Серые Пределы - Александра Лисина

— И это — правда, потому что наша Траш — настоящая дикарка.

— Тогда почему она…?

— Хороший вопрос, — похвалил Дядько. — Но ответить на него непросто. Точнее, объяснять долго — замучаетесь слушать.

— Ты уж постарайся как-нибудь, — с непередаваемым сарказмом попросил эльф. — Душевно тебя прошу.

И седой, мельком заглянув в его пылающие глаза, почему-то отвел взгляд.

— Кхе… ладно, попробую, — крякнул он, поняв, что Таррэн в кои-то веки оказался почти на грани. — Если кто не знает, хмеры живут тесными семейными группами или стаями, в которых непременно главенствует одна единственная самка. Все остальные — ее дети, сестры и племянницы — обязаны подчиняться во всем. Самцы, как правило, выглядят помельче, живут отдельно, определенной территории не имеют и рискуют появляться на глаза будущих подруг лишь в сезон спаривания, то есть примерно один раз в три-четыре года. В противном случае рискуют нарваться на смертельную схватку, потому что своих детенышей хмеры охраняют, как далеко не всякие люди. При этом связи между ними настолько тесные, что хмеры просто не способны существовать в одиночестве. Это как-то связано с магией крови… Таррэн не смотри на меня, как на дурака! Я прекрасно знаю, что они не поддаются магии, но касательно этого вопроса абсолютно уверен: какая-то доля правды в этом есть, потому что Белик… ладно, потом. Что же касается Траш, то, насколько я знаю, двадцать лет назад она, в силу ряда причин, осталась без стаи. Белик к тому времени тоже лишился семьи и был сильно ранен, вот и вышло, что когда они вдруг пересеклись, Траш была слишком слаба, чтобы его убить, как того требовали инстинкты, а малыш — слишком измучен, чтобы следить за тем, кто слизывает с ран его кровь. А потом это потеряло всякое значение — они стали одним целым и с того времени больше не расстаются.

— Хочешь сказать, Траш признала Белика… своей СТАЕЙ?! — оторопело уставились Светлые.

— Да. Поэтому я и уверен, что с нами ничего не случится: она никогда не станет нарушать его просьбу. Так заведено и так требует весь ее опыт. Белик — то, без чего она больше не может существовать: ее стая, ее группа, ее семья и самое главное сокровище. Траш понимает это очень хорошо и только поэтому будет терпеть вас рядом с собой. Но если кто-то рискнет на него покуситься, если вздумает обидеть нашего малыша… думаю, даже я с ней не справлюсь: она будет защищать его до последнего вздоха. Так что будьте осторожнее в словах и поступках: с этого дня наша красавица станет следить за каждым вашим шагом. День и ночь. Независимо от того, близко она или далеко. Ровно до тех пор, пока не удостоверится, что вы не представляете для ее стаи угрозы. Траш и так пришлось очень долго привыкать к присутствию людей, учиться быть терпеливой и не набрасываться на первого встречного, как было поначалу. Мы только пару раз рискнули оставить ее одну, потому что хмерам нельзя далеко уходить от Леса — они слишком привязаны к его воде. Но Тропа — это почти Пределы, вода совершенно не отличается от той, а потому она просто спокойно дождалась нас здесь и теперь готова вернуться домой.

Люди ошарашено сели прямо там, где стояли, с трудом переваривая новые сведения и пытаясь уложить в голове то, что не могло там уложиться в принципе. Как это? Признала своей стаей?! Хмера?! Мальчишку?!

— Погоди, погоди… — помотал головой Весельчак. — А как же вы сюда ее провели, если Переход строго охраняется, по Тропе вы тоже не пошли, а другого пути оттуда нет?

— Очень просто: возле Перехода еще не все тропинки перекрыты, а она умеет хорошо маскироваться.

— Но запах! И ведь маги должны были…

— Траш не видна магическим взором, — невозмутимо сообщил Дядько. — И вообще никаким не видна, если не хочет показываться на глаза. Только Белик может ее почуять, потому-то я и отправил его вперед. Конечно, мы рисковали, но другого выхода не было: через Тропу только она сумеет найти безопасный путь. И только она сможет вовремя предупредить нас об опасности. Ну, и Карраш, конечно. Он от своей красавицы вообще далеко не отходит.

— Ты что, еще и его наверх потащишь?! — охнул Ирбис. — Урантар, это же безумие!

Дядько загадочно улыбнулся.

— Нет. Завтра сам поймешь, в чем дело.

— Ну, и компания у вас подобралась! Просто голова кругом! — упрекнул его Весельчак. — Мальчишка, который и не мальчишка вовсе, а очень даже взрослый парень, два настоящих чудови… э-э-э, замечательных существа родом из Серых Пределов, и ты — ненормальная Гончая, у которой напрочь отсутствует инстинкт самосохранения… куда нам-то, бедным, втиснуться?!

Страж улыбнулся шире и вдруг лукаво свернул глазами.

— В отношении зверей спорить не буду — они действительно уникальны, но… кто вам сказал, что Гончая — это я?

Рассвет встречали в напряженном молчании и полной боевой готовности. Даже Светлые не рискнули медлить и предпочли еще с вечера перетряхнуть свои вещи, оставив в мешках только то, без чего им было бы трудно обойтись — оружие, легкие кольчуги, трехдневный запас воды, вяленого мяса и сухарей, да пару рубах на смену. Остальное под насмешливым взглядом Стража пришлось безжалостно выкинуть, потому что обременять себя ненужным весом в таком рискованном предприятии было крайне неразумно. Более того, просто опасно. Даже походный котелок закопали под приметным пнем, чтобы не засвечивать возможным преследователям начало Тропы. А все остальное, включая одежду и обувь, как заверил Дядько, они возьмут уже на той стороне, благо Застава давно предупреждена и загодя приобрела необходимый для продолжения дороги скарб.

Сам Урантар, едва горизонт чуть посветлел, развязал свой объемистый мешок, неторопливо развернул и выудил на свет почти невесомую, блистающую радужными переливами кольчугу, при виде которой у людей глаза полезли на лоб — чешую огненной саламандры им еще не доводилось видеть вживую. Дядько неспешно разделся, натянул на рубаху это чудо, накинул сверху новую куртку, которую запасливый Белик успел купить за время вынужденного ожидания. Без лишней суеты опоясался толстым ремнем, увешанным изумительной работы ножами (явно ковали подгорные мастера!). Сменил простые походные сапоги на что-то весьма толстокожее, поистине несносимое, с неимоверно прочной подошвой и острыми стальными вставками по самому краю. На руки натянул кожаные перчатки, усыпанные каким-то странными костяными чешуйками, до боли напоминающими естественную броню хмеры. Старые вещи закинул в ближайшее же дупло, а остальной скромный скарб снова упаковал и, наконец, повернулся к спутниками — суровый, сосредоточенный, экипированный до последней заклепки так, как и положено настоящему Стражу. После чего привычно закрепил на спине свой громадный меч, убедился, что он не помешает в пути, и без лишних слов направился прочь.