ее опасности, чтобы спасти свою душу. Кроме того, его душа была потеряна уже давно.

- Найди куда они вошли, - приказала ему Дейдре.

Он повернулся и поднял бровь на нее, темно-бордовая кожа его бога, выглядела темнее в лунном свете.

- Вирраны не смогли обнаружить его, хотя и были рядом с Маклаудами и ты хочешь чтобы я нашел его?

- Я не повторяю свои приказы дважды, Малкольм. Делай что тебе говорят.

Малкольм сжал зубы и зашагал вдоль длинного тонкого полуострова. Он едва мог дышать, потому что сила красивой, чистой, великолепной магии наполняла воздух. Это была та же магия, что наполняла замок Маклауд, но тогда он был смертным и не мог почувствовать магию. Тяжелое, густое ощущение Драу магии заставляло его желать разорвать свою кожу до костей своими собственными когтями. Но ощущение магии Маи... Это не продлится долго, только до тех пор, пока он не вернется к Дейдре. Но он будет смаковать этот маленький кусочек рая, это крошечное облегчение от ада, что был его жизнью.

Вирраны увидели, как он подошел, и собрались вокруг него. Малкольм не удостоил их взглядом, пока шел мимо них к кругу Бродгара. Полуостров был усеян остатками камней, которые либо упали сами по себе, либо были сбиты на протяжении веков. Какой позор. Малкольму хотелось бы увидеть это место, когда камни еще стояли, высокие и блестящие на фоне неба. Тем временем, он добрался до большого камня, где исчезли Маклауды и его кузина Ларена, Малкольм смог нащупать пульс магии. Он опустился на колени у основания камня и провел рукой по траве. Нигде не увидев доказательств того, что земля была потревожена. Затем вспомнил, что силой Камдина, была способность двигать землю. Но Малкольм подозревал, что это было сделано с помощью магии Друидов, а не силой Воителя. Малькольм поднял голову и посмотрел на внушительный камень перед ним. Луна сдвинулась, но свет все еще падал на камень. И вот, тогда он увидел часть того, что выглядело как спираль.

- Кельтский символ, - пробормотал он, встал и провел пальцами по спирали.

Он не был врезан в камень, как казалось при свете луны. Малкольм улыбнулся.

- Магия Друидов, конечно же.

Он взглянул вниз, на свои ноги снова. Каким-то образом, лунный свет, падающий на камень, позволил земле разверзнуться и позволить им войти. Но все не могло быть так просто, иначе кто-нибудь уже наткнулся бы на это. Затем он вспомнил, как Риган рассказывала им, что была ключом к поиску Ларии. Так это Риган открыла вход.

- Удачи вам, друзья мои, - прошептал он тем, кто был под землей. Он не мог назвать Маклаудов или других Воителей по именам. Вирраны услышат его и доложат Дейдре.

Поэтому он продолжал надеяться на себя и повернулся на каблуках, побежав обратно к Дейдре. Как обычно, он убрал все эмоции со своего лица. Это было не так уж трудно сделать. У него не было никаких чувств внутри. Дейдре убила все, когда освободила его бога.

Глава 17

Шафран очень хотела помочь остальным, и указать в какую сторону идти, но как ни старалась, видение не приходило к ней. Это было так неприятно, особенно, когда она знала, как отчаянно они могли бы использовать эту информацию.

- Пойдем направо, - предложила Риган.

Хейден и Айла стояли ближе и стали спускать по правой стороне. Благодаря свету от огненного шара Хейдена можно было увидеть, как выглядит отверстие из прямоугольных камней, из них состояли стены, потолок и пол.

Шафран встала на цыпочки и посмотрела через плечо, чтобы увидеть, что происходит. Фэллон и Ларена должны были следовать за ними. Хейден шел перед Айлой, они шли медленным, размеренным шагом, когда его нога нащупала камень, который треснул под его весом. Звук прозвучал как выстрел в тишине.

- Твою мать, - крикнул он и, схватив Айлу в объятия, помчался обратно к перекрестку.

- Хейден, - воскликнула Айла, перегнувшись через его плечо, и вытащила маленькую стрелу.

Шафран открыла рот от удивления, когда Хейден повернулся, и она увидела дюжину стрел, торчащих из его спины. Айла начала вытаскивать их и к счастью Хейден мгновенно исцелился.

- Нет крови Драу, - сказал Фэллон, осмотрев одну из стрел. - Наконечник сделан из камня, а не из металла.

- Это означает, что это место напичкали ими, когда построили, - сказала Гвинн.

Арран фыркнул, и его губы сжались.

- Только этого нам и не хватало.

- Пойдем тогда налево? - спросил Камдин.

Шафран намеревалась остановиться возле Камдина, потому что он обещал держать ее в безопасности, но если он собирался прокладывать путь вниз по темному сырому, узкому тоннелю, тогда она бы предпочла остаться. Она никогда не страдала клаустрофобией раньше, но три года в подземелье Деклана все изменили. Теперь она просто не могла находиться в закрытых помещениях. Ее нервы были уже на пределе, она вздрагивала от малейшего звука, который слышала в лабиринте. А они даже не начинали. Никто не имел понятия, насколько большим был этот лабиринт или сколько времени потребуется чтобы добраться до Ларии.

- Пойдем налево, - сказал Фэллон. Он протянул руку, и Ларена приняла ее с легкой улыбкой.

Было разумным, что Воители пойдут по коридору первыми, так как они были бессмертными. Но, в конечном счете, Друидам придется пройти тот же путь. Шафран смотрела множество фильмов в своей жизни. Она знала, что могло случиться из-за одной маленькой оплошности. Последнее, что она хотела, это чтобы кто-нибудь пострадал. Но то, что они делали, было крайне опасно. Не только здесь, под землей, но и наверху, так как Дейдре уже ждала их. Было бы чудом, если бы все вернулись в замок здоровыми и невредимыми. Она посмотрела на Камдина. Она не могла представить его раненным. Он всегда был таким крепким и сильным.