Наномашина. Том 1 - Хан Джунволья

стоял в третьем ряду стенки со щитами, по центру. Прямо за ним находился Чахён, которому в этом построении надо было держать меч между щитами. По плану тренировки оставалось только выстоять несколько минут в принятых позах.

«Хе-хе, его зад прямо передо мной», – ухмыльнулся Восьмидесятый. Со злорадной улыбкой он занес ногу для пинка. Чахён планировал вложить немного ци в удар, чтобы Ёун точно повалился вперед. «Грязные червяки должны валяться на земле!» – возбужденно подумал кадет и пнул седьмого принца. Он постарался это сделать аккуратно, чтобы не было слышно звука удара. Когда Ёун почувствовал прикосновение ботинка к спине, он повернул голову и окатил Чахёна холодным недовольным взглядом.

«Что? Как он узнал?» – возмутился про себя Восьмидесятый. Он еще не успел направить ци в ногу, а этот уже таращится! Чахён правильно рассчитал количество энергии, нужной для удара, но надменность Ёуна разозлила кадета, и он вложил в пинок гораздо больше, чем планировал.

И тут случилось то, чего Чахён совсем не ожидал. Он пнул ягодицу Ёуна и в тот же момент ощутил невероятную противодействующую силу. Мощная защитная волна отбросила парня назад. Он шлепнулся на землю позади своей команды и распластался звездочкой. Все произошло так быстро, что Чахён не сразу осознал, где у него болит. Он валялся на поле, не понимая, как на нем оказался.

«Он только что использовал ци через свой зад?..» Восьмидесятый был уверен, что удар встретил сопротивление, которое было создано с помощью внутренней энергии. И ее мощь значительно превосходила силу Чахёна.

Пока помощник Третьего валялся, раскинув руки и ноги по сторонам, кто-то подошел к нему. Он увидел, как над его головой нависло искаженное гневом лицо.

– Снова ты? – прошипел Лим Пхён. Он прекрасно помнил, кто был виноват в прошлом инциденте, когда Двадцать Третий получил клинок в спину.

Перепугавшийся грозного вида преподавателя Чахён зашевелился и попытался встать. Однако его тело, особенно ступни, очень сильно болело, не давая подняться. Это был типичный остаточный эффект после воздействия ци, более мощной, чем его.

Восьмидесятый покрутился и кое-как поднялся на ноги. Из-за спины Лима Пхёна выглядывал Ёун, который следил за поверженным соперником с довольной ухмылкой. Взбешенный Чахён стиснул зубы. Заметив его настрой, преподаватель потянулся к дубинке на поясе.

– Рожи корчить вздумал? Поглядите на него! А ну приди в себя!

– Преподаватель Лим! Это не вам! У него зад…

– Зад? Ты чего несешь? Совсем свихнулся?

Не дав Чахёну договорить, Пхён резко вытащил черную дубинку и стукнул кадета в солнечное сплетение. У Восьмидесятого сбилось дыхание, он схватился за живот и упал на землю. Глядя на лежащего ученика, разъяренный преподаватель процедил сквозь зубы:

– Лишаю тебя свободного времени на три дня. До самого отбоя я тебе буду устраивать адские дополнительные тренировки!

– Но… Преподаватель… – Чахён попытался было оправдаться, но Пхён снова ударил его. Ошарашенный кадет только и смог, что закричать:

– Школа Демона!

Ребята из восьмой команды не смогли сдержать смешков, наблюдая за происходящим. В их комнате Чахён вытворял всяческие гадости, прячась за спину принца, поэтому, когда его наконец нашло наказание, остальные ученики только обрадовались.

Стоящие в первом ряду даже слышали, как скрипит зубами от злости Мугым. Его план провалился. На раскрасневшемся лбу от напряжения выступили вены. Командир восьмой команды никак не мог успокоиться, а причиной был лишь один человек – Чхон Ёун.

Часть 3

Конец тренировки после произошедшего ученики провели в напряжении. Невооруженным взглядом можно было заметить накал между Мугымом, который гневно таращился на седьмого принца, и Ёуном, который старательно игнорировал поведение третьего наследника.

Неладное почувствовали не только кадеты. Ли Хвамён внимательно наблюдал за тренировкой этой команды, стоя на трибуне перед полем. Его забавлял конфликт между наследниками, попавшими в одну группу. Как только Ёун присоединился к занятиям, левый страж тут же пришел посмотреть. Как и предполагалось, восьмая группа была весьма любопытной, ведь только в ней оказались сразу два ученика со специальными черными номерками. Единственное, чего не ожидал увидеть страж, – демонстрация Ёуном мощной ци. Хвамён отметил, что парень обладает внушительным запасом энергии, хотя буквально две недели назад она у него отсутствовала. За четырнадцать дней он смог стать сильнее, чем Чахён, который был связан родственными узами с одним из сильнейших кланов Скрытого Удара. Даже то, что с Ёуном занимался воин из десятки сильнейших бойцов Демонического Пути, не объясняло появление у парня такой энергии.

