Нагибатор или Сказка для детей старшего пенсионного возраста - Павел Ионов

сильно захотелось сейчас покурить, но к сожалению это было пока невозможно.

— Витя-а! — раздался крик и к нему вся в слезах подбежала Даша.

— Что случилось? — встревожился тот, хватаясь за автомат.

Но Даша вдруг стремительно покраснела как помидор и убежала обратно. Вот и попробуй понять этих женщин после этого...

Дарья и сама не понимала, как же ей теперь относиться к Павлову. С одной стороны если взять, то он очень надёжный и рядом с ним спокойно. Безопасно рядом с ним. Вон, он даже не одеваясь из бани выскочил с одним лишь автоматом в руках, когда на них напали. Выскочил, чтобы её защитить.

А если взять с другой стороны? Грубиян же! Вон как на Серёжу он ругался! А как матерился на этих дезертиров? Даша аж сама его тогда испугалась...

И голый совсем ходит, как будто он один тут совсем...

ЕЙ ЖЕ СТЫДНО!!!

Вспомнив об этом, Дарья опять жутко покраснела. Ну нельзя ведь так делать! Ему значит, всё равно, а ей теперь мучиться...

А всё равно, фигура у него красивая... И даже ягодицы... Стыдно то как, даже думать о таком...

Виктор на их стоянке появился уже минут через десять. Снова прошёл в баню и принялся домываться. Эти ж уроды не дали ему тогда помыться нормально. Хорошо, что хоть вода ещё горячая осталась. Не всю её Даша на стирку израсходовала.

Кстати, она ещё и его бельё постирала, хотя танкист и не просил её об этом.

Закончив с помывкой, парень тщательно побрился, только решив оставить себе усы. В прошлой то жизни они, усы то есть, у него были всегда!

Одевшись, он вышел из бани и сказал "спасибо" за то, что Даша всё постирала. Ну и извинился ещё.

— Дашенька! Солнышко! Ты прости меня, пожалуйста. Ну не до вежливости было тогда... Извини... Да и одеваться некогда было...

— Я понимаю... Я не обиделась. Просто испугалась сильно...

Пока Дарья готовила им ужин, они почти всё время молчали. Она готовила, а Виктор на обрезке доски вырезал буквы.

"Кр-ц Сергей Улькин. 1923-1941". И сверху пятиконечную звезду добавил.

Жалко было парня, почти до слёз. И пусть он был немного недотёпистым, ну так какие его годы были? Научился бы ещё.

А вот теперь, из-за этих вот ублюдков, он так и останется навеки восемнадцатилетним...

И вот поэтому Виктор и вырезал сейчас на доске эту надпись...

Затем он прибил эту доску к палке и вместе с Дашей они установили этот импровизированный памятник на могиле Сергея.

Виктор вхолостую щёлкнул спуском пистолета, отдавая воинские почести, они постояли ещё с минуту и пошли назад.

Война ведь ещё не закончилась. И это была не последняя потеря Красной армии. К сожалению...

Глава 13

Ночевать сегодня они решили в танке. Хоть рядом и находился целый дом с крышей, Даша ни в какую не решалась там спать одна, а Виктор категорически отказывался ночевать в любом другом, кроме своего танка, месте.

А на все пояснения парня, что им тогда придётся спать на одной полке, Даша просто кивала своей головой, дескать, она согласна и не возражает на это.

Вот же Блин Клинтон! И как ей теперь объяснить, что он ведь мужчина всё-таки? Вполне себе нормальный мужчина со всеми своими хотелками.

Вот чует его сердце, что фиг он сегодня выспится. Нервы просто не дадут поспать ему. Гормоны...

Ну а кто бы тут заснул из нормальных мужиков, когда у него под боком будет находиться симпатичная живая девушка со всеми своими выпуклостями в положенных местах? Да никто!

Тем более, что Виктору, в связи с его нынешним возрастом, вновь начали сниться сны довольно фривольного содержания с женщинами в главных ролях, после которых ему хоть на стенку лезь!..

Даша до этого ни разу внутри танка не бывала, да и вообще, она была всего лишь вторым человеком, которому Виктор вообще разрешил вовнутрь его попасть.

— Даш, ты извини, конечно, но танк этот секретный, так что ты вопросы мне не задавай. Хорошо?

По идее, с тебя вообще положено подписку о неразглашении брать... Но бумаг с собой у меня нет сейчас. Так что ты просто не спрашивай и всё... И постарайся не трогать незнакомые тебе вещи...

— Хорошо...

Девушка так и продолжала ходить в мужской красноармейской форме без знаков различия. Лишь на ногах туфельки гражданские остались.

Своё нижнее бельё и платье, как и всё остальное, она после стирки развесила на натянутой Виктором верёвке, которая тому тоже досталась вместе с прочими трофеями.

Виктор, конечно, умом понимал, что сейчас сороковые годы двадцатого века, а не начало двадцать первого, но почему-то думал, что уж женское то бельё не очень сильно будет отличаться от привычного для его глаз.

Однако, нет...

Трусы, именно трусы, а не трусики, были по пошиву похожи на мужские, только с резинкой внизу, а уж про бюстгальтер и вообще говорить было нечего...

И как, интересно, женщины такое носят?..

Осознав, что он сейчас стоит и просто пялится на дашины трусы, танкист покраснел и быстро отвернулся. Вот же блин! Нашёл же время девичьи трусы разглядывать!

Аж неудобно ему стало.

А тут как раз ещё и хозяйка этих самых трусов принялась снимать всё выстиранное с верёвки. Благо, стояла жара и всё уже успело высохнуть. Чуть было он не спалился. Вот бы тогда позору то было!..

Перед сном они с Дашей выпили какао со сгущённым молоком, Виктор покурил, пока девушка устраивалась на полке, а затем и сам в танк забрался.

Погонял эфир, они немного послушали радио. Совинформбюро продолжало передавать об упорных боях на Минском направлении, хотя Виктор помнил, что столицу Белоруссии немцы заняли уже через неделю. Да и как тут было не запомнить, если об этом чуть-ли не во всех книгах про войну было написано - "Минск был захвачен противником через неделю после начала войны."

А вот сейчас Красная армия до сих пор его обороняла. Это что ж такое получается? Он не своём прошлом сейчас находится? В параллельном каком-нибудь? Или вообще перпендикулярном?

А впрочем, какая ему вообще разница? Фашисты, они и есть фашисты. И их надо просто уничтожать. Да и их пособников тоже...

Включив авторемонт и защиту Виктор аккуратно улёгся рядышком с Дашей на обтянутую кожей дикого дерматина полку.

— Спокойной ночи...

Повернулся к ней спиной и закрыл глаза. Может получится ему уснуть?..

Дарья тоже немного