Портал человечности 2 - Виктор Сергеевич Руденко

Подобное будет, слишком опасно, – мотнул подбородком Сергей. – Могут и сами, организовать «мнимого недужного», чтобы мы им прислали сыворотку. Или надавить на родственников, реальных пациентов. Либо подкупить. Да и родня – всякая бывает. Некоторые, захотят себе лично, прикарманить снадобье.

– Ну хорошо, оставим пока все это. Не к спеху, – грустно промолвил Павел. – Скажи лучше, ты что целый месяц провел на Венте?

– Нет, – отрицательно качнул головой попаданец. – Только четыре дня. Затем вернулся, хоть и сильно рисковал. Но отсутствовать долго на работе – было чересчур опрометчиво. Такое могло, привлечь постороннее внимание. С вероятными и понятными последствиями для всех нас. Да и портал – открывался лишь на короткий промежуток времени. Мне повезло. Наблюдение за островом, тогда уже ослабили. И я, темной дождливой ночью, окольными маршрутом переплыл реку.

– В ноябре?! – изумленно воскликнул приятель.

В ответ, доцент лишь пожал плечами.

– Более того, пришлось переплывать несколько проток, помимо основного русла. Напрямую пересекать Днепр – было нельзя. Ты извини, что долго не выходил на связь. Стоило выждать, проверить и осмотреться как следует.

Безрадостно переглянувшись, сидящие в полутьме друзья, надолго замолчали. Хлещущий за окном ледяной дождь пополам со снегом и отключенное в следствии русских ракетных обстрелов электричество – лишь добавлял серых красок в гнетущее настроение людей.

Энтони Смит, испытывал все большее разочарование и раздражение. Хотя после провала минувшей осенью, он отделался сравнительно легко. Его даже не сняли с проекта. Руководство приняло во внимание, неожиданные обстоятельства – сорвавшие операцию. Никто не ожидал от фигуранта, таких невероятных возможностей. Более того, группа Смита была усилена специалистами и новейшей аппаратурой. И получила прикрытие и режим наибольшего содействия – на самом верху. Однако существенных результатов, это пока не дало.

Узнать что-либо дополнительное, об интересующем их человеке – так и не удалось. Зимой «доктор», вообще прекратил свою деятельность, видимо не желая вновь рисковать, после схватки в киевской больнице. Однако уже весной, случаи новых чудесных исцелений, снова взбудоражили общественность. Дав надежду агентам, выявить и схватить «объект». Впрочем «подопечный», теперь явно стал осторожней. И в столице, больше не пытался спасать пострадавших с помощью эликсира. Спонтанные выздоровления безнадежных больных и раненных – отныне происходили только в провинциальных областных центрах. С одной стороны, там было не настолько малолюдно, чтобы новый человек мог привлечь внимание местных людей. А с другой – уровень обеспеченности видеокамерами, качественной связью, транспортом и профессиональными полицейскими частями, там был явно неудовлетворительный. Особенно, впоследствии военного лихолетья, передвижения беженцев, массовых мобилизаций, воздушных налетов, прошедших боев и разрухи.

Смиту, банально не хватало ресурсов и своих бойцов, чтобы успеть перехватить чужака, после того как становилось известно, о новом невероятном исцелении. В устроенные агентами ловушки и подготовленные западни – фигурант больше не попадался и на них не реагировал. И если украинские власти, старались всячески помочь западным «партнерам», то здешние жители в этом аспекте, не изъявляли большого желания сотрудничать. Тотальное кумовство украинцев и разветвленные родственные связи, в этом смысле – оказались препятствием, мешали работать и усложняли успешное выполнение задачи. Люди отлично понимали, что после визитов «заморских гостей» – выздоровления больных, надолго прекратятся. Обещание вознаграждений – не сильно помогало. Поскольку тот из местных, кто поспособствовал бы поимке «доктора», вынужден был бы впоследствии, вместе с семьей бежать из страны. Хотя и желающих покинуть Украину, вытянув «счастливый билет» – тоже хватало. И это, вселяло в агента уверенность, что в конце концов – они схватят нужного им человека, или хотя бы нападут на его след.

«Рано или поздно, он совершит ошибку. Или ему, просто не повезет. Либо, кто-нибудь из обывателей сдаст. Подобное неизбежно», – думал Смит, расположившись в одной из уцелевших после русских обстрелов харьковских гостиниц.

Группа примчалась на вызов, после извещения об очередном уникальном излечении, тяжело раненного ребенка. Но они, явно опоздали. «Подопечный» уже наверняка ушел, а местные силы правопорядка, как водится проявили нерасторопность...

– Вот что было наклеено на дверях нашего номера, – заходя в комнату сказала Лена, держа в руке распечатанный листок.

«Ищет нацгвардия, ищет полиция, ищут силовики и западники

Ищут давно, но не могут найти – парня какого-то лет двадцати

Среднего роста, плечистый и крепкий, ходит он в куртке и кожаной кепке

Лечит людей он от хворей ужасных, раненых спас немало пропащих

Больше не знают о нем ничего, но изловить – рвутся прежде всего

Этот преступник – опасней убийцы, хуже ворюги и кровопийцы

Для государства – он враг страшнейший, а для народа – друг первейший…».

– О чем ты говоришь, Хелен? – удивленно поинтересовался американец.

– Переделка известного стиха, где местные власти и мы, выставлены не в лучшем виде, – озабоченно ответила коллега и озвучила перевод текста на английском.

– Полагаешь, такое может доставить проблемы? – уточнил руководитель.

– Несомненно, – кивком подтвердила женщина. – Это отражает настроения общества. А уж что творится в соцсетях… Боюсь, нам станет очень трудно работать. Либо вообще, придется сильно ограничить нашу деятельность. Перейдя, только к негласным формам поиска. Без открытого подключения и помощи местных структур. Они сейчас находятся, в чрезвычайно шатком положении. Война закончилась, не слишком оправдав ожидания украинцев и обещания властей. И к ним, возникает масса претензий и вопросов у граждан. Вдобавок разруха, выросшая преступность, хозяйственный кризис и огромные жертвы среди населения. Власти побоятся, лишний раз подавать повод к возмущению людей. Так что, дело плохо. Похоже, нам скоро придется сворачивать лавочку.

– Черт побери! – с чувством выругался Смит и погрузился в мрачные размышления. Настроение агента, испортилось окончательно. – Позови Курта, – распорядился он.

Девушка направилась к выходу из номера, но едва она открыла дверь – как получила тычок в горло и беззвучно осела на пол. Размытая тень метнулась к американцу – и тот, даже не успев привстать, почувствовал удар в затылок.

Очнувшись, Смит понял, что сидит в том же кресле, но его руки были зафиксированы наручниками на подлокотниках. Нестерпимо болела голова. Он окинул глазами помещение и увидел Хелен, также прикованную на соседнем стуле. Женщина тоже, уже пришла в сознание. С боку от них стоял человек в джинсах, куртке и кепке. Его лицо, оказалось скрыто под маской из чулка с прорезями для рта, носа и глаз.

– Начнете кричать – сразу умрете, – холодно произнес незнакомец. – Я