Инферно - Бьянка Скардони

— Я… не могу.

— Почему? — он наклонил голову вбок, изучая меня внимательным взглядом.

— Потому что у меня ещё есть дела, — мне надо нарыть всё, что известно о Тёмном Легионе и Ритуале, который они провели в ночь освобождения Люцифера, но я не смогу это сделать, будучи под кайфом от крови Доминика. — Мне нужно сохранить ясность ума и сосредоточиться на задаче.

— Мы оба знаем, что ты не сможешь сосредоточиться ни на чём другом, — он притянул меня к себе за руку. Заманивая в свои сети.

Я даже не обратила внимания, что мы всё ещё держались за руки. В ужасе я вырвала ладонь, и царапающее ощущение под кожей сразу же вернулось.

В его глазах мелькнуло раздражение, он выпрямился во весь свой рост.

— Как долго мы ещё будем это делать? — спросил он с хмурым видом, обходя меня, как хищник — свою жертву.

Я развернулась вместе с ним.

— Что делать?

— Злить связь.

Я не ответила, потому что не совсем понимала, что он имеет в виду. Дрожащие руки, красочные сны, непрекращающаяся тревога, скребущаяся под кожей. Это всё кровная связь требует своего подношения, снова и снова, и чем сильнее я стараюсь держаться подальше от Доминика, тем громче зов. Моё тело не слушается, а с разумом дела обстоят ещё хуже, и хотя Доминик запросто мог бы принести мне облегчение, я боялась, что цена слишком высока.

— Почему ты так хочешь, чтобы я страдал? — его голос звучал тихо, почти уязвлённо.

Я посмотрела ему в глаза и увидела мягкость, от которой мне захотелось подойти ближе. Как мотылька, меня всегда тянет к пламени.

Я вдавила пятками в пол, заставляя себя оставаться на месте.

— Дело не в этом.

— Разве? — подначивал он меня. Его взгляд на мгновение опустился на мои губы.

Мой пульс подскочил, я попятилась от Доминика, собирая в кулак всю свою силу воли, чтобы держаться подальше от огня, но он следовал за мной, надвигаясь на меня, пока я не врезалась спиной в стену.

— Тогда перестань сопротивляться мне, ангел, — сократив оставшееся расстояние между нами, он прижался ко мне всем телом и привычным жестом заправил выбившуюся прядку за ухо.

Мою кожу покалывало от жара, когда его лицо приблизилось к моей щеке, и он вдохнул запах моих волос.

— Позволь мне, — пробормотал он соблазнительным шёпотом мне на ухо.

Я рефлекторно повернула голову к нему и мазнула щекой изгиб его челюсти. Я не собиралась этого делать, но моё тело, похоже, живёт своей жизнью. Перекинув остальные мои волосы через плечо, он открыл себе путь к моей шее. Его ладони скользнули вниз по моим рукам, лаская кожу, а в глазах горело желание. По всему телу побежали волнительные мурашки, стоило мне поддаться порыву и вдохнуть его запах.

Катастрофическая ошибка.

Я бездумно и безвольно прильнула к нему. Моё тело отчаянно просило у него дать мне то, что позволит пережить эту ночь — пережить эту удушающую темноту, ставшую основной моего существования. Я знала, к чему приведёт эта слабость, знала, чего хочет кровная связь, и чем дольше мы находились так близко друг к другу, тем сложнее было сопротивляться.

Он наклонил голову к моей шее. Я застонала, стоило его губам скользнуть по моей коже. Тело словно бы горело изнутри, реагируя на каждое его прикосновение, вопреки тому, что хотело моё сердце. Но это не было чистым удовольствием. О нет. К нему примешались чувство вины и ненависть к себе, создавая дыру в навязанной фантазии.

Если бы меня сейчас увидел Трейс…

Я замотала головой и оттолкнула Доминика.

— Мы не должны этого делать, — сказала я, глядя на свои ладони на его твёрдой груди. Я не могла заставить себя убрать их. — Это неправильно.

Он поймал мои запястья и убрал их за мою спину, держа одной рукой, а другой коснулся моего лица, нежно проводя большим пальцем по губам, со словами:

— Тогда почему это кажется правильным?

— Нет. Это не так, — выдавила я, стараясь не утонуть в тёмных озёрах его угольно-чёрных глаз.

— Врёшь, ангел, — он смотрел мне прямо в глаза, словно проникал в душу и видел там правду. — Я знаю, ты хочешь этого, даже если не можешь признаться вслух. Я чувствую это, — он прижался к моим ногам, у меня перехватило дыхание. — Чувствую, как твоё тело откликается, даже когда ты пытаешься оттолкнуть меня. Твоё сердце бешено стучит, пульс скачет, а кожа… — он потёрся щекой о мою. — В аду не так горячо, любимая.

Я хотела возразить, отрицая всё, но могла только облизнуть губы и попытаться подавить жажду, бушующую внутри меня.

— Можешь отрицать это своим красивым ротиком сколько угодно, но твоё тело выдаёт тебя с головой. С самой первой нашей встречи.

Я сжала бёдра, борясь с желанием поднять ноги и обхватить ими его талию.

Боже, как это всё неправильно. Всё. Целиком и полностью неправильно.

Его губы изогнулись во всезнающей ухмылке, будто он каким-то образом чувствовал, как я сопротивляюсь притяжению.

— Я не хочу этого, — выдавила я, желая, чтобы это было правдой. — Я не хочу тебя!

Я вырвала руки и снова оттолкнула его от себя.

Его лицо потемнело, он распрямил плечи.

— Просто оставь меня на хрен в покое! — заорала я, хотя не могла сказать, что злило меня больше: то, что он сделал со мной, или то, что моё тело с готовностью отозвалось.

— Ты уверена, что хочешь именно этого, ангел?

— Больше всего на свете.

Его спина напряглась при осознании этих слов.

— Ладно, я уйду, но вот, что я тебе перед этим скажу, — он взял меня за руку и дёрнул на себя. Наклонив голову, он зашептал мне на ухо: — В следующий раз, когда ты будешь искать освобождения… когда твои бёдра будет сводить от боли, а глаза застилать пелена, я тебя и пальцем не коснусь. Даже если ты будешь умолять об этом, — предупредил он и прижал палец к моим губам, останавливая