Хрустальное сердце - Татьяна Корсакова

— Там кирпичи?

Она отрицательно покачала головой. Макс заглянул сначала в один пакет, потом в другой, удивленно присвистнул.

— Да тут продуктов на десяток здоровых мужиков! Это ты все для меня одного накупила?

Лиза кивнула, сняла шубейку.

— А ты уверена, что это не перебор?

Еще один кивок в ответ.

— Ну, не знаю. — Макс водрузил пакеты на кухонный стол.

Лиза вошла следом, положила рядом с пакетами чек и какую-то мелочь.

— А это что такое?! — Он только сейчас сообразил, что не дал ей денег. Спрашивается, на какие шиши она все это купила?

«Ваши три тысячи я почти потратила, — вывела она в блокноте, — но вы не волнуйтесь, многие продукты теперь долго не придется покупать».

— Да я и не волнуюсь, — растерянно сказал Макс. — Просто надо было мне напомнить про деньги, я бы дал. Незачем было тратить собственные сбережения.

«У меня нет собственных сбережений».

— И это неправильно. У женщины всегда должны быть деньги на булавки и прочую дребедень, — Макс достал бумажник, отсчитал три тысячи, положил их на стол рядом с чеком. — Это тебе.

Лиза посмотрела на деньги, протестующе покачала головой.

— Да что такое?! — неожиданно разозлился он. — У тебя же совсем ничего нет. Даже зубной щетки, даже, пардон, смены белья! Или ты считаешь, что все это буду покупать я? Забирай деньги, и больше не будем возвращаться к этому вопросу. Тебе ясно?

Она кивнула, принялась разгружать пакеты. Макс раздраженно хмыкнул, вышел из кухни. Нашлась гордячка! Другая бы спасибо сказала, в ножки поклонилась, а эта нос воротит.

Макс не считал себя жмотом, с потом и кровью заработанными деньгами расставался легко, с дамами не скупился. А как же иначе? Женщины — это же такие особенные существа. Чтобы они оставались в хорошем расположении духа и дарили мужикам радость, без определенных финансовых вливаний не обойтись. А тут — принцесса на горошине! Деньги ей не нужны, понимаешь ли! Он вернулся к игре, принялся рубить врагов в капусту. Все-таки компьютерные игры — классная вещь, помогают снять стресс…

За спиной послышалось деликатное покашливание, Макс застонал, развернулся всем корпусом, рявкнул:

— Ну что еще?!

Лизавета положила перед ним листочек.

«Извините меня, пожалуйста. Я не хотела вас обидеть. Вы очень много для меня сделали. Мне никогда с вами не рассчитаться».

— Не волнуйся, Лизавета, придет время — сочтемся, — проворчал он. — Ты, главное, старайся меня не раздражать, делай, что прошу, и все будет в порядке.

На стол перед ним лег еще один листок.

«Хорошо. К которому часу готовить завтрак?»

Макс усмехнулся: в сложившейся ситуации были и свои плюсы. Можно почувствовать себя этаким феодалом.

— Мне к девяти на работу, а завтракаю я обычно в половине восьмого.

Он не стал уточнять, что его завтрак — это кофе с бутербродом. Интересно же, на что способна его домработница.

Утро началось как обычно — с дребезжания будильника. Борясь с остатками сна, Макс сполз с кровати, вышел в прихожую. Из кухни доносилось позвякивание посуды. Он только сейчас вспомнил, что теперь живет не один, что у него появилась домработница. А еще вспомнил, что из одежды на нем только трусы. Пришлось спешно ретироваться в спальню, одеваться. Да, блин, больше в неглиже не походить. Нельзя же смущать юную деву.

На завтрак были поданы котлеты и картофельное пюре. Знатный получился завтрак. Его домработница оказалась настоящей мастерицей. Пожалуй, впервые за несколько лет Максим позавтракал по-человечески. Даже на работу идти не хочется после такой сытной трапезы.

— Спасибо, Лизавета, — сказал он, вставая из-за стола. — Сегодня приду поздно. Обед можешь не готовить, я перекушу в кафе.

Она покладисто кивнула.

— А, да! Про «Наполеон» не забудь, — напомнил он. — И чтоб шоколада побольше!

Понедельник выдался заполошный. Впрочем, как и любой другой день трудовой недели. В редакции был нескончаемый аврал. Коллеги самозабвенно изображали бурную деятельность, не забывая при этом о ежечасных перекурах и чаепитиях. Главред гневался и грозился всех уволить к чертовой бабушке. В общем, все как всегда, нормальный творческий процесс.

Макс любил свою работу. Он относился к тем немногим счастливчикам, для которых первый день трудовой недели не казался каторгой. Если это требовалось для дела, он и в выходные мог поработать. Легко!

За это его и ценило начальство: за трудоголизм, а еще за светлый ум и креативное мышление. Не зря же он уже пятый год занимал ответственную должность креативного директора самого популярного в стране журнала для мужчин.

Лора позвонила ближе к вечеру, сообщила, что хочет поужинать с ним в каком-нибудь тихом местечке. Желание Лоры было законом, Макс согласился с ходу. Тихим местечком оказался недавно открывшийся, но уже суперпопулярный ресторан. Почему Лора называла это под завязку набитое посетителями заведение тихим местечком, для Макса осталось загадкой. Главное, что подруга в замечательном настроении и смотрит на него благосклонно. Чудеса!

— Славно тут, правда? — Лора призывно улыбнулась.

— Очень креативно, — ушел он от прямого ответа.

— Вот и мне так показалось. Надоели что-то шумные тусовки, захотелось тишины. Заметь, мы тут уже полчаса сидим, а у меня до сих пор еще никто не попросил автографа, — в ее голосе послышалась легкая досада.

Макс едва заметно усмехнулся. Лора привыкла к эстрадно-телевизионным тусовкам, на которых она, вне всякого сомнения, была звездой первой величины, а тут публика солидная, по большей части бизнесмены. Многим из этих людей и телевизор-то смотреть некогда. Немудрено, что появление Лоры Лайт не вызвало ожидаемого ажиотажа.

— А у меня большие проблемы, — вдруг пожаловалась Лора.

— Какие проблемы? — Макс тут же оставил иронию, подался вперед, демонстрируя полное внимание.

— Мне предложили работу, — шепотом сказала она. — Очень хорошую работу.

— Ну так поздравляю тебя. — Макс расслабился, потянулся за своим бокалом. Слава богу, Лорина «большая проблема» — это всего лишь проблема выбора между хорошей работой и очень хорошей.

— Не с чем меня поздравлять, — горько усмехнулась она. — Я уже почти решилась. Шутка ли, собственное ток-шоу на центральном канале! Только дура отказалась бы. Пошла за благословением к Солодовникову, а он, — Лора неожиданно всхлипнула, — представляешь, он мне говорит: «Сиди, коза, и не рыпайся! Я тебя никуда не отпускаю!» Скотина! Я на его сраном канале семь лет отпахала! Из говна конфетку сделала вот этими самыми руками. — Лора критически осмотрела свой маникюр, добавила обиженно: — Ты же знаешь, какие у меня рейтинги!