Я люблю тебя, Зак Роджерс! - Анна Милтон

— Пожалуйста. Я не хочу промокнуть, — прошептала она. — Этот день и так паршивый.

Че-е-ерт.

Я не ответила, оставив свои глаза на заднем левом колесе внедорожника. Я поймала свое искаженное отражение на серебристом диске.

— У меня мало времени, — раздраженно высказался Зак, бросив мимолетный взгляд в нашу сторону. — Либо вы садитесь, либо я уезжаю.

Я увидела, как Джейсон закатил глаза.

— Отлично! — неожиданно фыркнула Джесс. — Проваливай.

Я посмотрела на нее в изумлении. Вау!

— Спасибо за предложение, Джейсон, — она изогнула губы в милой искренней и милой улыбке, когда подняла взгляда на Джейсона. — Но я лучше съем дохлую кошку, чем сяду в машину к этому придурку!

Я не выдержала и засмеялась. Громко. Очень громко.

Обожаю свою подругу.

Ощутив прилив бодрости и уверенности, я расправила плечи и смело встретилась с разозленным лицом Зака Роджерса. Он смотрел на Джессику так, будто медленно разрезал ее на мелкие кусочки. Уверена, будь она парнем, Зак не стал бы краснеть от ярости, а вышел бы и продемонстрировал отточенный хук. Но я сама хорошенько нашинкую его, если он хотя бы скажет что-то оскорбительное в адрес Джессики.

— Извините за бестактность эту важную задницу, дамы, — голос Джейсона дрожал, когда он говорил это, одновременно пытаясь сдержать смех внутри себя. — Не обращайте на него внимания и садитесь в машину. Пожалуйста.

Зак, просверлив дыру в Джейсоне, признал поражение и отвернулся, а затем так крепко сжал руль, что побелели костяшки его пальцев. Должно быть, он был очень зол. Что ж, я тоже не горела желанием ехать с ним в одном автомобиле.

— Пошли, — с усмешкой победительницы сказала мне Джесс, подталкивая к внедорожнику.

Сама она отправилась к своей машине, что-то взяла оттуда и поставила тачку на сигнализацию.

Мы залезли на задние сидения внедорожника. Я вжалась в угол и спустилась так, чтобы не видеть лицо водителя через зеркальце.

— Трогай, — захлопнув дверцу со своей стороны, сказал Джейсон Заку.

Тот не ответил и завел внедорожник.

Джейсон развернулся к нам с Джессикой торсом.

— Я заберу твою машину завтра утром, — сказал он Джесс.

— Договорились, — бодро кивнула та.

— Через день, или два все будет готово.

— Спасибо, Джейсон.

Они улыбнулись друг другу, и, наблюдая за этой милой сценой, я забыла о том, что совсем рядом находится Зак Роджерс.

Джессика и Джейсон болтали о машинах. Джейсон пытался объяснить моей подруге, что перегоревший предохранитель — не катастрофа, и это легко чинится. Он рассказывал об этом, применяя термины, от которых Джесс зеленела на глазах. Поначалу я не встревала в их беседу, но потом втянулась и совершенно забыла о том, где нахожусь, и что еду со своим бывшим парнем в одной машине.

Единственный человек, который сохранял угрюмый вид, был Зак.

Внедорожник остановился перед домом Джессики.

— Спасибо за помощь, Джейсон, — поблагодарила она его, когда выбиралась из машины.

— Всегда пожалуйста, — он проследил за ее движением, вертясь на своем сидении.

Страшный ливень прекратился за несколько минут до того, как мы подъехали к дому подруги.

Когда Джесс выползла из автомобиля, она развернулась в мою сторону, но дверцу не закрыла. В салон машины ворвался прохладный, влажный воздух. Съежившись от дрожи, я помахала Джессике.

— До завтра.

Она наклонилась, чтобы чмокнуть меня в щеку.

— Позвони мне на домашний, когда будешь дома, — шепнула она и отстранилась.

— Хорошо, — я послала ей кислую улыбку.

— Пока, Джейсон! — звонко попрощалась Джесс и хлопнула дверцей.

Джейсон спустил окно со своей стороны, чтобы сказать что-то о ремонте ее телефона.

Когда мы стали отъезжать, я начала задыхаться без Джессики. Вдруг почувствовала себя беспомощной перед Заком, который все еще выглядел не предрасположенным к беседе. А вот Джейсон и не думал молчать, за что я была благодарна ему.

Он расспрашивал меня о таких мелочах, как выпускной и то, куда я собираюсь поступать. Мне не очень хотелось разговаривать об этом в присутствии Зака, поэтому я изо всех сил представляла себе, будто мы с Джейсоном одни в машине.

Это срабатывало до тех пор, пока не заиграла мелодия на чьем-то мобильнике.

Зак убрал одну руку с руля и достал из бардачка телефон. Несколько секунд смотрел на экран, не решаясь ответить. Любопытство росло в геометрической прогрессии, и когда я осторожно вытянула шею, чтобы взглянуть на имя вызываемого абонента, Зак прислонил «Nokia Lumia» к уху.

— Привет. Что-то случилось? — меня сразу напрягло то, с каким беспокойством он интересовался об этом.

В гробовой тишине, разбавляемой ветром, врезающимся в стекла, и приглушенным звуком работающего двигателя, я вслушивалась в биение своего сердца.

— Да. Да. Я помню их названия, — сказал он, зажимая телефон ухом и плечом. Он вернул руку на руль, чтобы миновать крутой поворот, затем вновь поместил «Nokia» в ладони.

Интересно, с кем он разговаривал? С мистером Роджерсом?

— Нет. Не нужно никуда идти. Я сам все привезу, — Зак почти рычал.

Я недоуменно свела брови, изо всех сил пытаясь укротить свое желание разузнать, кто был его собеседником, и о чем шла речь.

«Не твое дело, забыла?» напомнил мне внутренний голос.

Да. Да. Я помню.

— Я… еду, — успокоившись, ответил Зак на вопрос того, с кем разговаривал.

Я посмотрела на Джейсона, но его взор был обращен вперед, на дорогу, скрытую во тьме.

— Скоро буду, — напряженный, бархатный голос смягчился и стал ласковым. — Приготовь себе что-нибудь… Что? — громко спросил он. — А-а-а, — когда я услышала его мелодичный смех, то будто потерпела крушение. Необъятная тоска раздавила меня, и я впилась пальцами в мягкую обивку сидений. Боль была настолько реалистичной и сильной, будто мои кости сломались разом на самом деле.

В этот самый момент я ощутила ярую зависть к тому, кому был посвящен смех Зака Роджерса. Хрипловатый, приглушенный и невероятно сексуальный. Была ли его собеседником девушка? Может быть, она — та самая, которую я видела с ним на фотографии несколько дней назад?

Чертова боль оккупировала сердце, заставив его обливаться кровью.

Какого хрена?!

Прошло столько времени, а меня до сих пор волнует то, что Зак смеется, разговаривая с кем-то по телефону. Глупо ревновать его. Глупо вообще думать о нем.

Я вспомнила слова Джессики о том, что должна превратить свое сердце в камень, и стала повторять их про себя, будто мантру, до тех пор, пока Зак, не заглушая двигателя, припарковался у обочины рядом с моим домом.