Апокалипсис, вид снизу. Том II (СИ) - Волков Олег Александрович "volkov-o-a"

— Всё, Виант, представление закончилось, — раздался над ухом недовольный писк Инги. — Пошли, пожрём, наконец.

Виант глянул в дыру. Увы, ловить больше нечего. Дядя Уотин, а это была его тень, подобрал «бич-пакет». Через час или больше, тем или иным образом, молодой рабочий всё же заделает эту дыру. Вполне возможно, что выволочка от начальника пойдёт на пользу, и, вместо старой тряпки, будет полноценный цемент.

— Пошли, — Виант послушно засеменил следом за Ингой по канализационной трубе.

В темноте и в тишине кладовки с бытовой химией, и в самую первую очередь, они принялись за сэндвич тёти Вармы. После первого же кусочка Инга признала, что жена дяди Уотина и в самом деле великолепно готовит. Как обычно, они натрескались до такой степени, что хлебные крошки едва не посыпались из ушей.

— Запасы еды нужно заныкать, — Виант тщательно и аккуратно завернул недоеденный бутерброд с маслом и колбасой обратно в упаковочную плёнку.

— Зачем? — Инга забросила в рот последнюю крошку колбасы.

— Где-то здесь шляется молодая самка, — Виант прислонил бутерброд к картонной коробке. — Будет очень обидно во второй раз наступить на те же грабли.

— Думаешь, молодая самка сумеет сожрать наши запасы? — в голосе Инги сквозит недоверие.

— С неё станется, — Виант кивнул.

— Да ладно тебе, — напарница беспечно махнула передней лапой. — Пока мы рядом, она не сумеет добраться до нашей еды.

— Не сравнивай её с человеком, — возразил Виант. — Как раз крысу мы можем не заметить.

— Параноик ты, — Инга с кряхтением поднялась на лапы. — И, ради бога, не рассказывай мне сказки о долгой жизни.

Остатки еды, треть сэндвича, полтора бутерброда, половину печенья и нетронутый «бич-пакет», они закинули на нижнюю полку и обложили пачками со стиральным порошком. Если повезёт, то запах бытовой химии скроет аромат еды.

Вот теперь и только теперь можно смело предаться блаженному сну. Прямо на полу под полкой, где они спрятали бесценные запасы еды, Виант вытянулся прямо на спине. Он вымотался настолько, что сил отправиться на поиски хоть какой-нибудь подстилки, да хоть всё тех же перчаток, не осталось вовсе. Рядом легла Инга. Секса, как обычно, не будет.

Глава 11. Подлый приём

Как же приятно лежать на белых-белых простынях рядом с любимой женщиной в одной постели. Особенно, если она молодая, красивая, умная, со спортивной фигурой и небольшой грудью, которой ещё не касались губы младенца. Виант повернулся лицом к Инге. Счастье, внеземное счастье разлилось по телу приятной усталостью. Они только что славно покувыркались и сделают это сегодня ещё не раз.

В спальной комнате, что находится на секретной базе «Синей канарейки», царит полумрак. Ночник на стене едва освещает постель и прикроватные тумбочки. В мерцающем голубом свете обнажённая Инга кажется особенно прекрасной, словно индийская богиня с синей кожей. Кончиками пальцев Виант дотронулся до её гладкого упругого бедра. Ещё немного, минут пять, не больше, и они снова займутся любовью.

Неожиданно светильник под потолком ярко вспыхнул холодным светом. Приятный полумрак и романтическая атмосфера враз испарились. Виант приподнялся на локтях. На пороге спальни замер куратор. Николай Павлович, как всегда одетый в строгий деловой костюм, будто собрался на дипломатический приём.

— Осуждённый Фурнак, — лицо куратора перекосил гнев, а нос и щёки запылали красным, — какого хрена ты забил на продвинутые технологии? Кто позволил тебе спасать собственную задницу? Разве ты забыл, что ты мой и только мой до конца дней своих?

Рука Николая Павловича с ухоженными ногтями ущипнула Вианта за хвост. Боль голубыми молниями растеклась по телу.

Хвост? Виант тут же проснулся.

