Девичьи грезы - Сара Сил

Он смотрел на нее нежно, но в то же время с хитрецой.

– Это частенько бывает трудно. Ты безропотно принимаешь то, что я считаю нужным, и грезишь наяву. Я даю тебе время повзрослеть.

– А потом, когда ты посчитаешь, что я уже выросла?

– Кто знает? Надо просто подождать, а там посмотрим. А пока не бегай к Саманте за информацией. Я не сомневаюсь, что она уже воспользовалась ситуацией, чтобы вытащить на свет старые сплетни и отыграться. Понятно?

Харриет глубоко вздохнула и закрыла глаза.

– Я прекрасно поняла, что когда-то у вас был роман, и это меня совершенно не удивило, не шокировало и не расстроило. Ты думал, что я буду переживать? – выпалила она, пока смелость не покинула ее.

– Я вовсе не поэтому не говорил тебе, просто это такая древняя история, что она вовсе тебя не касается. Однако я догадывался, что Саманта не упустит случая сообщить тебе пикантные подробности. Она пыталась огорчить тебя?

– Да нет, не думаю, просто обрисовала общую картину, как она говорит.

– В этом-то я уверен, но у Саманты на картине место только для одного, так что не обольщайся. Я не могу заткнуть рот нескромной леди, даже если очень этого хочу, так что в следующий раз, когда она начнет разводить шуры-муры, помни, что твоя доверчивость – открытая мишень для всякого, у кого есть что бросить. Другими словами, не верь всему, что говорят. Ну а теперь хватит болтать чепуху, пора ложиться спать.

– Оставишь дверь открытой?

– Конечно, если тебе так спокойнее, – согласился он.

Харриет свернулась калачиком под одеялом, сон, который она так долго гнала, казалось, ждал все это время удобного случая и тут же выполз из-под подушки и одолел ее.

– Это первый раз, когда дверь между нами не закрывается, – промурлыкала она уже в полусне. – Поцелуешь меня на ночь, Дафф?

Она сквозь наползающую дрему почувствовала, как муж склонился над кроватью и поцеловал ее, и Харриет обняла его за шею руками так естественно, будто делала это всю жизнь.

Когда на следующее утро Харриет открыла глаза, она увидела, что межкомнатная дверь заперта, а Молли стоит у ее кровати с подносом в руках, как в ее самый первый день в замке.

– Я никогда не завтракаю в постели. – Она пыталась одновременно занять сидячее положение под тяжелым подносом и отвлечь внимание Парня от яиц с беконом. – Который час?

– За десять перевалить, но сам сказать Агнес не тревожить вас, потому что вы нуждаться поспать. – В глазах у Молли горело любопытство. Харриет поняла, что поскольку убирать постель – обязанность Молли, то у нее сложилось определенное мнение об отношениях между женой и мужем.

– Просто не могла заснуть, вот и все, – отрезала Харриет. – Нони уже позавтракала и занялась чем-нибудь?

В этот момент Харриет так походила на расхожий образ гувернантки, что Молли хихикнула.

– У нее свои развлечения, так что не волнуйтесь по ее поводу, мэм.

– Разве она не нравится тебе, Молли?

– Хлопот от нее нет, так что мне все равно, – последовал беззаботный ответ.

– Надо придумать нечто особенное, чтобы это понравилось Нони. А, ну да, в эти выходные же Рождество! Все ребятишки ждут его. – У Харриет еще были живы восторженные воспоминания детства, но Молли была настроена не столь оптимистично.

– Конечно, да и какое Рождество без детей? Всего одна маленькая девочка, которая сидеть за рождественской индейкой и сливовым пудингом одинокая, как перст, и никаких игр, чтобы перевернуть все вверх дном, и елки нет, чтобы побегать вокруг нее с друзьями.

– Но у нас обязательно будет елка! И сельские детишки придут на чай, а Нони будет хозяйкой, и ей понравится раздавать подарки и... и... – Энтузиазм Харриет поугас, так как слова ее не нашли отклика у Молли, и она неуверенно проговорила: – Думаешь, это не очень хорошая идея, Молли?

– Да нет, с идеей все в порядке, но вы не смочь заставить старую каргу убирать всю ту грязь, которую тащить дети, и приводить в порядок дом, когда все будет вверх дном, – отозвалась Молли с обычным для нее неуважением к Агнес.

После обеда Харриет нашла мужа на берегу озера. Однако втягивать слегка озадаченного Даффа в военные действия не было нужды.

– Милая моя! Я думал, что мы все уже обсудили. Найди лавку, в которой есть венки, мишура и шарики и вся прочая дребедень, и тащи все это домой, если тебе так нравится, и не обращай на меня никакого внимания, – ответил он.

– А как насчет елки и вечеринки?

– Вечеринка? Да, мы, бывало, устраивали их здесь, когда слуги стоили цент за кучку. Но с тех пор, как дети выросли, обычай умер, и ничего такого в Клуни не устраивалось.

– Но теперь есть Нони! И не говори мне, что, какой бы взрослой ни считала себя эта девчонка, она откажется от идеи побыть в роли радушной хозяйки поместья, раздающей подарки!

– В этом ты, наверное, права, но как насчет других детей? Понравится ли им быть в роли подопечных? Арендаторы теперь не в восторге от этого, даже тут, в Ирландии, и такая благотворительность может кое-кого обидеть.

– Дафф, у тебя все в голове перемешалось! Бог знает, сколько милосердия выпало на мою долю, но настоящая благотворительность никогда не бывает высокомерной. Думаешь, сиротки не были благодарны за елку, и подарки, и веселье? Нам и в голову не приходило, что к нам относятся свысока, потому что все это давалось от чистого сердца и с любовью.

Он обнял ее, притянул к себе и нежно прошептал:

– От чистого сердца и с любовью... да, все лучшее приходит к нам именно так, хорошо бы научиться жить по этому правилу, правда, Харриет? Знаешь, иногда ты заставляешь меня стыдиться себя самого!

– Я? Но почему, Дафф?

– Ты можешь столько дать, а я – я слишком легко взял то, что хотел.

Она подумала, что это очень странное признание и не совсем понятное.

– Но ты ничего не взял. – Харриет не очень понимала его намерений, поэтому решила придерживаться буквы их соглашения. – Ты жалеешь, Дафф? Потому что мне кажется, что я не оправдываю средств, потраченных на мое содержание. Я даже не веду хозяйство!

– Не оправдываешь средств на содержание? Так вот как ты смотришь на наш договор?

– Ну да, конечно. Но пока что в выигрыше только я. Я постараюсь подружиться с Нони, если она захочет, конечно. Но никто из вас не желает принять от меня то единственное, что у меня есть. А ты – ты однажды сказал мне, что и тебе, и Клуни нужен кто-то похожий на меня, но ведь это не так, правда, Дафф? Любой на твоем месте уже сделал бы это!

Пальцы его с такой силой сжали ее плечо, что Харриет вскрикнула от боли, но Дафф не отпустил руку.

– Возможно, это я и имел в виду, когда говорил, что взял то, что хотел, так легко. Но если я смущаю тебя, то и ты меня тоже, Харриет! То невинный ребенок, а то посылаешь такие импульсы, что, будь на твоем месте другая, я решил бы, что это – приглашение к действию. Как узнать, с кем я сейчас?