Шаманка. Невеста слепого мага (СИ) - Лафф Мишель

— Оно во рту тает. И специи удачно легли. М-м-м.

Что такое? Я переборщила с восторгами? Взгляд боевого мага снова стал профессионально-внимательным.

— Я рад, что вам лучше. И готов низко поклониться искусству кочевников. Даже наши лекари не умеют снимать боль так быстро.

— Дело не в боли, — разоткровенничалась я. Линней всё видел. Присутствовал, участвовал. Стеснение казалось лишним. — Вернее, не только в избавлении от боли. Сама шаманская работа приводит в особое состояние. Эйфорией не назову. Реальность воспринимается осмысленно. Скорее, огромное удовольствие. Радость. Блаженство, как после оргазма. Иначе зачем бы нам терпеть всё, через что нужно пройти любому шаману.

Линней замер с бокалом лимонада в руке, а я не сразу поняла в чём дело.

— Меткое сравнение, — тихо сказала лина Хельда. — Признаюсь, я тоже чувствовала нечто подобное, когда вырастила из семян камнедеревьев целый трактир с приютом.

Детей уже рядом не было. Зато молоденькие служанки все как одна покраснели и спрятали взгляд. И тут я догадалась. В Клане Смерти у девушек очень строгое воспитание. Замуж полагается выходить девственницей. А незамужняя кочевница рассуждала об оргазме с видом опытного знатока.

Проклятье! Как я умудрилась так неосторожно сесть в лужу? И что теперь будет? От меня все потенциальные женихи разбегутся? В том числе Франко и Линней?

На боевого мага стало неловко смотреть. Но краем глаза я всё-таки заметила, что в лице он практически не изменился. Наоборот. Линней жмурился, как сытый кот, словно последний свой оргазм я получила с ним.

— Не могу не согласиться. Высшая магия, если она тебе удаётся, даёт тот же эффект. Стационарные порталы, мощные защитные купола. Самое сложное, что я делал — заклинание паралича на двести семнадцать человек. Всех взяли в плен одним махом. Я потом полдня ходил как пьяный. Радовался, гордился и мечтал когда-нибудь повторить. Однако магия кочевников — это действительно нечто особенное. Вы позволите вопрос, София? С кем мне довелось пообщаться в процессе? Я видел мужчину и женщину. Они стояли у вас за спиной, а потом исчезли. Духи?

— Духи-помощники. В моём случае их нужно называть удха. Когда шаман умирает, часть его души не уходит на перевоплощение, а остаётся на земле. Она может скитаться сотни и даже тысячи лет, пока не выберет того, с кем захочет соединиться. Большая удача, что вы их увидели. Обычно они не выходят к не-шаманам.

Говорила я спокойно, голос не дрожал, но от удивления челюсть всё равно так и норовила отвиснуть вниз. Линней их видел! Да, в моей практике бывали тонко-чувствующие клиенты. Одна дама умудрилась самостоятельно пройти по всем палатам Верхнего мира и забрать часть своей души, я просто в бубен стучала. Но духи-помощники всегда стояли в стороне.

“Ты кто такой, боевой маг Клана Смерти? И о чём ты говорил со мной-из-прошлой-жизни?”

— Очень интересно, — восхищенно ахнула Хельда.

— Это с непривычки, — я попыталась перевести разговор в шутку. — Для шаманов духи-помощники — часть жизни. Зато ваша магия кажется мне чудом. Сундуки, плывущие по воздуху, артефакты-переводчики, защитные купола. Чувствую себя ребёнком, попавшим в сказку. Хочется тыкать во всё пальцем и спрашивать: “А это что? А это как получилось?”

— Я могу устроить вам маленькое представление, — предложил Линней. — Выберу час, когда полигон для тренировок будет свободен, и уничтожу десяток манекенов особо эффектными способами.

— От такого даже я не отказалась бы, — глаза Хельды горели азартом. — Праздник инициации с испытаниями для будущих воинов ещё не скоро. А лин командир боевых магов знает толк в заклинаниях.

О, я ничуть не сомневалась. Признаться честно, первую неделю мечтала попросить кого-нибудь из местных показать высшую магию. Но женщины в особняке Делири пользовались только бытовыми заклинаниями, а приставать с глупостями к Франко казалось неуместным. Да и злилась я на него за похищение. Потом за навязчивость. А теперь за то, что пропал. Нет, я не собиралась делать что-то назло своему напророченному ведьмами жениху. Но стены гостевой спальни уже начинали давить и медленно сводить с ума.