Его и в самом деле кто-то ущипнул за хвост. Действие вперёд мысли. Виант резко вскочил на лапы и дёрнул что было сил. Дыра из кладовки там. Однако неожиданное препятствие на пути недовольно пискнуло. Удар по коленям, инерция кувырнула Вианта через голову, хвост и в самом деле больно щёлкнул по стене. Сонное наваждение окончательно развеялось.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})

Да это же… Додумать Виант не успел. Шум и писк разбудили Ингу. Напарница не придумала ничего лучше, как тоже резко вскочить и дёрнуть со всех лап к дыре из кладовки с бытовой химией. То же самое препятствие опять недовольно пискнуло. Сила инерции, словно чемпион по греко-римской борьбе, ловко швырнула Ингу через голову. Напарница припечаталась хвостом в стену рядом с Виантом.

— Какого чёрта, — злобно пропищала Инга.

— Это не чёрт, это та самая молодая самка, о которой я тебе говорил, — Виант перевернулся на лапы.

В первый раз это была трагедия, во второй уже фарс. Та самая молодая самка, что во время первой ходки так нежно пощипала спящего Винта за хвост, не придумала ничего лучше, как и во второй раз нежно пощипать его за хвост. Разница только в том, что на этот раз Виант не сумел выскочить через дыру в мастерскую за стеной, а споткнулся о молодую самку самым смешным образом. А настоящая комедия уже в том, что об эту же самку на полном скаку споткнулась и напарница.

— А, так это и есть та самая «невеста», — Инга перевернулась на лапы.

В голосе напарницы сквозит убойная смесь сарказма и чёрного юмора. Виант тут же недовольно засопел.

— Если будешь язвить, то я лишу тебя почётного звания альфа-самки в моём гареме, — на едином дыхании выпалил Виант.

Инга тут же прыснула от смеха. Нежданная шутка несколько разрядила обстановку. Виант вытянул шею. Да, это действительно та самая молодая самка. На её загривке можно легко заметить свежий укус. Кровотечение давно прекратилось, на серой шёрстке, словно толстый шов, осталась бурая корка.

Урок пошёл впрок. Молодая самка больше не пищит от радости и не лезет с обнимашками. Наоборот, она пугливо поглядывает на Вианта. Голод вновь привёл её к самцу, от которого пахнет едой. По непонятным причинам, молодая самка так и не примкнула к сородичам, что живут на поверхности возле мусорных баков.

— Мужчина, ты собираешься покормить вторую жену? Разве не видишь, как она спала с лица и отощала?

Напарницу буквально распирает от неуместного веселья. Будь они людьми, то разговор был бы совсем иным. А так…

— Нет, я не собираюсь кормить кого попало, — Виант с ходу отмёл всякий фарс. — А если первая жена не перестанет острить, то сама останется без завтрака.

Нахлебники не нужны. Виант грозно зашипел, выгнул спину и двинулся на молодую самку. Какой бы голодной она не была, однако в момент сообразила, что ей не рады и рванула со всех лап. Через миг облезлый хвост скрылся в дыре над канализационной дырой.

— Жестоко ты с ней, — Инга качнула головой.

— Делать мне больше нечего, как ботов кормить, — бросил в ответ Виант.

— О-о-о…, - выразительно протянула Инга, — это очень удобная моральная отмазка. А вдруг она тоже игрок?

Виант так и замер на месте. Фокусы со временем порождают интересные последствия. Вместе с ними в «Другой реальности» вполне могут быть другие игроки. И сколько их, то ведают лишь создатели слишком реальной компьютерной игры. Может быть, много, очень много. Вплоть до представителей других цивилизаций, миров и параллельных вселенных. Несмотря на восемь лет интенсивных исследований космического корабля пришельцев, учёные даже приблизительно не смогли оценить возможности инопланетян. А раз так, то возможно всякое, абсолютно всё.

В первую очередь Виант проверил бесценные запасы еды. Но нет, молодая самка так и не нашла их. Зато она умудрилась сыграть роль будильника и подняла Вианта с напарницей в аккурат в десять часов, или, если по земному счислению, примерно в половину одиннадцатого вечера.

(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})

На всякий случай, Виант лично проверил и убедился, что молодая самка удрала далеко, а не притаилась где-нибудь поблизости. Лишь после, на пару с Ингой, они принялись за еду. Как обычно, в себя они запихнули ровно столько, сколько смогло влезть и не вылететь обратно. «Бич-пакет» и последний целый бутерброд с маслом и колбасой Виант вновь старательно заставил пачками со стиральным порошком. Когда же Инга скептически хмыкнула, то Виант напомнил ей старую проверенную веками истину — запас карман не тянет.