Чахён до поступления в Академию накопил ци, равную двадцати годам тренировок. Он использовал драконий эликсир, так что сейчас его сила по меньшей мере сопоставима с тридцатью годами. Если Ёун уложил его на лопатки, то простые расчеты показывают, что ци седьмого принца превышает тридцать лет опыта. Хвамён понимал, что Сопмэн, скорее всего, помог ученику правильно использовать шарик с энергией, но это все равно не объясняло резкого скачка в развитии парня.

«Неужели он усвоил всю энергию из драконьего эликсира целиком? Тогда врожденный талант парня сильнее, чем у его учителя-выпивохи… Да уж, хоть только по отцу, а кровь не водица: у тигра могут родиться только тигрята», – рассуждал Хвамён. Левый страж ни при каких обстоятельствах не мог поверить, что Сопмэн способен быть хорошим наставником.

Насладившись забавной сценой, Огненный Король покинул трибуну. Закончив тренировку, ученики сдали оружие и направились на ужин в столовую, которая располагалась слева от поля. Ёуна ждал приятный сюрприз, ведь в больнице по настоянию врача Пэка он ел только постную рисовую кашу.

В столовую ребята заходили по командам: для сдачи второго экзамена требовалась сплоченность, поэтому даже приемы пищи проходили в группе. Командир определял очередность, и согласно ей кадеты выстраивались, заходили в столовую, получали большую тарелку с деревянными палочками для еды. Затем они шли за командный стол и приступали к еде.

– Ого! Сегодня курочка!

В тарелках красовалось аппетитное мясо, обжаренное в соевом соусе. Еда была заботливо порезана, чтобы было удобнее есть. Прием пищи был единственной отрадой для измотанных тренировками ребят, поэтому их старались хорошо кормить.

Ребята держали палочки наготове возле тарелок. Наконец один из преподавателей отдал команду:

– К приему пищи приступить!

– Школа Демона!

Палочки разом взмыли над столами. Такой контроль за учениками даже в столовой мог показаться чрезмерным, но жесткая дисциплина распространялась только на бойцов младшего и среднего уровней. Они должны были привыкнуть к правилам Академии.

Ёун сидел с довольной широкой улыбкой. Он наконец чувствовал вкус пищи: мягкость птичьего мяска и солоноватый соус. Принц был непривередлив в еде, ведь долгое время он ел стряпню мастера Чана, который поначалу готовил с большим трудом. Но четырнадцать дней на одной постной каше были настоящей пыткой даже для Ёуна.

Ребята за столом сидели достаточно близко друг к другу, и седьмой принц физически ощущал на себе пристальный взгляд Мугыма. Ёун не мог взять в толк, почему среди шести кланов именно Скрытый Удар невзлюбил его сильнее всех. «Наслаждайся едой, пока можешь. Завтра тебе кусок в горло не полезет», – подумал юноша. За долгое время противостояния и в нем скопилось немалое количество гнева в отношении шести кланов. Они портили ему жизнь только по той причине, что его мать была из простой семьи. От одной мысли о ней, смертельно отравленной кланами, в груди парня вскипала ненависть. «Вы думали, раз я слабак, то меня нужно уничтожить? Что ж, теперь я уничтожу вас». До недавних пор Ёун действительно не мог ничего противопоставить обидчикам, но теперь все изменилось.

Ужин закончился через полчаса. Громко прозвенел колокол, оповещая об окончании трапезы. Все кадеты прекратили есть и сложили палочки на тарелки. Ёун не знал правила поведения в столовой, но повторил за остальными ребятами и ровно сел.

– Ужин закончен!

– Школа Демона! – среагировали ученики на приказ преподавателя.

Поужинав, команды в обратном порядке по очереди покинули столовую. Выходили они, как и вошли, стройными рядами.

Когда восьмая команда вышла на поле, мастер Пхён сказал кадетам:

– На сегодня все свободны, кроме номера восемьдесят.

– Есть! – ответили ученики и побежали в сторону общежития. Только Чахён с недовольным лицом остался с преподавателем. Ёун обернулся, с ухмылкой взглянул на него и пошел вслед за сокомандниками.

Чтобы дойти до общежития, нужно было обойти главное здание