Бег в тенях: Власть Золота - Евгений Чепурный

- Читай на здоровье, - рассеянно ответил Марко. - Правда, вряд ли письма от Джонсонов и Шмидтов считаются за любовные - у меня с ними, скорее, вооруженный нейтралитет. То же с моей подпиской на три-видение. Хотя нет, эти, пожалуй, в открытую со мной воюют.

- Не сомневайся, прочитаю, - посулила девушка. - Чем займешься сам?

- Найду нам хорошего стрелка, - ответил мужчина после секунды раздумий. - Было бы здорово отыскать европейца - местные порой ведут себя очень странно, когда дело доходит до всяких там иерархий, подчинения, и раздела ответственности.

- Ну, удачи в поисках, - Моника положила руку ему на плечо, и на секунду задержала ее там, словно желая ещё что-то сказать, но в конце концов, просто кивнула и развернулась в сторону своей комнаты.

***

Через несколько часов листания разнообразных страниц Матрицы, Марко Науэрт отложил комлинк и задумался. Ищущих работу теневиков в Береговых Провинциях были ожидаемо немного, но среди имеющихся, специалисты по стрелковому оружию составляли наиболее многочисленную группу. Оно и неудивительно - методы подготовки что снайперов, что автоматчиков, были отшлифованы до блеска ещё армиями Пятой Эпохи. Шестая, с ее мнемософтом, тренировками в дополненной реальности, и гипнообучением, ускорила и упростила этим методы настолько, что стрелковые навыки стали самым расхожим товаром в армиях, ЧВК, и корпоративных службах безопасности.

В бывшей провинции Чжэцзян нашлось некоторое количество свободных теневиков-стрелков, несколько из них - с неплохим стажем. Сыскался даже желаемый Марко европеец - зелёный новичок, с нулевым уличным кредом, да к тому же русский. Не то, чтобы Шэньсянь испытывал к уроженцам России какое-то предубеждение - Евровойны не коснулись ни благополучной семьи Науэртов, ни их блудного сына-теневика, и обычная для европейцев нелюбовь к россиянам, успевшим побывать на их родине в качестве захватчиков и оккупантов, миновала молодого мага стороной. Но за время своих похождений по миру, и, в особенности, пребывания на российских территориях, Марко Науэрт твердо уверился - неплохие навыки, житейская сметка, и разумная инициатива неизменно сочетается в русских с редкой безалаберностью, дурной лихостью, и самонадеянностью, доходящей порой до смешного. Последние качества несказанно раздражали педантичного и любящего порядок Марко.

Он потянулся было к комлинку, чтобы набрать самого многообещающего из найденных кандидатов - бывшего сержанта армии Кантонской Конфедерации, ветерана нескольких военных конфликтов, и участника дюжины успешных теневых миссий, - как его рука замерла, остановленная внезапной мыслью. Совсем недавно, он точно так же искал наемника-стрелка для несложной миссии, пользуясь теми же критериями, что сейчас побудили его выбрать орка по имени Тан Инь, многопрофильного оружейного специалиста. Тот наемник также был орком, ветераном, и теневиком с несколькими успешными миссиями на счету. Теневиком, известным под прозвищем Даблклип.

Марко недовольно скривился. Он допускал, что его умение разбираться в людях оставляло желать лучшего - в конце концов, он никогда не был душой компании и знатоком людских сердец. Успешность карьеры теневика Шэньсяня зиждилась на тщательной подготовке и работе с проверенными, надёжными людьми. Сегодня, он во второй раз за свою богатую событиями теневую жизнь собирался нанять незнакомого новичка, и результаты первого раза заставляли его сомневаться в правильности своего подхода.

Мужчина с раздражением вспомнил одного из своих сибирских знакомых, якута с непроизносимой фамилией, любившего козырять неким русским словечком, по значению близким к понятию "прыжок веры". Именно такой прыжок Марко и собирался предпринять во второй раз. Он снова сердито нахмурился, раздумывая и колеблясь, но вдруг, неожиданно для себя, успокоился. Посетившая его мысль казалась нелогичной, но вся интуиция Шэньсяня твердила о ее правильности. Если первая попытка "прыжка веры" провалилась наихудшим образом, то почему бы не пройти от противного? Вместо очевидного фаворита, он даст шанс тому, кого выбрал бы в последнюю очередь. Самые явные риски он сведёт на нет способом много старше Шестой Эпохи - личным собеседованием.

***

Марко Науэрт аккуратно обошел четверку сдвинутых вместе столов, и устроившуюся за ними шумную компанию троллей, старательно накидывающихся неким местным напитком - пенистым и ярко-зеленым, с обязательными иероглифами на этикетках крупных бутылок. Бар, избранный им для интервью, вовсе не был фешенебельным заведением: на это указывали и утыкивающие стены флэтвид-экраны, заменяющие обычные для подобных забегаловок трид-проекторы, и общая потертость обстановки, и сурового вида клиентура. Впрочем, не был он и грязной дырой, по дешевке отпускающей паленый синтоголь опустившимся муниципальным рабочим: интерьер, хоть и скромный, был стильным и уютным. Неоновая подсветка стульев и стойки создавала приятный полумрак, не отбрасывая бликов на флэтвиды, набор выставленных на всеобщее обозрение напитков за барной стойкой был разнообразен, и включал много узнаваемых лейблов, а по углам и у стен расположились закутки со столиками для желающих уединения. К одному из таких закутков и направился Марко.

Он невольно задержал взгляд на одном из флэтвид-экранов, транслирующих предсезонку "городской драки". Карлос Гутьеррес как раз отвешивал оппоненту солидного леща верной шипованной перчаткой-кастетом. Молодой маг с легкой улыбкой прижмурил глаза от вида бурно хлестнувшей крови - даже в подобных разогревочных поединках, популярнейший спорт Шестой Эпохи уверенно держал марку.

- Бодро машутся, а? - раздался низкий мужской голос, четко выговаривающий едва ли не каждый звук, совершенно нехарактерным для английского образом. Голос исходил от столика, к которому и направлялся Марко. - Чего встал? Садись, в ногах правды нет.

Молодой маг последовал приглашению, с интересом разглядывая собеседника. Широкоплечий и самую малость грузный, этот мужчина выделялся размерами среди местных своей мета-расы. Его близко посаженные, чуть прищуренные глаза внимательно глядели из-под короткого ёжика русых волос, придавая угловатому и большеносому лицу человека настороженный, хищный вид. Перед ним стояли две бутылки синтпива, все в блестящих каплях конденсата. Одна из ёмкостей была открыта, и уже изрядно опустела.

- Марко Науэрт, - протянул мужчине руку маг. - В поле, будешь звать меня по позывному - Шэньсянь.

- Василий Баринов, - отозвался