Генералы подвалов - Алексей Рыбин

– А что слушать? Это бред, бэби. Предложи ты мне с тобой трахнуться, я бы еще подумал, а на такое – ищи дураков.

Мертвый повернулся и пошел в зал.

– Ну и катись! – крикнула Настя ему вслед. – Все катитесь! Подумаешь, блин, крутые.

– Ты чего? – спросил подошедший охранник. – Что-то случилось?

Настя смерила его с ног до головы презрительным взглядом и направилась к выходу.

Когда она вышла из метро на «Приморской», бешенство в ней уже кипело с такой силой, что она зажмурилась, опасаясь испугать прохожих своим взглядом. В метро на нее явно косились, и она решила взять себя в руки.

Дома ей будет еще хуже. Может, зайти к кому-нибудь из своих? Из школьных?

Она быстро перебрала в памяти одноклассников, нет, это не вариант. Они – дети. А у нее проблемы далеко не детские. Они даже более взрослые, чем ей казалось всего несколько часов назад. Даже этот урод, Мертвый, корчивший из себя крутого, как яйцо, отвалил, как только дошло до дела. Даже там, в «Гараже», где, казалось бы, собираются самые что ни на есть серьезные люди, она не нашла понимания и поддержки.

Впрочем, она поговорила только с Мертвым. А-а, все они одинаковые! Дешевые понты, блин. Толку от них не дождешься. Нос дерут друг перед другом. Нет, это не мужчины, а какие-то сопли на палочках.

– Эй! У тебя, кажется, проблемы?

Чей-то насмешливый голос прервал размышления Насти.

– Привет!

Возле ларька, торгующего сигаретами, зажигалками, презервативами, всякой мелочовкой, стоял Виталик.

Настя остановилась, и мысли ее закрутились в другом направлении. А что, если поговорить с этими ребятами? С Виталиком и Вовой? У их магазина наверняка крутая «крыша». Крутая – в смысле из профессионалов именно этого направления. Настоящие бандюки.

– Привет, – ответила Настя. – Как дела?

– У меня-то отлично, все ништяк. А у тебя? Что-то ты не в настроении.

– Да уж. Есть малость. Слушай, может, поможешь?

– А что такое? – глаза Виталика заблестели, покрылись какой-то маслянистой пленкой.

«Ладно, – подумала Настя. – Пусть мечтает...»

– Давай отойдем, – сказала Настя.

– С удовольствием, – Виталик попрощался с продавцом, сидящим в ларьке. – Куда пойдем? К нам, может быть?

– А где у вас там поговорить-то можно?

– В подсобке. Я же на работе все-таки.

– Нет. В подсобку не хочу. Давай прямо здесь.

Улица была пустынна. В ночной магазин «Ливан», у которого они остановились, народ еще не шел – не время. Попозже повалят алкаши или просто подгулявшие граждане, не успевшие купить выпивку и закуску в обычных гастрономах, а сейчас «мертвый час».

– Ну? – Виталик с любопытством смотрел на Настю.

– Понимаешь... Надо разобраться тут с одним типом.

– Что за тип? – по-деловому спросил Виталик.

– Гад один. Просто поговорить по душам. Чтобы рассказал кое-что.

– Давай, я поговорю.

– Ты не сможешь, – сказала Настя, и Виталик отметил, что эта девочка говорит очень уж по-взрослому. Очень уж трезво и прямо.

– Почему? Он что, крутой такой, твой парень?

– Он не парень. Он директор фирмы.

– Ох, е-мое! Ну, и что? Ну, директор. Подумаешь, тоже.

– Ты можешь меня со своей «крышей» свести?

– С кем? – улыбнулся Виталик. – Ты чего? Они с тебя столько сдерут.

– Я заплачу.

– А есть деньги-то? Ты представляешь, вообще, порядок сумм? Они ведь за сто баксов не будут шевелиться.

– А я не сто предлагаю.

– А сколько?

– Сколько надо.

– А откуда у тебя бабки-то?

Теперь Виталик говорил уже по-другому. Пропал масляный блеск в глазах, они затуманились, внутри его головы явно шел какой-то сложный мыслительный процесс.

– Наследство получила.

– Большое?

– Неважно. Для моего дела хватит.

– Наследство... От бабушки, что ли?

– Нет.

Настя помолчала секунду, потом сказала:

– У меня отец и мать погибли.

– Так ты что, одна совсем осталась?

Настя молча смотрела на него, давая понять, что она намерена говорить только о деле.

– Ну, ладно. Постой здесь. Я сейчас приду.

Виталик исчез в магазине.

Появился он минут через пять. Лицо его приняло таинственное, торжественное выражение.

– Приходи через часик. Подъедут ребята, ну, по своим делам, заодно переговоришь. Может, что и выйдет.

Виталик подмигнул и хлопнул Настю по плечу.

– Не горюй. Разберемся! Придешь?

– Приду, – сказала Настя.

