Жертва трясины - Джана Делеон

обогнула пару домов и, осматриваясь вокруг, побежала вниз по улице.

Картера ни в машине, ни снаружи я не увидела. Но тут обнаружила хорошее местечко, где уличные фонари достаточно далеко стояли друг от друга и оставляли темную полосу, так удачно проходящую как раз через дорогу. Там можно было сократить путь. Я еще раз внимательно оглядела квартал, просматривая так далеко, насколько было возможно. Лишь добравшись до квартала Мари, я перешла на шаг. И плечи, и ноги у меня горели от напряжения, поэтому я опустила Герти на землю и вновь принялась полувести-полунести ее, пока не завела в дом Мари. Старушка умудрилась переложить часть нагрузки на здоровую ногу, так что идти мне стало немного легче.

Мари подавила крик, когда мы ввалились к ней через заднюю дверь, и едва не упала от облегчения, когда узнала нас.

— Что случилось? — спросила она, увидев, как Герти, прихрамывая, подошла к кухонному столу и плюхнулась на стул.

— Она упала, — сказала я, не собираясь сейчас вдаваться в лишние подробности. — Картер наверняка придет сюда. Нам нужно спрятаться.

Мари покачала головой.

— Ничего не выйдет. Он объехал квартал с противоположной стороны от своего дома. И возможно, заметил твой «джип», припаркованный за углом.

Я посмотрела на свою рубашку, всю в пятнах травы от колен Герти.

— Если он увидит меня в таком виде, то заподозрит неладное.

— Я принесу тебе свою рубашку, — сказала Мари и побежала по коридору, но не успела и дойти до лестницы, как в дверь позвонили.

— Миссис Чикорон. Это помощник шерифа Леблан.

Глава 12

Мари вернулась обратно на кухню и, прежде чем я успела что-то сказать, выхватила из ящика фартук. Потом прижала его к моей талии и велела одеть. Я как раз завязывала шнурки на спине, когда она поставила на стол коробку с яйцами и миску, а затем всыпала в посуду муку.

Я было хотела перехватить Мари за руку, вдруг хозяйка сошла с ума, но в этот момент она стрельнула в меня водой из пульверизатора для орошения листьев салата, а затем бросила горсть муки. Я расчихалась и вытерла лицо рукой. Совершенно сбитая с толку, я вообще не понимала, что же делать дальше.

— Я учу тебя печь, — заявила Мари. — У тебя плохо получается. — Она кивнула Герти. — Оставайтесь там, чтобы он не увидел ни вашей хромоты, ни грязных штанов.

Затем она умчалась из кухни как угорелая.

Я ошарашено посмотрела на Герти.

Кости, древний пес-ищейка Мари, поднял голову со своей лежанки в углу, пару секунд разглядывал нас, а потом снова захрапел.

— А она хороша, — заметила Герти. — Как насчет того, чтобы принести мне стакан молока и печенье… будет выглядеть более правдоподобно.

Я услышала, что Мари открыла входную дверь, и взяла молоко и печенье для себя и Герти. Чего это все хорошее от маскировки только ей? Как будто это она тащила меня целый квартал.

Я подала молоко с печеньем Герти и поспешила обратно за кухонную стойку. Схватила с полки поваренную книгу — вовремя, в кухню вошли Картер и Мари.

Подозрительно оглядев Герти, он кивнул, а после перевёл взгляд на меня и поднял брови:

— И что это значит?

— Обучаю ее печь, — ответила хозяйка, — вернее, пытаюсь. Наверное, лучше просто продолжать угощать ее нашей выпечкой.

Картера это ничуть не убедило.

Я пожала плечами.

— Ну что сказать? Я умею есть, а печь в таком случае необязательно. Никогда не предполагала, что готовить тесто так сложно… или так грязно.

— Значит, я должен поверить, что ты весь вечер здесь кулинарила?

— Нет, — возразила я. — Мы только начали, перед тем как ты постучал в дверь. Раньше я была занята едой. Настраивалась, какие должны быть на вкус мои будущие творения.

— Угу. Почему ты припарковала «джип» за углом?

— Когда мы приехали, перед домом Мари невозможно было встать, — вмешалась Герти. — Наверное, половина Греховодья привезла Полетт свои запеканки.

— Понятно, а почему Ида Белль не пришла на урок кулинарии?

— Мы решили, что это не очень-то хорошая идея, — ответила я. — Ну, знаешь, тут Полетт живет через дорогу, и все такое. Кроме того, она с женщинами из Общества греховодных дам простегивает одеяла.

Картер покачал головой, но всё же решил, что для разнообразия мы ничего не затеваем, а если и затеваем, то он никогда от нас ничего не добьется. Картер сменил тему и перешел к полицейским делам.

— Что именно вы видели, Мари? — спросил он.

— Я наводила порядок в гостиной… Мы сидели и смотрели телевизор… Я увидела кого-то на противоположной стороне улицы. И подумала, что как-то странно, ведь все уже ушли на бдение, поэтому подошла к окну получше рассмотреть.

— И вы заметили, что кто-то вошел в дом Полетт через заднюю калитку?

— Было два человека, но они стояли ко мне спиной. Я вообще их не разглядела.

— И что же вы тогда сделали? — спросил помощник шерифа.

— Я крикнула Фортуне и Герти, чтобы они глянули, только те люди уже вошли в патио. Мы подождали минуту, но они так и не вышли. Фортуна потребовала, чтобы я позвонила вам, и как раз подъехали Полетт с кузеном. Они вошли внутрь. Понаблюдав пару минут, мы вернулись на кухню.

Картер прищурился, глядя на нее.

— Вот так просто. Вернулись сюда как ни в чем не бывало?

Мари пожала плечами.

— Да, на заднем дворе у Теда остался только старый гриль. К тому времени уж совсем стемнело. Те первые могли уйти, и я бы их даже не заметила. — Мари глубоко вздохнула. — А с Полетт и ее братом все нормально? Эти люди ведь не залезли в дом?

— На самом деле они были внутри. Заднее окно выбито, и, по-видимому, воры поднялись на чердак, чтобы спрятаться, когда Полетт с кузеном вернулись домой. Полетт направилась прямиком в свою спальню, а Тони — в ванную для гостей. Мужчины попытались улизнуть с чердака, и Тони, выходя из ванной, столкнулся с ними. Один парень ударил его ломом, а потом оба вора сбежали.

Мари закрыла рот руками.

— О боже, — вскрикнула Герти. — С Тони все в порядке?

Картер кивнул.

— Взломщик малость промазал. У Тони на плече будет чертовски большой синяк, но вероятно, кости целы.

Я покачала головой.

— Что за люди такие, совершают грабеж, когда вдова на церковной службе?

В этот момент коробка, которую я сунула в лифчик, впилась в грудную клетку. Я мысленно помолилась, чтобы Бог не поразил меня молнией за лицемерие прямо в доме Мари.

— Не знаю, — ответил Картер. — Я