— Надеюсь, я не нарушу никаких правил, согласившись пойти на полигон.

— Что вы, конечно нет, — всплеснула руками Хельда. — Экскурсию по клану стоило устроить намного раньше. Значит, начнём с полигона. К тому же лин командир боевых магов так любезно избавил меня от бесконечных писем в его адрес с просьбой согласовать визит. Какая удача.

Лин командир похорошел от улыбки. Я успела разглядеть его зелёные глаза, крошечные веснушки на носу, а потом он наклонился, чтобы поцеловать мне руку.

Нет, мурашки не пробежали по спине, как было от прикосновений Франко. И мне даже стало чуть-чуть жаль.

Франко снилась его невеста. Он не знал, как она выглядит, но был уверен, что длинноногая красавица, едва прикрытая серебристой вуалью, отзывалась на имя София. Горели костры, стучали барабаны, Клан Смерти танцевал на празднике, но старший Гвидичи не видел больше никого. Он тянул руки к своей женщине, пытался поймать её в объятия. Почти получилось, и он проснулся.

Образы исчезли, чернота в глазах сменила цвет. Хотелось ругаться, но выходило только скрипеть зубами. Тело отнеслось к видению слишком серьёзно. Как говорили в его юности, у Франко расцвела ночная фиалка. Досмотри он сон до конца, на постель выпала бы утренняя роса. А теперь приходилось думать, что делать с никому не нужным возбуждением.

Помощник в скрипучих сапогах прошёл по коридору. Мгновение постоял у двери в спальню и деликатно постучал:

— Хозяин, вы проснулись?

— Да, — хрипло ответил Франко, раздумывая, насколько будет глупо прикрываться подушкой.

Но поливать себя холодной водой, не вставая с постели, было ещё глупее. Как объяснить, откуда взялось мокрое пятно? Нет, уж лучше так.

— Камзол сегодня фиолетовый, как вы и просили, — доложил Анри, уже стоя у кровати. — Бессалийский придворный с кружевными манжетами. Почту я из шкатулки достал, конверты вскрыл. Рассказ о кочевниках для госпожи Софии ночью закончил.

— Вот с него и начни, — распорядился Франко, отбрасывая одеяло.

Воду для умывания ему с вечера оставляли в тазу на подставке. Бледно-фиолетовый круг элезийской эссенции светился в темноте.

— Сорок восемь книг получилось. Даже если встречалась хоть строчка о кочевниках, я добавлял в список. Сначала делал закладки, а потом подумал, как тяжело будет с ними работать. Выписал всё в тетрадь.

— Хорошо, — Франко умылся, старательно протирая пальцами паутину складок от шрамов на глазах. — Что-нибудь интересное встретилось?

— Женские головные уборы. Не знал, что их делали настолько высокими. Целая башня из конского волоса, обмазанная жиром, перемешанным с сажей. Украшения ещё. Золотые фигурки птиц. Но самое забавное — могилы рыли настолько длинными, чтобы покойница помещалась вместе со своей шапкой. Ноги ей, значит, к груди поджимали, а под шапку два лишних локтя рыли. Чудаки.

Старший Гвидичи отодвинул таз и наощупь нашёл полотенце.

— О драконах там что-то было?

Анри зашуршал бумагой. Долго листал ту самую тетрадь и наконец ответил:

— Почти ничего, хозяин. Драконы есть во многих легендах, но кочевники их как-то обошли. За исключением одного момента. В пещерах на границе с Тёмной империей в прошлом году разбирали завалы и наткнулись на рисунок древнего художника. Женщина в наряде кочевницы с тем самым головным убором сидела верхом на драконе.

“Дай посмотреть”, — рвалось с языка, но приходилось себя сдерживать.

Год назад? Как неудачно. Он двадцать лет с момента появления иномирца Плиния уничтожал любые значимые упоминания о драконах. Жёг дневники путешественников, стирал память старикам и старухам, рассказывающим сказки о крылатых ящерах. Тем, кто их слушал. Ведьмы из кожи вон лезли, чтобы открыть тайну, а Франко её прятал. Нет, никто не знал, как оживить давно истлевшие кости. Опасность была в другом. Плиний, напившись, рассказывал своему цепному псу о короле-драконе. О том, как тысячу лет назад в их мире неготарианские некроманты уничтожили его племя. Убили всех, но один ребёнок чудом выжил. Родился уродом. Его окружала скорлупа яйца, а не то, что должно окружать нормального детёныша. Так Франко узнал, что самок драконов вообще не существовало. Крылатым ящерам потомство рожали обычные женщины.