Ровно через час она снова стояла возле «Ливана». Над ней возвышались двое – Костя и Андрей, как представил их Виталик. Костя был повыше, с красным, грубым, но ухоженным лицом, в длинной кожаной куртке, широких брюках, поблескивающим золотом перстней на толстых, с рыжими волосами пальцах.

Андрей, хоть и уступал ростом Косте, все равно был почти на голову выше Насти.

Какое-то время они разглядывали девочку, имеющую до них дело, а потом Костя, покосившись на товарища, процедил:

– Ну, чо мы тут стоять-то будем? Поехали ко мне, там это дело и обкашляем.

– Ага, – сказал Андрей. – Виталик! – Он двинулся к дверям магазина. – Нам надо тут с тобой... – Он исчез за прилавком вместе с услужливо пропустившим его вперед продавцом.

– Пошли, – Костя в упор посмотрел на Настю. – Сейчас все будет.

– Куда?

– Вон туда. – Костя повел подбородком в сторону. Настя проследила за его движением и увидела сверкающую серую «ауди», припаркованную там, где парковаться было нельзя, прямо поперек линии пешеходного перехода.

– Да не бойся ты, – буркнул Костя, почувствовав ее замешательство. – Пойдем, пойдем. Мы тебя обратно, если что, отвезем.

– Если что? – переспросила Настя.

– Так. Ничего.

Настя буквально утонула на заднем сиденье, глубоком и очень мягком, обтянутом блестящей кожей.

Костя, сидя за рулем, пошарил своей могучей рукой на панели, пошуршал чем-то, и салон заполнился грохотом барабанов и ревом электрогитары.

Андрей что-то шепнул Косте, и тот сделал музыку потише.

– Опять ты эту херню? – услышала Настя обрывок тирады, которой разразился Андрей. – Давай что-нибудь нормальное, блин!

– Пошел ты! Конкретная музыка, – отозвался Костя.

Настя подумала, что он, наверное, главнее и что апеллировать в разговоре нужно больше к нему, а не к Андрею. Оба они жлобы, конечно, но Костя все-таки более вменяемый.

Словно в подтверждение Настиных мыслей, Андрей закурил, и сладкий дым марихуаны плотными клубами разлился по салону летящей в сторону Невского машины.

«Раз слушает блюз, – подумала Настя, – значит, не совсем жлоб. Какие-то точки пересечения можно с ним найти...»

– Вдуй-ка, – сказал Костя.

– Легко, – ответил Андрей.

Машина уже вышла на Невский и мчалась по «зеленой волне».

Костя наклонился к Андрею и, не глядя на дорогу, припал к мундштуку папиросы, торчащему изо рта товарища.

Пока Андрей «вдувал» сидящему за рулем дружку сладкий дым, Настя замирала от ужаса, видя несущиеся прямо на них машины, пешеходов, которые чудом успевали выпорхнуть из-под колес их «ауди», гаишников, торчащих на тротуаре.

Пока она определяла, как расценить такой образ действий водителя – как высочайший профессионализм или же полную отмороженность, – машина уже свернула на Лиговку.

– Открой окно, – бросил Костя Андрею.

– А на хуя? – улыбаясь, спросил тот. Андрей после косяка размяк и подобрел, его тянуло на шуточки. Матерок в его губах звучал не зло, а как-то весело, залихватски. – Лучше пропирает, – продолжая растягивать рот в улыбке, констатировал он.

– Открой, я сказал!

Андрей повиновался, обернулся к Насте и кивком головы показал ей на окно.

Настя тоже крутанула ручку и опустила стекло.

– Хорошо! – Костя повел плечами и снова увеличил громкость.

Костя свернул с Лиговского налево, в сторону Волковского кладбища. Этих мест Настя не знала.

Сейчас, глядя в открытое окно машины, она удивлялась: два шага от центра города – и оказываешься в какой-то глухой деревне. Дома-то, конечно, попадаются городские. Но изредка. В основном какие-то халупы, путепроводы, будки, мрачные строения без окон, без дверей, то ли склады, то ли цеха заброшенных фабрик. И все тонет, нет, не в зелени, а в ветвях серых от пыли и осевшего свинца выхлопных газов кустов и деревьев.

Машина остановилась возле двухэтажного дома, маленького, крепенького, отличающегося от обычных городских построек так же, как крохотный, но желанный любому грибнику боровик от высоких, тонконогих мухоморов и поганок.

– Пошли, – Костя был немногословен.

Настя заметила, что они еще ни разу не обратились к ней по имени. Да и Виталик не представил ее этим бандитам. Назвал только их имена. А она для них – полный аноним.

– На второй этаж, – продолжал указывать путь Костя. Андрей шел сзади, тащил несколько объемистых полиэтиленовых пакетов, которые вынес из подсобки «Ливана».

– Заходи, – Костя открыл одну из двух дверей на лестничной площадке.

Моня развалился в кресле перед компьютером. Он просмотрел все, что содержалось в машине. Файлы были под кодовым замком, но для Мони это не являлось проблемой. Лох коды ставил, это очевидно. Примитив.