Наташа - Ольга Андреевна Видова

– Андрюш, у меня через два дня день рождения. Придёшь? Только подарка не надо.

– Хорошо. Приду, – пообещал парень, – а насчёт подарка я подумаю.

Он как бы повзрослел после армии. На всё стал смотреть другими глазами. В техникуме перевёлся на заочное отделение и стал работать пока с родителями. Они были предпринимателями. На ростовских продовольственных базах мешками по оптовой цене покупали сахар, вермишель, крупы, орехи, сухофрукты. Дома их фасовали и продавали на рынке в своём ларьке. Деньги были не очень большие, но по тем временам позволяли безбедно жить всей семье.

На день рождения к Наташе он пришёл с необычным подарком. Принёс большущий букет белых роз и небольшую обезьянку, которая висела на горизонтальной палочке. Если свет падал в отверстие на носу, то она хохотала и кричала: «Я тебя люблю!» Но самое главное – на груди у неё висел медальон с номером и группой крови Андрея.

– В Чечне каждому такой выдают на всякий случай, – сказал парень.

Лёшка опускал глаза и старался не смотреть на друга. Он снова чувствовал себя виноватым за то, что в армию никогда не пойдёт.

Обстановку разрядила Марина:

– Привет! А к новорождённым можно?

Все засмеялись. Девушку посадили рядом с Андреем. Это Наташа специально позвала её. Она ведь знала, как подруге дорог был этот парень.

С коробкой конфет и с мягкой игрушкой пришёл Вовчик со своим братом Максимом. Вовчик в очередной раз стал свататься. Все удивлялись, как он может такие слова в десятый раз говорить с серьёзным видом. Даже тени улыбки на лице не было, от этого всё казалось гораздо смешнее. Но парень на друзей не обижался. Потом он садился за стол, плотно кушал, от души общался со всеми и обязательно играл на гитаре, пел.

После дня рождения Андрей пошёл провожать Марину домой. Идти было недалеко, и молодые решили просто прогуляться. Парень уже знал из письма о чувствах девушки, но честно признался, что они сейчас могут быть только друзьями.

– Хорошо, – согласилась Марина, – я подожду. Но моё отношение к тебе не изменится, Помни всегда, что ты дорог мне. Я уверена, что здоровье твоё восстановится и ты будешь таким, как прежде.

Андрею было приятно, что в этой жизни он ещё кому-то нужен. От этого как-то теплело на душе, придавало сил, хотелось жить.

Алексей продолжал втихомолку ревновать свою Наташку. Всё внутри у него бурлило при виде своих бывших дружков. Он боялся вспылить и поссориться со своей любимой. И было из-за чего. По вечерам зачастил с визитами Вовчик, да не один. Он приходил со Славиком, с которым когда-то чуть не подрался у общежития гидроузла.

– Вы же раньше не дружили, – заметил Алексей, – а теперь не разлей вода …

– А что нам теперь делить? Ты ведь теперь наше место занял, – ответил Владимир, – так что мы теперь друзья по несчастью.

– Это точно, – поддержал Славка. – Но мы ведь лучше, чем ты. Наташка поймёт это и бросит тебя, осталось только подождать.

– О чём речь ведёте? – спросила подходя к лавочке Наташа.

– Да так, говорим, что у тебя тут хорошо, – сказал Вовчик, – свежей выпечкой пахнет, уютно так, только вот на душе кошки шкребут…

Эти разговоры не давали Лёшке покоя. Не драться же с ними. Да и поможет ли это?

Спустя некоторое время Владимир вдруг женился. Сделал это тихо, тайно. Просто расписался. Девушке было пятнадцать лет и она была беременна. Парень был обязан взять её в жёны, иначе он мог попасть в тюрьму. Ещё до регистрации брака он привёл жену к себе в дом, но никому из друзей об этом не рассказал. Продолжал для всех оставаться холостяком. Он, как и прежде, приходил в гости к Наташе и под всеобщий хохот предлагал ей выйти за него замуж. Но городок был маленький, и вести расходились быстро. Однажды после очередного сватовства Юлька, Наташина подруга, спросила:

– А сколько жён ты хочешь иметь? Может, и для меня там место найдётся?

Вовчик оторопел. Он не думал, что тут уже всё знают о его женитьбе.

– Ему можно, – продолжала Света, – он, наверное, мусульманин. А я тебе нравлюсь?

– Нет, – как-то грустно, почти шёпотом, ответил парень. – Нравиться мне могут многие, но люблю-то я только одну. И если бы Наташа хотя бы раз сказала на самом деле «да», то никаких бы больше девчат не было…

Он встал и ушёл. На лавочке все замолчали.

– Ну вот, – нарушила безмолвие Наташа, – теперь я во всём оказалась виновата.

– Ты что? Конечно, нет, – успокаивал её Алексей, – он просто запутался и дурака свалял, конечно.

– Доигрался мальчик, – подытожила Марина.

– Да, – вздохнул Андрей.

У него начинались не лучшие времена. И дело было совсем не в нём. Пока парень был в армии, его шестнадцатилетняя сестрёнка начала встречаться с мальчишкой-сверстником. Девочка влюбилась, а парнишка поиграл и бросил. Вскоре с семьёй он уехал куда-то под Новосибирск. Там его отец работал и получил квартиру. А Настя поняла, что беременна, и уже почти три месяца! Ребёнка решили оставить. Андрей сказал, что полностью посвятит себя племяннику или племяннице. После родов пусть Настя устраивает свою личную жизнь. Марина поддержала в этом Андрея. В компании они всегда оказывались рядом. Андрей крепко держал девушку за руку. Ему это вселяло спокойствие и придавало силы. Наташе было приятно видеть, как они общаются друг с другом.

Алексей был доволен. Теперь его друзья ему не соперники. А родители его никак не могли успокоиться. Вот и всё лето прошло, и осень. Скоро Новый год, но свою девушку сын им так и не показал, хотя все выходные проводит там, несмотря на то что дома полно работы. Значит, дело гораздо серьёзней, чем они думали. Сколько девчат по нём сохнет, а тут вдруг он влюбился. И кто она такая, что вот так окрутила Лёшку? Сколько раз пытались уговорить сына привезти её, но тот не соглашался.

– Я сначала должен быть уверен, что из-за вас я с ней не поссорюсь.

Зима наступила не очень морозная, но снежная. Пушистые крупные хлопья медленно опускались на землю. На ветках деревьев налипли серебристо-стеклянные ажурные наросты. От этого сады казались цветущими. Такого обилия снега, как в этом году, давненько не было. Жители вооружились большими деревянными лопатами и по нескольку раз в день разгребали свежий, только что выпавший снежок. Ходили по этим белым тоннелям величиной в человеческий рост. Дороги для транспорта расчищать не успевали, приходилось везде добираться пешком. Хотя морозов сильных не было, в начальных