Советник 2 - Алексей Валерьевич Шмаков

соглашусь объявить о помолвке с Валентиной. Сейчас ей одиннадцать, поэтому свадьба в лучшем случае состоится только через пять лет. А до этого времени я должен дать слово, что кроме великой княжны, больше не возьму других жён. Валентина Бордская должна стать моей второй женой, чтобы над ней была только Елена Рюрикович.

Причём кандидатура Виктора князя Бордского не устраивала. Мужем Валентины должен стать именно я.

В случае моего согласия договор о сотрудничестве будет переквалифицировано в договор о стратегическом партнёрстве. Это уже совсем иной уровень взаимодействия. Вплоть до того, что нападение на Чернышёвых-Апраксиных будет приравниваться к нападению на самих Бордских. В отношении нас это правило не действовало. Мы могли выбирать приходить на помощь родственникам моей второй жены, или оставаться в стороне.

Александр Алексеевич устно описал мне основные преимущества улучшенного договора. Сказал, что при необходимости юристы Бордских смогут все необходимые изменения в договор ещё до нашего возвращения в столицу.

Но и для нас этот договор не был лишь привилегией. Все предприятия Чернышёвых-Апраксиных должны работать с Бордскими на приоритетных условиях. Делать внушительные скидки и всё в этом роде.

Здесь я сразу не мог ответить. Потому что даже не рассматривал такой поворот событий. Конечно, пару раз проскальзывала мысль о том, что мне могут предложить взять в жены одну из сестёр Васи, но я быстро забывал об этом, считая маловероятным. Как оказалось, зря. И теперь попал в довольно щекотливую ситуацию.

Если откажусь, то мне уже точно не видать поддержки Бордских. Александр Алексеевич не простит мне подобного. Мстить никоим образом не будет. И даже договор о сотрудничестве будет исполняться в соответствии со всеми пунктами. Но вот первым советником мне тогда не стать.

Если соглашусь, то понятия не имею, как отреагирует на это Лена. Император прекрасно знает о том, что у меня может быть несколько жён. Мы обсуждали с ним этот вопрос, когда разговаривали о нашей с Еленой свадьбе. Для Михаила Юрьевича главным было то, чтобы его дочь стала моей первой женой. Соответственно, старшей и все последующие мои жёны должны прислушиваться к ней.

Это меня вполне устроило. А теперь устраивает и князя Бордского. Естественно, мнение самой Валентины никто не спрашивал и не собирался этого делать. Она лишь инструмент для установления связей с родом Чернышёвых-Апраксиных и наших производственных мощностей. А ещё князь надеялся, что наш ребёнок, который обязательно должен быть, сможет влить новую кровь в род Бордских. Вот только с чего он решил, что я разрешу своим детям перейти в другую семью, непонятно.

Но это всё ещё предстояло обсудить. Пока князь поставил предварительные условия без конкретики. Да и сам договор мы будем заключать не здесь. До отлёта в столицу от меня требовалось устное соглашение. Этого вполне хватит, чтобы Клан Пространства поддержал мою кандидатуру и помог с Кланом Молнии.

Предложение было крайне заманчивым. Только предстояло очень хорошо подумать и определиться со всеми плюсами и минусами и сделать это как можно быстрее. Времени у меня до завтрашнего вечера.

На этом наша встреча и закончилась. Я взял договор о сотрудничестве и отправился в гостевой дом. Для начала необходимо поговорить с Виктором.

Стоило мне оказаться на улице, как зазвонил телефон.

— Я не против. К тому же это действительно поможет нашему роду стать гораздо сильнее. — выдала Лена, и у меня пропал дар речи. — Чего ты молчишь? Не знаешь, как сказать, что я самая лучшая на свете? Тогда попроси у брата, он тебе поможет сформулировать свои мысли. У него с этим проблем точно нет. Вчера такое сообщение накатал Василисе, что я вся обзавидовалась. Ты мне таких слов никогда не говорил.

Вот так всегда, вроде начинался разговор с хорошего, а скатился к тому, что я виноват. Только Лена прекрасно знает, что со мной подобное не прокатывает. Обычно не прокатывает, а вот после её первых слов я готов и помолчать.

— Вернусь и скажу. — буркнул я. — А по поводу того, что ты не против, я сам ещё не решил, согласен на условия Александра Алексеевича, или нет. Слишком многое нужно обдумать.

— Нечего там думать. Это я тебе говорю, и если надо, то Василиса скажет. Она ещё просила передать, чтобы ты обратился к своему старому приятелю, раз ей не доверяешь. И Виктору обещала на тебя пожаловаться.

Я закатил глаза, удивляясь подробному ребячеству, но говорить ничего не стал. Посмотрим, что сделает Виктора после жалобы своей будущей невесты. Даже интересно стало.

— Рад, что вы с Василисой так единодушны в вопросах, которые в первую очередь касаются меня. Поэтому и решение я приму самостоятельно. — нельзя позволять невесте решать что-то за меня. Это может привести к большим проблемам в будущем. Сразу очертить границы дозволенного, и если кого-то, что-то не устраивает, то «се ля ви». — Твоё мнение я услышал, и оно важно для меня. А Василисе передай, что мой старый друг при необходимости сам звонит. И каждый его звонок становится крайне выгодным для Чернышёвых-Апраксиных. Пускай она прекращает это глупое соперничество. Самум и Годуновы не враги. И даже не конкуренты.

— И почему с тобой порой так трудно разговаривать? Отец знал, за кого меня отдавать замуж. А то всё детство твердил, что хлебнёт мой жених горя. Если таковой вообще найдётся из-за моего характера.

— Что есть, то есть. — многозначительно произнёс я, после чего рассмеялся.

Просто Лена начала пыхтеть в трубку, пытаясь выразить всё негодование, на которое она была способна. Ругаться великой княжне не положено, особенно по телефону, который могут прослушать, поэтому приходилось вот так страдать. Уверен, что при личной встрече она не станет сдерживаться. А пока могу ещё немного поддеть её.

— Я ещё в академии понял, что могу тебя приструнить. Поэтому и не раздумывал, когда Михаил Юрьевич предложил мне сделать тебя своей первой женой. Уверен, что император очень тщательно подбирал кандидатуру зятя, который не попытается вернуть тебя сразу после свадьбы. И я точно не стану делать подобной глупости.

— Это почему ещё? — справившись с негодованием, спросила Лена.

Хочет выбить из меня признание. Хитрая, какая. Ничего у неё не получится. По крайней мере, не таким образом и не сейчас. Всему своё время.

— Когда вернусь, тогда обо всём поговорим. Возможно, и узнаешь почему. А пока пойду поговорю с Виктором. Нужно узнать его мнение. Всё же сейчас весь род Чернышёвых-Апраксиных — это мы.

Здесь уже Лене возразить