Железная скорлупа - Алексей Игнатушин

— Сэр Инконню? — раздался дрожащий голос.

Казалось, фрейлина готова броситься к нему на шею, но удержалась.

— Где вы были? — спросила она гневно. — Я кричала, а вы… вы…

Рыцарю захотелось обнять ее, пригладить мягкие волосы.

— Простите, леди Хелия, — сказал он. — Сейчас соберу хворост и разожгу костер.

— Не надо… хворост. Пока вас не было, я… Надо было как-то отвлечься.

Рыцарь почувствовал, как слабость улетучивается: надо же, белоручка собрала ветки!

— Благодарю, леди Хелия, хотя, право, не стоило.

Огонь он разжигал долго, давясь едким дымом, похожим на дыхание виверна. Когда наконец взвился оранжевый язычок пламени, девушка пискнула от восторга, а рыцарь обессиленно улегся на подстилку в броне, укутался двумя одеялами.

— Знобит, — пояснил смущенно.

Фрейлина кивнула, и рыцарь залюбовался танцем пламени в ее глазах. Хелия достала лютню, легким касанием пальцев вызвала чарующие звуки.

— Сэр Инконню, — сказала смущенно, — сегодня я спою для вас балладу, которую кхм… выучила не так давно. Когда Сноудон был цветущим садом, — добавила грустно.

Инконню промолчал.

— Сейчас, только подстроюсь, — попросила фрейлина с неловкой улыбкой.

Кони фыркали неподалеку. Костер плевался красными искрами, ночь, жадно их подхватывая, слизывала блеск. Фрейлина закончила подстройку и с улыбкой посмотрела на рыцаря.

Улыбка медленно сползла с ее лица — рыцарь мирно посапывал.

— Мужлан! — буркнула Хелия обиженно.

Глава вторая

Пробуждение далось тяжело. Раз за разом рыцарь соскальзывал в мягкое беспамятство странно белого цвета. С усилием выпутался из-под одеял, потирая глаза — ладони опалил жар. Не веря, приложил ладонь ко лбу, ощупал лицо, и холодной гадиной шевельнулся страх. Голову охватил болезненный жар.

Поляну скрывал плотный туман, смутно виднелись кони, темная глыба у ручья. Доносилось чавканье и писк зверья, пожирающего даровое угощение. От вида фрейлины, такой очаровательной в сонной беззащитности, с утомленным лицом, сердце рыцаря согрелось, невольно улыбнулся.

Он собрал вещи, седлами сгорбил конские спины, навьючил поклажу. Усилия отозвались страшной слабостью, рыцарь закрыл глаза, постоял, внимая шуму крови.

— Сэр Инконню, в кой веки встали раньше, — раздался сзади голос фрейлины.

Рыцарь улыбнулся:

— Исправляюсь, леди Хелия.

После скудного завтрака двинулись в путь. Инконню с сожалением оглянулся на копье, торчащее из туши виверна. Пачкаться не хотелось, а ждать, пока лесное зверье обглодает кости, времени нет.

«Ничего, главное — меч под рукой, — успокоил себя рыцарь. — И щит».

Хотя лучше бы щита не было, за ночь его будто подменили. Рыцаря пригибало к холке, словно водрузил на спину чугунную плиту.

«Да что со мной?» — удивился рыцарь.

Фрейлина, заметив недомогание спутника, омрачилась.

— Скажите, сэр Инконню, — спросила, — вам доводилось слышать о землях Сноудона?

— Нет, леди, — соврал рыцарь.

— О! — воскликнула дама. — Это прекрасная земля с такими пышными холмами, что кажется, будто зеленые облака упали с небес, хрустальной чистоты реками, изумрудными лесами, с шатром неба из драгоценного синего шелка…

Перед глазами рыцаря возникла картина тронного зала: Верховный король со свитой лучших рыцарей внимает растрепанной девушке с горящими гиацинтовыми глазами.

«Но прекрасная земля отравлена нечестивым колдовством, королева заточена, подвергается страшным мукам, смерть и горе вторглись в наш дом! Мой король, достанет ли храбрости у ваших рыцарей возглавить остатки воинства Сноудона и очистить королевство от зла?»

«Пусть мой меч послужит леди!» — вскричал молодой рыцарь с золотыми волосами, едва фрейлина окончила рассказ.

Фрейлина смерила юношу презрительным взглядом, а старшие рыцари усмехнулись: жажда подвига похвальна, но в таком деле нужен рыцарь опытный.

Король хмуро готовился отказать, но ему на плечо упала рука Гевейна. Рыцарь с улыбкой поддержал Инконню, и Артур доверился брату…

— Сэр Инконню, сэр Инконню!!

Рыцарь вздрогнул, выхватил меч из ножен, и фрейлина с криком испуга едва увернулась от стальной полосы.

— Что вы себе позволяете?!

Инконню оглядел мрачные стволы, затопленные туманом, от резкого движения в голове загудело.

— Я хотела справиться о вашем самочувствии, сэр Инконню, — сказала девушка с обидой.

Рыцарь, понурив голову, царапал мечом устье ножен, но всунуть клинок никак не мог.

— Простите, леди Хелия, — сказал едва слышно. — Вероятно, я нездоров. Простите.

— Хм, давайте сегодня устроим привал пораньше, — сказала девушка.

«Еще бы, — усмехнулся про себя Инконню, — случись что со мной — пропадет, места-то глухие».

Девушка будто прочитала его мысли, дернулась, как от удара. Инконню поспешил заверить:

— Со мной все в порядке, леди. Не беспокойтесь, слабость скоро пройдет.

Тропа петляла между деревьев, путники двигались тихо, словно боялись потревожить сон древесных великанов. Туман истаял. Мешки туч прохудились, посыпалась морось с маковое зерно.

Фрейлина без умолку щебетала, но рыцарь отвечал невпопад, односложно. Ближе к вечеру щит придавил рыцаря к холке, сил подняться не хватило. Голову терзали приливные волны жара. Пот лился ручьем, конская грива мигом промокла. Жеребец остановился, тревожно фыркнул.

— Сэр Инконню! — вскричала леди. — Почему скрыли рану? Ведь вы ранены, да, ранены!

Слабость на миг отступила, рыцарь приосанился, но тут же, как срубленный ствол, цепляющийся ветвями за другие деревья, свалился с коня. Фрейлина спешилась, склонилась над ним, коснулась его плеча.

— Нет! — крикнул он хрипло. — Нет!!!

— Сэр Инконню, успокойтесь, я помогу вам, — сказала она ласково.

Рыцарь, напрягая последние силы, попытался отползти в сторону, брыкал ногами, подошвами пропарывая лиственный ковер.

— Нет, леди Хелия, — объяснил он, — не прикасайтесь. Проклятый виверн заразил меня чумой!

Рыцарь укрылся одеялами, голова едва не плавила войлочную подушку. На краю зрения хрупкая фигурка в дорожном плаще склонилась над кучей хвороста: рыцарь перед поражением слабостью успел скинуть щит и меч, набрать веток, но разжечь не смог. Фрейлина разводить огонь не умела. Объяснил кое-как, что делать, но попытки девушки были бесплодны.

Раздался сдавленный плач, Инконню встрепенулся, сердце сжалось болезненно.

— Леди Хелия, — позвал одними губами. Прокашлялся: — Леди Хелия.