Ксаврас Выжрын - Яцек Дукай

- Сколько?

- Пятнадцать секунд.

- Конрад?

- Уже объявляют, - доложил Вышел Иной Конь Цвета Огня, надевший подключенные к маленькому телевизору наушники.

- Поехали.

Смит начал передачу. На шлеме загорелись красные буквы ON.

Он показал растопыренной пятерней: пять секунд.

Секунды прошли, и Вышел Иной Конь Цвета Огня махнул рукой.

В качестве приветствия Выжрын одарил зрителей долгим, спокойным взглядом; затем он опустил глаза, опустил ладонь в черной перчатке, схватил генерала за волосы и резко дернул. Серьезный обнажил кривые зубы.

- Фамилия и звание! - сказал Ксаврас по-английски, после чего повторил по-русски: - Звание и фамилия!

- Генерал Красной Армии Александр Иванович Серьезный! - заорал пленник. - Был похищен польскими бандитами, совершившими чудовищное и ничем не спровоцированное нападение на находящуюся на территории Российской Федерации одну из... ааааррргггххх!!!

Смит стоял, он не дернул головой, не отвел взгляда, не дрогнул. Яркая кровь текла из раны, оставшейся от оторванного одним рывком руки Выжрына генеральского уха. Ксаврас меланхолично глянул на него, после чего отбросил на пол. Он обошел генерала справа, присел и из этой неудобной позиции только бы не заслонить вида миллионам телезрителям - ударил крепко стиснутым кулаком прямиком в открывшийся в хриплом вопле рот Серьезного. Что-то хрустнуло. Серьезный выгнулся так, что затрещали веревки. Выжрын отступил на шаг. Генерал давился собственной кровью и зубами. Слезы текли из под стиснутых век. Его всего трясло. Выжрын выжидал. Генерала начало рвать: вместе с переваренной пищей и желудочными кислотами шла кровь. Теперь Серьезный стал мертвенно бледным. В деснах под разбитыми губами не хватало пяти-шести зубов. Выжрын ждал.

- Ттты... зуккка...! - мямлил Серьезный. - Тты... зуккин ззын еббанный...!

Выжрын оторвал ему второе ухо. Генерал заорал так, что по дальним подвальным помещениям пошло гулять эхо. Он не смог сдержать позывы мочевого пузыря. Ксаврас, не глядя, отбросил ухо в сторону. Он поднялся и вновь зашел генерала с другой стороны. Серьезный, выворачивая шею словно сова, пытался не спускать с него глаз. Сейчас он уже только плакал, громко шморгая носом и дыша широко открытым ртом в котором булькала алая кровь. Выжрын снова присел. Серьезный вытаращил глаза в смертельном испуге. Полковник ударил его снизу, совершенно ломая носовые кости, но стараясь, чтобы те не вошли в мозг. Генерал потерял сознание. Ксаврас начал приводить его в себя, легонько хлопая по щекам. Из грязной раны посреди генеральского лица катились потоки разноцветных жидкостей, слетая каплями с полуоткрытых губ. Выжрын склонил голову генерала на грудь, чтобы тот случайно не задохнулся. После этого дал знак Смертушке. Старик подошел с маленькой бутылочкой в руке и подставил ее в то место, где у генерала когда-то торчал нос. Серьезный дернулся, а Смертушка опять исчез в тени. Выжрын еще несколько раз ударил его по щекам. Взгляд русского наконец-то обрел какую-то осмысленность. Он даже хотел что-то сказать, но это ему не удалось; дыша, он хрипел так ужасно, как будто бы с каждым выдохом пытался вывернуть наружу легкие. Ксаврас опять зашел его слева. Серьезный глянул, и у него отпустили сфинктеры.

- Смииииилуйсяаааа! - завыл он и тут же подавился.

Выжрын покачал головой, после чего выколупал у него левый глаз. Серьезный сомлел во второй раз. Выжрын показал Смиту глазное яблоко, лежащее на черно-красной перчатке, и тут же выбросил его вслед за генеральскими ушами. Подошел непрошеный Смертушка, в его руке был заранее приготовленный шприц. Он отвернул рукав генеральского мундира и вонзил иглу в предплечье, медленно нажимая на поршень. Ксаврас все это время стоял неподвижно, заложив руки за спину, и глядел куда-то в темноту; Смит захватил его лицо в мерцающем свете керосиновых ламп, словно дрожащее в столбе раскаленного воздуха лицо пустынного джинна, который все никак не решается - какую форму выбрать для перевоплощения. Когда Серьезный пришел в себя, он уже не контролировал функциями собственного тела: весь трясся и бился на своем стуле, беспомощно болтая изуродованной головой; единственная еще не окровавленная точка - белок оставшегося глаза - поблескивала на этой страшной маске словно мерцание далекой звезды: смотрите, здесь еще имеется жизнь. Ксаврас зашел его справа. Серьезный уже ничего не говорил; дышал он с трудом, темные жидкости стекали ему на мундир, а оттуда уже на ноги, на плиту, на пол. Выжрын одной рукой схватил болтающуюся голову, а пальцами второй вырвал правый глаз. Серьезный дернулся, сплюнул кровью, но не проронил ни звука. Ксаврас отбросил глаз себе за спину, через плечо, словно возлагал жертву злым духам этого места. Потом он ненадолго задумался и зашел Серьезного слева. В этот момент И Вышел Иной Конь Цвета Огня поднял руку.

- Рекламная пауза, - объявил он.

- Перерыв? - переспросил Выжрын.

И Вышел Иной Конь Цвета Огня отрицательно покачал головой.

- Конец.

Ксаврас стянул перчатки. Бросив их генералу на колени, он сунул руку под свитер, вытащил пистолет и выстрелил Серьезному в висок. Мозги мягко плеснули на мокрый пол. Генерал повис на веревках. Ксаврас передернул затвор, поставил на предохранитель и спрятал пистолет.

- Можешь завязывать, - бросил он Смиту.

OFF.

Смит сорвал шлем с головы и отпрянул назад, лишь бы подальше от ужаса на металлическом стуле. После чего тяжело плюхнулся на ступеньку рядом со Смертушкой.

- Что же ты натворил...? - шепнул он в сторону Ксавраса. Тот шепот более всего соответствовал окружению.

Море Исторгло Умерших, который уже успел выключить и отставить фонари, взялся отвязывать труп. Выжрын обошел его и приблизился к американцу. Айен невольно вытянулся и отвел голову, когда на нее упала одна из теней Ксавраса. Полковник заметил это и остановился в двух шагах от оператора.

- Вообще-то следовало начать с подключения тока к яйцам и с кастрации, но тогда передачу вырубили еще до того, как я бы успел стянуть с него подштанники, ведь это было бы насилие над несовершеннолетними зрителями, и у станции отобрали бы лицензию. - Он поскреб себя в подбородок. - Да ладно, не беспокойся, они будут пускать это нон-стопом, смотрибельность гарантированно поднимется процентов до восьмидесяти, если не больше.

- Что ж ты натворил...?

- А ты вроде как побледнел. Эй, Смертушка, открой-ка свой саквояж, дай глотнуть ему чего-нибудь покрепче, а то еще бедняжечка сомлеет, и тогда придется тащить мужика по лестнице за ручки-ножки.

- Не прикасайся ко мне!

- Я же и не касаюсь.

Смит в отчаянии мотал головой. Ну зачем тебе это было? Ну зачем? Чего ты хотел добиться?