Рыцарь Резервации. Том II - Александр Артемов

и морду Страннику раздавил тяжеленный булыжник. Башка взорвалась, но не кровавыми ошметками — во все стороны хлынули миллионы жучков.

Затем раздался чудовищный визг, тело Странника заколебалось. Его ботинок едва не сорвался с края крыши. Он затанцевал на месте.

Лиза же охнув, покачнулась, а затем шлепнулась на задницу. При виде лавины жучков, брызнувших в разные стороны, она со стоном поползла прочь.

Тело Странника качалось на краю — смертельный номер! Шпилька прыгнула ему на плечо, а затем вцепилась когтями в воротник. Через мгновение ее длинный хвост мелькнул в месте среза, где располагалась голова.

Вжик! — и вот кошка скрылась внутри дрожащего тела.

То, что осталось от Странника на мгновение зависло, а затем развернулось. Раскинуло руки в стороны и, завалившись на спину, тело рухнуло с крыши.

Полы плаща всколыхнулись на ветру. Одну длинную секунду оно висело в воздухе, а потом, грохнувшись о мостовую, распалось на жучков. Затем озверевшие «насекомые» принялись хаотично носиться по округе. Среди них с крайне хищным видом разгуливала Шпилька и глотала одну «порцию» за другой.

Хрясь! — и Аки съехала вниз еще немного. Упершись в край крыши коленом, я попытался поймать ее здоровой рукой, но нет — вторая была слишком длинной.

— Аки, держись! — и мою щеку обожгло горячее дыхание. Лиза, опасно свесившись вниз, схватила ее за руку.

Еще бы чуть-чуть, и все! Вдруг снизу показались тени. Я еле слышно выругался — к нашему тупичку приближались вооруженные люди. Сука, Горбатовы тоже здесь! Если они посмотрят наверх…

Шпилька оглянулась и зашипела на троицу мудаков, которые прочесывали местность. В нее полетела банка, и, взвизгнув, кошка скрылась за мусорным баком.

Воспользовавшись заминкой, мы с Лизой напряглись и вытянули японку на крышу. Когда Аки вцепилась мне в плечо, я выдохнул и скосил глаза на то место, где бесновались жучки головы Странника.

Там было пусто. Ну и хрен с ним!

— Проверьте тут все! Они не могли далеко уйти! — раздался хриплый голос снизу, а затем загрохотали переворачиваемые баки.

— Марлин-сан, мотоцикл…

— В надежном месте, — сказал я, поднимаясь. — Сейчас эти дебилы свалят, и мы…

Вдруг глаза Аки и Лизы расширились. Смотрели они на мою руку.

Блин, а вот она была в крайне хреновом состоянии! Я не то, что ее не чувствовал, мне не удавалось пошевелить даже пальцем. Нужно срочно что-то придумать…

Пока внизу бушевали люди Горбатова, мы ушли подальше, и я снял бинты. Да уж… Рука напоминала выжатую досуха тряпку.

— Уже не восстановить, — покачала головой появившаяся Метта.

Рядом примостилась и Шпилька. Вид у кошки был такой, словно она нажралась сметаны. А еще она вымахала больше раза в два…

Вот что значит — правильно питаться!

— Надо рубить, — кивнула моя спутница. — Вжик, и нет проблем! Чуть-чуть выше локтя, думаю, будет норм.

— Чего?.. — нахмурился я. — Может, добраться до больницы?

— Без толку. Да и нельзя вам — еще вопросы будут задавать. Давай, дружок! Аки справится! А потом мы подлатаем!

— Мяу! — кивнула Шпилька.

Я прижал здоровую руку к животу. Мне давно казалось, что внутри словно есть что-то инородное, но я валил все на последствия «вояжа» по закоулкам подсознания Странника. Вернее, его жучков, в каждом из которых, похоже, живет частичка его личности.

А теперь они живут во мне. Да и Шпильке достался нехилый кусок его тушки.

— Аки… — скосил я глаза на японку, и ее лицо вытянулось еще немного.

Кажется, она все поняла без слов. Однако меч сжала покрепче.

— Возьми лучше мой, — кивнул я и протянул ей рукоять.

— Что вы собираетесь делать⁈ — охнула Лиза при виде того, как Аки с весьма грозным видом поднимается на ноги.

Вжум! — и в ее пальцах засверкал энергетический клинок.

Через минуту я затянул на бицепсе жгут, и примостил свою израненную руку на куске трубы. Надо чтобы срез был максимально ровным, иначе новая рука будет немного кривенькая…

— Готова?

— Угу, — сощурилась Аки, перехватив рукоять своего меча. — Марлин-сан, вам бы закусить чего…

— Не волнуйся, боли я не почувствую. Давай!

Тихонько пискнув, Лиза прижала ладони к глазам. Аки же сжала зубы и, размахнувшись, рубанула со всей силы.

В нос ворвался запах горелого мяса. Поднялся дым, и едва он рассеялся, как мы увидели мою руку, лежащую на крыше. Блин, отчего-то я почувствовал себя осиротевшим…

— Хороший удар! — кивнула Метта, поджав губы. — Ей точно нужно работать мясником. Бабки рубить!

И она щелкнула пальцами.

— А теперь расслабьтесь, дамы и господа, — сказала она, и зеленый глаз Шпильки зажегся. — Ловкость рук и немного жучков!

Вдруг я почуял на месте среза легкое покалывание. Через минуту оно усилилось, и вот вся культя ощутимо так побаливала. По спине побежали колючие мурашки, рука уже буквально горела!

Еще немного, и обрубок начал исходить паром.

— Мама… — охнула Лиза и прижала ладони к лицу.

— Марлин-сан… — охнула Аки, наблюдая, что происходит с моей рукой, а я только улыбнулся, прижался к трубе и закрыл глаза.

Когда-нибудь все же пришлось бы раскрыть свой маленький секретик. Почему не сейчас? Пусть это будет Аки и перепуганная до смерти Лиза. И та, и другая обязаны мне жизнью, поэтому болтать не будут.

Еще через минуту я приоткрыл веки — новая рука была чернее черного и отросла на треть. Сейчас она напоминала дрожащий росточек, который медленно и робко вылезал из раны. Аки сидела вся зеленая, но не отрывала глаз от процесса. Лиза же просто отвернулась, кажется, ее замутило. Мерзкое зрелище, как ни крути.

Внизу еще кто-то кричал, но скоро все затихло. Через пять минут я снова открыл глаза — рука была очень тонкой и слегка дрожала, но я смог таки сжать кулак. Хрустнуло, но рука вышла прочной. Поверхность напоминала постоянно движущуюся черную чешую, и «панцири» жучков Странника слегка мерцали в полумраке.

Я повертел новой конечностью так и сяк, сжал-разжал кулак, и вздохнул. Похоже, первое время придется носить перчатку.

— Пойдет, — кивнул я и поднялся на ноги. — Закончим в более мирной обстановке.

Подойдя к краю, я аккуратно посмотрел вниз. В переулке ни души, однако дом Горбатовых прямо-таки бурлил. Все окна были освещены, а внутри кипел настоящий муравейник.

— Где она⁈ — вдруг на крыльце показалась растрепанная женщина в халате. — Где эта сука? Убью!